Битва при Вимейро

Битва при Вимейро^{[''i'' 1]} (порт. Batalha do Vimeiro) — сражение периода первого французского вторжения в Португалию, произошедшее 21 августа 1808 года около деревни Вимейру, расположенной у реки Масейра на дороге в Лиссабон.

Английская армия генерала Артура Уэлсли (будущего герцога Веллингтона), занимала оборонительную позицию на высотах у реки Масейра. Французский генерал Жан Андош Жюно обошёл её с левого фланга, но Уэлсли успел перестроить свои полки. Французы дважды атаковали британские позиции на высоте у села Вимейру, но были отбиты огнём британской пехоты. Частью сил французы обошли фланг противника и дважды атаковали британские полки левого фланга, но снова были отбиты. Потеряв 2 000 человек, Жюно отступил к Торриш-Ведраш, и начал переговоры о перемирии. 30 августа он подписал конвенцию в Синтре, по которой согласился вывести свою армию из Португалии, а англичане взамен обязались перевезти его войска со всем оружием, знамёнами и багажом во Францию. Конвенция вызвала негодование британского общества, было начато следствие, но в итоге было признано, что виноватых в этом деле нет.

В 1808 году Великобритания готовила небольшую армию для экспедиции в испанские колонии, которую возглавил Артур Уэлсли, будущий герцог Веллингтон. Но когда в мае в Испании началось восстание против французов, было решено перенаправить эту армию в Испанию на усиление небольшого отряда генерала Спенсера. Уэлсли остался в должности командира этой армии и 12 июля отбыл на корабле в Ла-Корунью. В это время Британское правительство решило увеличить армию, добавив к ней бригады Окленда, Анструтера и Джона Мура, при этом возникли возражения против кандидатуры Уэлсли на роль её командира. Военный секретарь виконт Каслри верил Уэлсли, но был вынужден поставить во главе армии генерал-лейтенанта Хью Далримпла. А чтобы генерал Мур, которого в правительстве не любили, не занял место Далримпла в случае его внезапной смерти, вторым по старшинству был назначен Гарри Бьюрард. Каслри рассчитывал, что Далримпл пробудет во главе армии недолго, и как только Уэлсли проявит себя, его можно будет вернуть на место главнокомандующего. Уэлсли узнал об этих назначениях 30 июля, когда уже прибыл в Ла-Корунью^[6][7].

1 августа Уэлсли начал высадку своей армии в Мондего. Она длилась пять дней, но затем прибыл отряд Спенсера из Южной Испании и разгружался ещё три дня. 7 августа Уэлсли разделил всю армию на шесть бригад, под командованием Рональда Хилла, Рональда Фергюсона, Майлза Найтингейла, Бернарда Боуэса, Джеймса Крауфорда и Генри Фэйна. К 10 августа он сумел обеспечить армию лошадьми и тягловыми животными и начал марш на Лиссабон по дороге вдоль моря, чтобы оставаться около своих транспортов^[8].

Французская армия в Португалии находилась под командованием Жана Жюно. Когда началось португальское восстание, Жюно сконцентрировал все войска в Лиссабоне, получив армию численностью 26 тысяч человек (хотя Уэлсли оценивал силы противника в 18 тысяч). 25 июля французский отряд под командованием Луазона был направлен на подавление восстания в провинции Алемтежу, но когда Жюно узнал о высадке британцев, он приказал Луазону срочно возвращаться. Чтобы задержать противника до возвращения Луазона, он велел генералу Делаборду взять небольшой отряд и выступить навстречу британцам. 14 августа Делаборд прибыл в Баталью, где хотел занять оборонительную позицию, но местность показалась ему невыгодной для обороны, и он отступил к Обидушу. 15 августа британцы столкнулись с пикетами французов у Обидуша. Произошла небольшая перестрелка, которая стала первым боевым столкновением британской армии в Пиренейских войнах. Делаборд отошёл к селению Ролиса, где оставил передовой отряд, а остальную армию разместил на высотах за Ролисой. Ему не было смысла принимать бой на этой позиции, но он надеялся, что отряд Луазона успеет присоединиться к его армии. Уэлсли тоже знал, что Луазон где-то близко, и ему надо было разбить Делаборда до соединения с Луазоном. Он приказал атаковать противника утром 17 августа^[9].

17 августа началось сражение при Ролисе. В распоряжении Уэлсли было 14 тысяч пехоты и кавалерии против 4350 человек Делаборда, и он надеялся атаковать противника с фронта и флангов. Ему почти удалось окружить передовой отряд, но тот в последний момент сумел отойти к основной армии. Уэлсли повторил обходной манёвр, но не успел его завершить: 29-й пехотный полк по недоразумению бросился на штурм высот, и пришлось начинать общую атаку с фронта. Делаборд держался до тех пор, пока противник не вышел к его флангам. Тогда он организованно отступил, потеряв 600 или 700 человек за всё сражение. Уэлсли мог бы наступать и тем самым отрезать отряду Луазона дорогу к Лиссабону, но он узнал, что британские транспорты с бригадами Окленда и Амструтера подошли к берегам Португалии. Наиболее удобным местом для высадки было устье реки Масейры, поэтому Уэлсли сразу направился к этой реке и 18 августа занял позицию у села Вимейру, чтобы прикрывать высадку войск^[10].

