Беларусь как пограничье

Беларусь как пограничье (также концепция промежуточного (пограничного) положения Беларуси) — философская концепция, возникшая в начале XX века в ходе попыток самоосмысления белорусов.

«Извечным путём» («Адвечным шляхам»)

В начале XX в. промежуточное положение означало нахождение между Польшей и Россией. Белорусские мыслители пытались в этих условиях помочь своим соплеменникам осознать себя как особый народ, отличный от соседей. Наиболее последовательно тема была изложена в работе Игната Абдираловича (Кончевского) «Извечным путём» («Адвечным шляхам», бел.) (1921). Автор обозначил белорусские земли как место межкультурных столкновений, полем борьбы Запада и Востока. Такое положение привело к тому, что белорусы не смогли стать частью ни первого, ни второго[1].

Отличительной чертой истории Беларуси названо географически обусловленное межевание (т. е. непрекращающиеся поиски приоритетного ориентира) между восточноевропейским и западноевропейским социокультурными типами[2]. Самобытность народа виделась в том, что он отверг крайности и синтезировал достижения обеих культур, выступив в роли моста[3].

При этом философ акцентировал особое внимание на драматизме исторической судьбы белорусов, их непреодолимом стремлении сохранить свободу, находясь между двумя противоборствующими лагерями, из-за чего он не создал чёткой культуры[4].

Согласно Абдираловичу, необходимо создавать белорусские формы жизни, не творить насилия и не приносить страдания, ни другим, ни самим себе[5].

В современности

В 1990-е годы, когда возобновилась дискуссия об идентичности белорусов, идеи Кончевского возродились[6][7].

В современности, в условиях опасности культурной ассимиляции и глобализации, проблема самопознания не утратила актуальности. Встала задача по определению черт белорусской культуры, выявлению культурной специфики. В условиях современной Беларуси процесс обрёл целенаправленный и организованный характер. Культурные особенности выявляются и подчёркиваются как на уровне государственной политики, так и в культурологических исследованиях[8].

При этом концепция стала применяться также для выработки путей экономического, политического и культурного развития[1].

Современная трактовка концепции изложена в коллективном труде (Алесь Кравцевич, Алесь Смолянчук, Сергей Токть) 2011 года «Белорусы: нация Пограничья». Авторы указали, что пограничье страны многоплановое: природно-географическое, культурное, этническое (белорусский народ назван продуктом межэтнического контакта балтов и славян), религиозное (граница католицизма и православия) и политическое[9].

На данный момент концепция промежуточного положения страны получила широкое распространение в сознании народа. Теперь промежуточное положение описывается как нахождение между Россией и Европой[10]. При этом пограничность Белоруссии рассматривается не как отмежевание от других, а как диалог с ними, то есть транскультурация — пространство, где различия являются не поводом для конфликтов, а основой развития и диалога. Как писал философ Игорь Бобков, цельной и полной белорусская культура может стать только в условиях пограничья, как культура разграничения, встречи и переходу различных, даже враждебных друг другу, культурных частей[11].

В политике

Представления об уникальном белорусском пути нашли своё отражение в политике и идеологии официальных властей[12][13].

После распада коммунистического блока и Советского Союза почти все страны Восточной и Центральной Европы, даже Россия (как долгосрочную цель), взяли курс на вступление в Европейский союз и НАТО. Вместе с тем Белоруссия никогда официально не заявляла о своем желании стать членом организаций[12].

С приходом к власти Александра Лукашенко началось оформление государственной идеологии. Многие граждане откликнулись на призыв лидера взять «всё лучшее из мирового опыта» и смешать в свой собственный — белорусский Путь (Шлях). В отличие от фашизма и коммунизма, провозглашающих некую высшую цель («общее благо» в «тысячелетнем рейхе» либо «общая польза» в бесклассовом обществе), у белорусского Пути нет цели. Как писал философ и политолог Анатолий Паньковский в совместной статье с Софьей Лихутиной, «это просто путь, которым нужно идти». Исходя из официальной госидеологии, для белорусского народа в принципе нет примеров для подражания[13].

Обосновывая многовекторную стратегию во внешней политике, Лукашенко говорил, что опасно «лететь с одним крылом», опираясь исключительно на «российский вектор»: «мы должны дружить со всеми соседями, нам ни Россия, ни Украина, ни Польша, ни Литва, ни Латвия не чужды», поскольку «находясь в эпицентре континента, нет другого пути, как развивать многовекторную политику»[14]. Белорусский социолог Виктор Кириенко связывал этот курс с культурным пограничьем между Западом и Востоком. Данное обстоятельство ставит нацию перед необходимостью осуществлять выбор между Западом и Востоком и постоянно искать свой собственный путь развития[15].

Проблемы

Белорусский философ Виктор Одиноченко указал, что концепция имеет принципиальную ограниченность в современных условиях. Во-первых, при её использовании происходит определение себя через другого, во-вторых, рассуждения ведутся посредством противопоставления Белоруссии России и Европе. Как писал специалист, в современном мире, где идёт полным ходом процесс глобализации, подчеркивание своей специфики должно сопровождаться доброжелательным вниманием к специфике других стран и стремлением установить с ними отношения сотрудничества[10].

См. также

Примечания

  1. 1 2 Одиноченко, 2021, с. 393.
  2. Щитцова, 2018, с. 18.
  3. Шадурский, 2014, с. 11.
  4. Канчэўскі Ігнат // Культуралогія: Энцыклапедычны даведнік. — Мінск: Беларуская Энцыклапедыя, 2003. ISBN 985-11-0277-6
  5. Гуменник, 2021, с. 95.
  6. Шадурский, 2014, с. 10.
  7. Гуменник, 2021, с. 100—101.
  8. Одиноченко, 2021, с. 393—394.
  9. Нация Пограничья, 2011, с. 5.
  10. 1 2 Одиноченко, 2022, с. 257.
  11. Шершнева, 2017, с. 170.
  12. 1 2 Станислав Богданкевич. Особый путь: прошлое, настоящее, перспективы // Наше Мнение, 29 декабря 2006
  13. 1 2 Анатолий Паньковский, Софья Лихутина.Белорусский путь: трудовая теория нации // Наше Мнение, 4 июня 2020
  14. Суздальцев, 2019, с. 118-119.
  15. Тужба, 2016, с. 349.

Литература