Влазень

Вла́зень (вдо́мник, прима́к, прийма́к, приёмыш) — в крестьянском быту зять, то есть муж дочери, принятый в дом тестя, на одном с ним хозяйстве.

В большинстве случаев тесть принимал зятя в свой дом из-за того, что у него самого не было своих сыновей; нуждаясь в работнике и помощнике для полевых работ, он допускал к работе в своих дворе и хозяйстве зятя, чтобы со временем передать их ему. При этом нередко зять брал фамилию тестя^[1][2].

В некоторых местностях зятья принимались «на совесть», то есть никакого письменного условия при этом не заключалось, потому что положение зятьёв-приёмышей было достаточно регламентировано обычаями (Ярославская, Самарская, Орловская и другие губернии). В других местностях (напр., в Архангельской губернии) издавна поступление зятя в дом тестя определялось условиями, оговорёнными словесно или закреплёнными письменно. Такие письменные условия назывались приёмными условиями, или «любовными письмами». Как письменные, так и устные условия совершались при свидетелях, первые — в волостном правлении, хотя записка условий в книги волостных правлений по обычаю не считалась обязательной. Содержание приёмных условий в большинстве заключалось в том, что зять при жизни тестя получает половину его дома, а после его смерти делается главой дома, но до тех пор всем хозяйством и имуществом распоряжается тесть. В письменном условии обычно определялась та часть имущества, которую зять должен был получить из дома тестя по прошествии известного числа лет, если тесть не захочет его держать в доме. Обязанность платить подати и повинности обыкновенно возлагалась на зятя.

Зять, принятый в дом тестя по условию, обычно считался усыновлённым, и в таком случае наследовал после него, даже если у тестя имелись родные сыновья; впрочем, для этого он должен проработать известное число лет на дом. Усыновлённый зять наследовал в одних местностях наравне с сыновьями, в других — в меньшей доле. Если зять не был усыновлён и в семье находились другие родственники мужского пола, жившие в одном с тестем доме и работавшие на него, то зять-приёмыш устранялся от наследования. В случае непочтительности к тестю или тёще зять мог быть изгнан из дома и в таком случае лишался наследства, даже если его право на наследство было выговорено в условии.

Народная пословица так определяет отношения зятя и тестя: «зять любит взять, тесть любит честь».

Как человек, пришедший в семью со стороны, такой зять имел в ней меньше прав.^[3] Так, у донских казаков в такие «зятья идут весьма неохотно, ибо положение „приемыша в зятья“ („зятя принятого“) плохо, в особенности в „большой“ семье. <…> В „большой“ семье зять почти всегда в загоне: на него взваливают самую трудную работу, мало отличая его от простого работника. Положение зятя характеризуется народом в следующих поговорках: „Зятнина шуба всегда под лавкой“, „Большое место зятя в углу, где рогачи ставят“. Увидав собаку без хвоста, говорят: „Должно быть, в зятьях была, что хвост сбыла“».

С другой стороны: «Хороший зять больше тестя в доме значит — тесть ему все хозяйство на руки сдаст; он работает, деньгу копит, а тесть радуется».

Иногда и тестю с тещей приходилось натерпеться от зятя. Он мог начать пить, «озорничать» и причинять всем в семье неприятности.

По смерти тестя зятя нередко теснят дети покойного; так, например, если зять-приемыш захочет женить своего сына, то шурья отказываются помогать ему, говоря: «Твой сын — твой долг: справляй как хочешь». Впрочем, если по смерти отца шурья ничего не дают, то зять может требовать в суде уплаты за годы его работы в семье (в Пятиизбянской станице, например, по 100 руб. в год). Поэтому шурьям выгоднее поделиться с ним «на любках» [то есть по любви].

Интересно, что жена такого зятя («водворенная» или «водворка», то есть за которую во двор был принят зять) «считается „старше“ сестер-девушек и снох и больше почитается, ибо „у ней с братами равная часть“».^[4]

Нередко в крестьянской среде XIX начала XX веков прозвище зятя использовалось, а затем закреплялось как фамилия. Примеры: Влазев, Примак, Примаков, Приёмышев, Приёмышов, Приёмыхов.

• Влазень // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.