Погода задержала высадку бригады Окленда, но бригада Анструтера высадилась, хотя и понесла некоторые потери утонувшими из-за высокой волны. Уэлсли намеревался начать наступление на Лиссабон утром 21 августа, но вечером 20 августа в бухту Масейры прибыл генерал Бьюррард, непосредственный начальник Уэлсли. Тем же вечером Уэлсли явился к нему на корабль. Он сообщил Бьюррарду, что в окрестностях почти нет продовольствия и тягловых животных, а его собственные артиллерийские лошади сильно измотаны. В карьере Бьюррарда уже были неудачные десантные операции, поэтому он сказал, что бригады Окленда и Анструтера ещё не готовы к маршу, у французов преимущество в кавалерии и знании местности, и французская армия гораздо сильнее^{[''i'' 2]}, поэтому наступление на Лиссабон может привести к катастрофе. Уэлсли был крайне недоволен этим решением, но Бьюррард настоял на своём. В итоге наступление было остановлено, а Бьюррард остался ночевать на корабле. Историк Джон Фортескью писал, что Бьюррарду фантастически не повезло: он не только отменил наступление, но и остался ночевать на корабле, и из-за этого не смог принять участия в сражении при Вимейро, в котором явно одержал бы победу^[12].

Пока Уэлсли шёл на Ролису и стоял у Вимейру, Жюно прилагал все усилия для концентрации своей армии. 11 августа он отправил генерала Келлермана к Сетубалу, где тот деблокировал осаждённый повстанцами гарнизон и увёл его к Лиссабону. Он собрал семь батальонов пехоты, около 6 тысяч человек, в основном за счёт укреплений Лиссабона, которыми был готов рискнуть ради победы над британской армией в поле. 15 августа он выступил из Лиссабона на север и 17 августа пришёл в Вила-Франка, где из-за ложного донесения повернул обратно, прошёл несколько миль, и, прояснив ситуацию, снова повернул на север. С одним лишь штабом он явился в Серкал, где встретил отряд Луазона и услышал орудийную канонаду — перестрелку Уэлсли с Делабордом у Ролисы. 18 августа он отступил к Торриш-Ведраш, где узнал об исходе боя у Ролисы и велел Делаборду присоединяться к нему. Делаборд прибыл 19 августа, а 20 августа подошли обозы, которые двигались медленно из-за гористой местности. В этот момент у Жюно было примерно 13 тысяч человек и 23 орудия. Он свёл их в две пехотные дивизии, по две бригады каждая, и поручил Делаборду и Луазону. Третья дивизия была выделена в резерв, а кавалерийская дивизия поручена генералу Пьеру Маргарону^[13].

После этой реорганизации армия Жюно приняла следующий вид^[2][3]:

• Дивизия Делаборда
  • Бригада Брёнье-Монморана (3000 чел.)
    • 3-й батальон 2-го легкопехотного полка
    • 3-й батальон 4-го легкопехотного полка
    • 1-й и 2-й батальоны 70-го линейного полка
  • Бригада Томиреса (1400 чел.)
    • 1-й и 2-й батальоны 86-го линейного полка
    • 4-й швейцарский полк (2 роты)
• Дивизия Луазона.
  • Бригада Солиньяка (2800 чел.)
    • 3-й батальон 12-го линейного полка
    • 3-й батальон 15-го линейного полка
    • 3-й батальон 58-го линейного полка
  • Бригада Шарлота (1100 чел.)
    • 3-й батальон 32-го линейного полка
    • 3-й батальон 82-го линейного полка
• Резерв
  • 4 гренадерских батальона (2100 чел.)

Кавалерия французов, не встречая сопротивления, рассыпалась по местности, появлялась везде около британского лагеря и изредка пробиралась к месту высадки войск. Жюно должен был знать, что Уэлсли получает подкрепления, но это его не остановило. Вероятно, он видел, что армия противника усиливается, и поэтому надо атаковать её как можно раньше. И он приказал утром 21 августа начать наступление силами 13 тысяч человек на британскую армию, численностью в 20 тысяч человек^[1].

Дорога из Торриш-Ведраш на Вимейру, по которой двигалась армия Жюно, шла среди песчаных равнин, поросших вереском, с островками сосновых лесов. Перед Вимейру дорога выходила к длинному хребту, который был посередине разрезан каньоном реки Масейра, а перед каньоном находился небольшой холм, названный у Фортескью Холм Вимейроу. Участок хребта от каньона до моря в литературе принято называть западным, а второй участок — восточным. Склоны западного хребта более круты, но сам хребет очень узкий, в то время как восточный хребет более широкий и образует небольшое плато. В 300 метрах восточнее каньона поперёк этого хребта проходит широкий овраг. Холм Вимейру фактически является центром и передовым постом всей позиции. Селение Вимейру находилось на его северном склоне. Через селение проходили несколько дорог, связывающих два хребта. Историк Нейпир назвал холм изолированной скальной возвышенностью, но он основывался только на рапортах Уэлсли. Джон Фортескью по личным наблюдениям заключил, что «он не является ни изолированным, ни скалистым, а просто одним из многих объектов на пересечённой местности, на удивление безобидным и невысоким на вид»^[14].

Уэлсли, однако, не рассматривал окрестности Вимейру как позицию для обороны. Он разместил там армию на одну ночь, чтобы прикрыть высадку подкреплений, и намеревался сразу же продолжать наступление. Основная часть его армии (бригады Хилла, Крауфорда, Найтингейла, Окленда, Боуэса и Фергюсона) при восьми орудиях стояла на западном хребте, поблизости от источников воды. 40-й полк бригады Фергюсона стоял на восточном хребте, где воды было мало. Португальский отряд Транда стоял на северной стороне хребта и не был виден с юга. Бригады Фэйна и Анструтера стояли прямо на холме Вимейру. Обозы армии стояли к северу и западу от Вимейру. Из расположения обозов и того факта, что армия стояла спиной к морю, следует, что Уэлсли не ожидал атаки. Или же он недооценивал силы противника и не допускал возможности отступления. Однако, он расставил пикеты, а его кавалерия наблюдала за направлением на Торриш-Ведраш^[15][16].

Из расположения британских войск следует, что Уэлсли допускал атаку правого фланга и центра, и совсем не ожидал атаки левого фланга с выходом в тыл. Однако, вся позиция была настолько короткой, менее трёх миль длиной, что позволяла быстро перебрасывать войска с фланга на фланг^[17].

Британская армия у Вимейру состояла из 8-ми бригад и имела следующий вид^[1][18]:

• 1-я бригада г-м Рональда Хилла (2658 чел.)
  • 5-й пехотный полк
  • 9-й пехотный полк (1-й батальон)
  • 38-й пехотный полк
• 2-я бригада г-м Рональда Фергюсона. (2449 чел.)
  • 36-й пехотный полк
  • 40-й пехотный полк
  • 71-й пехотный полк
• 3-я бригада б-г Майлза Найтингейла (1520 чел.)
  • 29-й пехотный полк
  • 82-й пехотный полк
• 4-я бригада б-г Бернарда Боуэса (1813 чел.)
  • 6-й пехотный полк
  • 32-й пехотный полк
• 5-я бригада б-г Джеймса Крауфорда (1832 чел.)
  • 45-й пехотный полк
  • 91-й пехотный полк
• 6-я бригада б-г Генри Фэйна (2005 чел.)
  • 50-й пехотный полк
  • 60-й пехотный полк
  • 95-й пехотный полк
• 7-я бригада б-г Анструтера (2703 чел.)
  • 9-й пехотный полк (2-й батальон)
  • 43-й пехотный полк
  • 52-й пехотный полк
  • 97-й пехотный полк
• 8-я бригада б-г Окленда (1332 чел.)
  • 2-й пехотный полк
  • 20-й пехотный полк (7,5 рот)
  • 95-й пехотный полк (2 роты 1-го батальона)

Вся армия по статистике Чарльза Омана насчитывала 16778 человек. Эту же цифру приводит Веллер^[19]. Джон Фортескью оценивал армию в 18 760 человек, но с вычетом потерь при Ролисе и с прибавлением португальского контингента (2 тысячи человек) получалось 20 тысяч человек^[1][18]. Веллер так же оценивал португальский контингент в 2000 человек, но отмечал, что он не принимал участия в сражении^[3].

Около полуночи вестовой сообщил Уэлсли, что французская армия численностью около 20 тысяч человек находится уже на расстоянии часа пути. Уэлсли не стал ничего менять в расположении войск и лишь переместил три 9-фунтовых и три 6-фунтовых орудия на холм Вимейро. Армии было приказано быть при оружии и находиться на своих местах к рассвету. Однако, французы не спешили: Жюно остановился около моста в селении Вилла-Факайа и дал своим людям время отдохнуть и приготовить завтрак. Только после девяти часов утра британцы увидели противника, одетого в белую льняную униформу, а не в традиционную синюю. Уэлсли ожидал, что противник повернёт влево, к селению А-душ-Куньядуш, но Жюно двигался на север. И только поравнявшись с Вимейру, он стал разворачиваться в линию, левый конец которой находился напротив центра Уэлсли. Стало ясно, что он намеревается обойти фланг британцев, наступая по дороге на Лориньян^[20][21][22].

Изучив позицию противника, Жюно оставил без внимания западный хребет, не проведя даже отвлекающего наступления, и решил атаковать холм Вимейру основными силами, а частью сил обойти левый фланг противника. В обход фланга он отправил бригаду Брёнье-Монморана, которая состояла из тех самых четырёх батальонов, что сражались при Ролисе. Им был придан драгунский полк. Этот полк пошёл в авангарде, и поднятая им пыль, вероятно, выдала обходной манёвр. Уэлсли приказал бригаде Фергюсона идти на левый фланг, а бригадам Найтиндейла, Боуэса и Окленда следовать за ним. На западном хребте осталась только бригада Хилла. Оман писал, что Жюно заметил перемещение войск, и по этой причине послал на помощь Бреньё бригаду Салиньяка из дивизии Луазона. Нейпир предположил, что Жюно не видел переброски. Фортеськю называл такое предположение необоснованным. Он полагал, что незаметная переброска войск была крайне маловероятна. «Это важно, поскольку самая роковая ошибка Жюно — отправка второй бригады на поддержку Брёнье — была совершена, когда он узнал о движении британских войск к восточному гребню; и вопрос в том, видел ли он их сначала или же только после их прибытия». Оман считал обходной манёвр такими силами излишним. Жюно мог бы оставить часть сил для развития атаки центра, и разве что провести демонстрацию силами бригады Брёнье, он же фактически разделил армию надвое: восемь с четвертью батальонов пошли в атаку на центр, а семь батальонов ушли в обход. Две бригады ушли, и он остался без связи с ними, а они без связи друг с другом, и оказались почти выключены из сражения^[23][24].

Теперь, после изменения позиции, на левом фланге британской армии стояло 7 пехотных полков под общим командованием Фергюсона^[25].

Жюно развернул в первой линии бригады Шарло и Томиреса (4 с четвертью батальона). Четыре гренадерских батальона Келлермана остались во второй линии в качестве резерва. Семь орудий поддерживали наступление первой линии. Впереди шла плотная цепь тиральеров, а сразу за ними пехота в колоннах. Анструтер развернул в первой линии 53-й и 97-й полки, а 9-й и 43-й оставил в тылу в виде резерва. Фэйн отправил стрелков с винтовками 60-го и 95-го полков (почти половину своей бригады) в цепь перед фронтом, и они встали в 800 метрах от холма. Полки стояли, с севра на юг, в следующем порядке: 50-й, 97-й и 52-й в первой линии, а 9-й и 43-й в резервной линии. Получилось так, что два батальона Томиреса атаковали Фэйна, а два батальона Шарлота атаковали Анструтера. Тиральеры должны были оттеснить британских стрелков, но они не справились с этой задачей и были вынуждены прибегнуть к помощи основных колонн. В каждой французской колонне было 2 батальона, которые шли один за другим. Каждая колонна имела 30 человек с фронта, и 42 шеренги в глубину. Французы постепенно поднялись на холм, но как только они вышли из рощи в 150 метрах от линии Анструтера, то артиллерия дала залп, после чего пехота бросилась в атаку: 97-й полк дал по пехоте Шарлота три мощных залпа и двинулся вперёд, а 52-й ударил во фланг. У французов было численное преимущество: 1200 человек против 695, но их огневая мощь была слабее. Артиллерийский залп с короткой дистанции смёл передовые ряды колонн 32-го и 82-го полков, а пехота отбросила их к подножью холма. То же самое произошло на фронте Фэйна: 50-й полк дал залп с дистанции в 100 метров, потом стал давать регулярные залпы, понемногу охватывая голову французской колонны. У британцев были задействованы все 900 мушкетов, французы же могли использовать только 200 мушкетов из 1200. Делаборд и Шарлот были ранены, командир 82-го полка был убит. Вся артиллерия, приданная первой линии, была захвачена британцами^[26][27].

К этому моменту бригада Солиньяка уже ушла на усиление Брёнье, поэтому у Жюно оставался только резерв: четыре гренадерских батальона. Он решил бросить в бой два батальона (2-й полк Сент-Клера) при поддержке четырёх орудий из артиллерийского резерва. Этими орудиями командовал Максимильен Фуа, впоследствии генерал и автор неизданного труда по истории Пиренейских войн. К этому моменту отправленные Уэлсли орудия уже прибыли на холм Вимейру и впервые в истории войны применили шрапнельные снаряды. У британцев имелись три артиллерийские батареи, в составе каждой было по одной 5,5-дюймовой гаубице. Вести огонь шрапнелью в то время могли только гаубицы^[28][29].

Гренадеры наступали на узком фронте под артиллерийским огнём и подошли на дистанцию ружейного огня, где попали под огонь трёх британских полков: 9-го полка с фронта, 50-го и 97-го полков с фланга. Они открыли огонь с 200 метров, который был менее эффективен, чем предыдущий (со 100 метров), но в итоге гренадеры были сломлены огнём 2000 мушкетов и обратились в бегство, увлекая за собой участников первой атаки, которые шли во второй линии^[28][30].

У Жюно остался ещё 1-й гренадерский полк (2 батальона) под командованием полковника Марансина. Генерал Келлерман лично повёл их в атаку, обходя левый фланг Фэйна и огибая холм Вимейру так, чтобы выйти к самому селу. Они не встретили сопротивления с фронта, но попали под огонь с флангов: с юга открыл огонь 43-й пехотный из бригады Анструтера, а с севера по ним открыли огонь два орудия бригады Окленда с восточного хребта, а затем и стрелки 95-го пехотного. Фланговый огонь остановил Келлермана, но он держал позицию какое-то время. 43-й полк двинулся вперёд и атаковал французов на восточной окраине посёлка. Завязался беспорядочный бой среди зданий, с рукопашными схватками и стрельбой на короткой дистанции. Гренадеры были отбиты, но и 43-й понёс тяжёлые потери: из его 700 человек было убито 40 и ранено 79 человек^[31][32].

Теперь вся французская пехота отступала, и Жюно отправил драгунский полк прикрывать отступление. В распоряжении Уэлсли были 240 кавалеристов 20-го драгунского полка и 260 португальских всадников. «Теперь, Двадцатый, твоё время!», крикнул Уэлсли, и полковник Тейлор вывел драгун из-за холма и бросился на отступающих французов. Португальцы последовали за ними, но быстро пришли в беспорядок и отступили. 20-й пробился через французских драгун, врубился в отступающую пехоту, но слишком увлёкся атакой. На его пути оказалась каменная стена, а затем по нему удалила резервная кавалерия Маргарона, и полк едва не погиб, но сумел вернуться к своим, потеряв 20 человек убитыми, 24 ранеными, и 11 пленными. Полковник Тейлор был в числе убитых^[33][34][35].

Около 11:00 бой у холма Вимейру уже завершался, но бригада Брёнье только выходила на позицию для атаки: таковы были последствия необдуманного решения послать бригаду в обход по незнакомой местности. На пути Брёнье оказалось ущелье у села Толедо, которое оказалось непроходимым, и ему пришлось огибать его и терять время. Солиньяк тоже вышел к этому ущелью, но рискнул перейти его около села Вентоза. Он видел впереди на высотах цепь британских стрелков, но не знал, что за ними стоят семь батальонов пехоты, 5782 человека. С фронта стояли полки бригады Фергюсона: 36-й, 40-й и 71-й, а также 82-й полк бригады Найтингейла. Ещё три полка стояли во второй линии. Солиньяк полагал, что силы примерно равны, однако его тиральеры не смогли оттеснить британских стрелков и снова потребовалась помощь пехотных колонн. Когда Солиньяк приблизился к британской линии, все четыре полка встали и двинулись на французов. Подойдя на сто метров, они открыли перекрёстный огонь из 3000 мушкетов, который смёл тиральеров и сильно потрепал основную колонну. Противники были примерно равны численно, но британцы снова превосходили французов огневой мощью. «Для войск в таком беспорядке приближение величественной двойной линии в 3300 штыков оказалось слишком серьёзным испытанием», писал Оман. Они дрогнули и отступили, увлекая за собой раненого Солиньяка^[36][37].

В это время бригада Брёнье завершила свой обходной марш и услышала вдалеке стрельбу — звуки атаки Солиньяка. Брёнье быстро двинулся на звуки боя и вышел к началу большой седловины, откуда увидел внизу, на дне седловины, отступление Солиньяка. 36-й и 40-й британские полки преследовали противника, а 71-й и 82-й полки, только что захватившие французские орудия, остановились отдохнуть. Брёнье без колебаний бросил свои четыре полка на два ближайших британских: по словам Веллера, он двигался с севера на юг и атаковать 71-й и 82-й полки в левый фланг. Эта атака застала британцев врасплох; не успев перестроиться и попав под удар пехоты и кавалерии, они отступили, бросив захваченные орудия, но вскоре остановились, выровняли ряды, а на помощь им подошёл 29-й пехотный полк, построенный в четыре шеренги ввиду присутствия вражеской кавалерии. Завязалась ожесточённая перестрелка, и у французов снова было локальное численное преимущество (3200 против 2400), но их огонь снова оказался слабее, и в итоге французы дрогнули и стали отходить. Драгуны прикрывали отход, понеся при этом большие потери. Здесь погиб Амбруаз Арриги, родственник Наполеона. Сам Брёнье был ранен и попал в плен. Были потеряны все орудия — и только что отбитые орудия Солиньяка, и собственные орудия Брёнье. В этом бою участвовали только бригады Фергюсона и Найтингейла. Бригады Боуэса и Крауфорда ни сделали ни выстрела и не понесли потерь. Вся слава досталась 71-му и 82-му полкам, которые потеряли 112 и 61 человека. Всего в этом бою было потеряно 272 человека^[38][39].

Через два с половиной часа сражения французская армия отступала на обоих участках поля боя. Потоки отступающих соединились, отступили на высоты и построились там в относительном порядке. Резервная артиллерия французов открыла издалека огонь по позициям противника, в основном, чтобы морально поддержать свои войска. В полдень прибыли два батальона из Лиссабона и были развёрнуты с фронта на высотах. Но французы, по мнению Омана, не выдержали бы продолжения боя, каждое их подразделение было потрёпано сражением, и была потеряна половина артиллерии, 14 орудий^{[''i'' 3]} из 24-х. Кавалерия пострадала не так сильно, как пехота, но не смогла бы сама отразить атаку. Решительным наступлением Уэлсли мог бы перекрыть дорогу на Лиссабон и заставить противника отступать по пересечённой местности на Сантарен^[41].

Но этого не произошло, поскольку, по словам Омана, «свинцовая длань Бьюррарда легла на британцев». Бьюррард высадился на сушу утром, и пока добрался до Вимейру, бой был уже в разгаре. Он не вмешивался в управление войсками до конца сражения. Когда французы отступили, Уэлсли подъехал к нему и сказал: «Сэр Гарри, ваше время наступать, противник наголову разбит, и мы будем в Лиссабоне через три дня». Однако, тот сказал, что армия достаточно потрудилась за этот день, и до прибытия отряда Мура не стоит и думать о наступлении. Сбитый с толку этим упрямым сопротивлением, Уэлсли предложил другой вариант: свежую бригаду Хилла при поддержке Фэйна и Анструтера можно передвинуть на милю вперёд и тем отрезать противнику дорогу на Лиссабон, а пять бригад левого фланга, включая незадействованные ещё бригады Крауфорда и Боуэса, можно отправить на преследование противника, чтобы не дать ему привести себя в порядок. В этот момент появился адъютант Фергюсона, который сообщил, что остатки бригады Солиньяка, 1500 или 2000 человек, загнаны в ущелье, из которого не смогут выбраться, и просил разрешения на атаку. Но Бьюррард отказал. Ему казалось, что где-то у Жюно остался сильный резерв, что его кавалерия ещё слишком опасна, и что британские полки слишком разбросаны на местности (на три мили — от правой бригады Хилла до левой бригады Фергюсона), и наступать в таком положении неразумно. По его приказу армия вернулась в лагерь, забрав с собой захваченные орудия и пленных^[42].

Джон Фортескью писал, что у решения Бьюррарда были основания. Британская кавалерия сильно пострадала в бою, а тягловые животные были совсем плохи: нападение французов вызвало панику среди вагонеров, из них один был убит и трое ранены, а остальные разбежались. Исчезло 50 пустых повозок. Ещё 120 пришлось задействовать для перевозки раненых. В итоге половину всего обоза было нельзя использовать для наступления. Даже полного обоза едва хватало для передвижения армии, а теперь к ней прибавились бригады Окленда и Анструтера. Позже на следствии лорд Мойра говорил, что не может с уверенностью сказать, прав был Бьюррард в своём решении, или нет^[43].

«Что особенно необычного в сражении при Вимейро? — спрашивал историк Жак Веллер. — Ветеранская французская армия, атакующая на открытой местности по прославленной наполеоновской тактике, была полностью разбита. Ничего подобного не происходило многие годы. Для французов, от Жюно до последнего барабанщика, это стало неожиданностью; остальная Европа удивилась не менее». Французы в этом сражении были в меньшинстве, но они обычно не обращали внимания на неравенство сил. Жюно позволил разбить свою армию по частям, но только потому, что его атаку не удалось скоординировать. Жюно послал почти половину своей армии в обход фланга Уэлсли, и вполне мог добиться успеха, но Уэлсли перестроил свою армию почти сразу же. Эта способность перестраивать армию в ответ на действия противника стала потом характерным почерком Уэлсли^[44].

В этом бою британские пехотные линии побеждали французские колонны при каждом сближении, даже при том, что колонны иногда численно превосходили линии. Это ещё более удивительно, чем общее поражение французов. В то время каждый офицер знал, что пехотная линия превосходит колонну огневой мощью, однако французам обычно удавалось потрепать линию огнём тиральеров и артиллерийскими залпами, после чего линия не выдерживала атаки колонны. Но в данном случае Уэлсли противопоставил тиральерам собственных стрелков: стрелки Фэйна и Окленда не только защитили британскую пехоту от огня тиральеров, но и нанесли некоторый урон самим атакующим колоннам. Пехота была размещена за гребнем холма, и её появление было для французов неожиданностью. Французская артиллерия так и не смогла открыть эффективного огня, а некоторые орудия были потеряны, не успев сделать ни единого выстрела^[44].

Кроме того, у Уэлсли были резервы, которые он мог бы задействовать в случае, если бы французы прорвали его линию. Если бы французы захватили холм Вимейру, их бы атаковали бригады Хилла и Окленда. Если бы французы прорвались у Вентозы, то там в резерве стояли Окленд, Крауфорд и Трант. Британские бригады поддерживали друг друга, образуя своего рода динамичную оборону, что также стало характерным приёмом Уэлсли^[19].

Потери британской армии были невелики: 4 офицера и 131 рядовой были убиты, 37 офицеров и 497 рядовых ранены, 2 офицера и 49 рядовых пропали без вести. Итого 720 человек, из них 573 пришлись на 10 батальонов Фэйна, Анструтера и Фергюсона. Бригады Хилла, Боуэса и Крауфорда не потеряли ни единого человека. Потери пленными пришлись на 20-й драгунский и на стрелков в пикетах^[4].

Французы, по их собственным оценкам, потеряли 1800 человек, из них 300 или 400 пленными. Был ранен дивизионный генерал Делаборд и три бригадных генерала: Шарло, Брёнье и Солиньяк. Два батальонных командира были убиты, а один попал в плен. Была потеряна половина всех орудий^[45]. Историк Питер Сноу в книге 2020 года оценивает потери французов в 1500 человек^[46]. Историк Жак Веллер в книге 1969 года приводит полную статистику по видам потерь: 450 убитых, 1200 раненых, 350 пленных (всего 2000 человек)^[3]

Бьюррард оказался в положении командующего британской армией всего на один день. Уже 22 августа в бухту Масейра прибыл Далримпл и принял командование. Он сразу вызвал на совещание Уэлсли и Бьюррарда и выслушал их соображения. Далримпл был немолод, никогда не командовал армиями, и видел настоящую войну лишь во Фландрии в 1793 году. Ему не хватало веры в себя самого, и он был избыточно осторожен: ему показалось, что Уэлсли действовал слишком безрассудно, а его предложения тем более безрассудны. На следствии Уэлсли говорил, что сразу почувствовал недоверие Далримпла и даже предубеждение против себя. Причиной такого настроя Далримпла были, по словам Омана, инструкции Каслри: тот велел во всем советоваться с Уэлсли и полагаться на его опыт, и Далримпл решил, что Уэлсли любимчик правительства, приставленный к нему, чтобы вмешиваться в его решения^[47].

Уэлсли снова предложил свой план наступления. Так как отряд Мура должен был прибыть с минуты на минуту, то его Уэлсли предлагал отправить на Сантарен, чтобы отрезать французам отступление от Лиссабона, а основную армию он предлагал послать в обход французской позиции у Торриш-Ведраш на Лиссабон. Французы могли или атаковать его своей ослабленной армией и проиграть, или отойти от Лиссабона. Оставалась вероятность, что Жюно попытается отрезать британцев от моря, но Уэлсли не верил, что тот на это решится. И Жюно действительно в этот момент думал только об условиях капитуляции. Далримпл в принципе согласился с Уэлсли, но решил, что отряд Мура надо присоединить к основной армии, а это оттягивало начало наступления до 25 августа (дня высадки Мура) или даже до 30 августа (дня завершения высадки). Это давало французам девять дней на укрепление Лиссабона и гарантировало долгую и трудную осаду^[48].

В тот же день Жюно созвал на военный совет Луазона, Келлермана, раненого Делаборда, Тибо, Тавиеля, главного инженера и главного интенданта армии. Он сказал им, что дал бой при Вимейро без надежды на победу, лишь ради спасения чести французской армии, а сейчас британцы получили подкрепления, и разумно ли дать им бой второй раз? Генералы ответили, что армия ещё не готова к бою, и даже не все отставшие ещё вернулись к своим частям. Тогда оставалось три варианта: оборонять Лиссабон, покинуть Лиссабон, или договариваться с противником. Первое и второе грозило катастрофой, оставалось третье. Была надежда, что британцы соблазнятся перспективой заполучить Лиссабон со всеми его запасами без боя, и за это разрешат французам переправиться во Францию. Переговоры были поручены Келлерману, и он покинул лагерь между 10 и 11 утра. Далримпл уже начал составлять приказы о наступлении, когда пикеты донесли о наступлении французской армии. Выяснилось, однако, что это всего лишь Келлерман с эскортом из двух эскадронов кавалерии^[49].

В 14:00 начались переговоры. Далримпл, к удивлению Келлермана, явно обрадовался тому, что сможет избежать наступления и второго сражения. Он сразу позвал Уэлсли и Бьюррарда, а пока их ждали, Келлерман узнал из разговоров, что Мур ещё не прибыл, а без него Далримпл не считает себя достаточно сильным. Это придало Келлерману уверенности. Уэлсли, узнав о предложении, поддержал его. Заполучить всю Португалию без единого выстрела было без сомнения выгодно. С точки зрения общественного мнения было желательнее уничтожить французскую армию, но с практической точки зрения утрата 25 тысяч человек не стала бы большой потерей для Наполеона. Все три британских командира удалились в другую комнату, обсудили предложение Келлермана и постановили его принять. Было объявлено перемирие на 48 часов, за которое предполагалось провести переговоры о переправке армии Жюно на британских кораблях во Францию. Келлермана пригласили на обед, в ходе которого обсудили детали и выявили два спорных вопроса: о том, как поступить с российским флотом в Лиссабоне, и о том, что разрешить французам взять с собой^[50].

Временное соглашение было заключено, а утром 23 августа Далримпл сообщил о нём адмиралу Коттону. В тот же день армия переместилась к Рамальялу. Здесь к Далримплу явился генерал Фрейре, который был недоволен тем, что договор с французами был заключён без уведомления Португальской хунты, которую Фрейре считал официальным правительством Португалии^[51].

Подписание окончательного соглашения затянулось на неделю. Жюно настаивал на том, чтобы российский флот адмирала Сенявина, блокированный англичанами в устье Тахо, был включён в договор и мог бы, соответственно, свободно покинуть бухту. Но адмирал Коттон, который уже много месяцев удерживал Сенявина в бухте, категорически отказался. В итоге Жюно уступил, и соглашение было достигнуто. Далримпл показал его Бьюррарду, Муру, Хоупу и Фрэзеру, и, после их согласия, подписал документ, который стал известен как Синтрская конвенция. Согласно конвенции, французы покидали Португалию со всем оружием, багажом, артиллерией и частной собственностью. Они грузились на британские корабли в Лиссабоне, кроме гарнизона Альмейды, который грузился в Порто. Англичане обязались доставить их в любой порт между Рошфором и Лорьяном, после чего они имели право продолжать службу. Соответственно, 2 сентября все форты в устье Тахо были заняты войсками адмирала Коттона. Сенявин после этого сдался, и его флот был переправлен в Англию, где удерживался вплоть до заключения мира с Англией^[52].

Условия конвенции вызвали возмущение португальцев; разрешение французам вывезти с собой частную собственность дало им возможность вывезти из Португалии всё, ранее награбленное. Португальские армейские командиры высказывали Далримплу свой протест, но он не прислушался к ним и даже прекратил переписку. Португальцы отомстили ему сразу же: Фрейре переправил копию соглашения в Лондон португальскому послу, который передал её министру иностранных дел, Джорджу Каннингу. Это случилось 3 сентября, через несколько часов после того, как в газетах были опубликованы новости о победах при Ролисе и Вимейро. Кабинет министров был потрясён: британское правительство ранее жаловалось, что испанцы дали генералу Дюпону слишком мягкие условия капитуляции, а теперь их собственный командир совершил то же самое. Сначала этим новостям даже не захотели верить. Когда же до Лондона дошёл текст конвенции, Каннинг был так возмущён, что даже предлагал объявить её недействительной. Было потрясено и всё британское общество: из новостей складывалось ощущение, что при Вимейро разбита вся французская армия в Испании, и на этом фоне синтрское соглашение казалось ещё более унизительным. Общество требовало следствия по этому делу, и в итоге Далримпл был отозван в Лондон для дачи показаний, командование перешло к Бьюррарду, но и он был отозван в Лондон. Следствие началось 19 ноября и длилось 7 дней. 23 декабря было официально постановлено, что никто не виноват в произошедшем, и никто не будет отдан под трибунал^[53].

Британское правительство весь сентябрь решало, как применить свою армию в Португалии, и только 25 сентября было решено усилить её до 30 тысяч человек и отправить на север Испании под командованием Джона Мура — Мур получил этот приказ 7 октября. В конце октября он выступил на север, чтобы соединиться с отрядом Блейка, который высадился в Ла-Корунье. 27 ноября он узнал, что Блейк разбит, а французы приближаются к Мадриду. 28 ноября пришли известия о разгроме испанцев при Туделе. К началу декабря Мур отступил к Саламанке. 11 января 1809 года армия Мура вошла в Ла-Корунью. Обстановка не позволяла ему сразу же погрузиться на корабли, и он занял укреплённую позицию у города. 16 января французы начали наступление: началось сражение при Ла-Корунье. В этом бою Мур был смертельно ранен пушечным ядром, но армия смогла отступить на корабли. Капитан Уильям Гомм последним покинул испанский берег^[54].

Комментарии

Ссылки на источники

• Вимиейра // [Верещагин, Василий Васильевич — Воинская повинность]. — СПб. ; [М.] : Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1912. — С. 392. — (Военная энциклопедия : [в 18 т.] / под ред. К. И. Величко … [и др.] ; 1911—1915, т. 6).
• Esdaile, Charles J. The Peninsular War. — New York: Palgrave MacMillan, 2003. — 648 p. — ISBN 9781403962317.
• Fortescue, John William. A history of the British army Vol.VI. — London: Macmillan, 1910. — 492 p.
• Longford, Elizabeth. Wellington: The Years of The Sword. — Oxford: Clarendon Press, 1970. — 608 p.
• Oman, Charles William Chadwick. A history of the Peninsular War, Vol I (1807-1808). — Oxford: Clarendon Press, 1902. — 702 p.
• Snow, Peter. To war with Wellington: from the peninsula to Waterloo. — London: John Murray, 2010. — 424 p. — ISBN 9781848541030.
• Southey, Robert. History of the Peninsular War, Vol II. — London: J. Murray, 1828. — 560 p.
• Weller, Jac. Wellington in the peninsula, 1808-1814. — London: Kaye & Ward, 1969. — 460 p.

• Battle of Vimeiro (англ.). www.britishbattles.com. Дата обращения: 30 августа 2025.
• Robert Burnham. The Battle of Vimeiro, Portugal: 21 August 1808 (англ.). napoleon-series.org. Дата обращения: 30 августа 2025.