Джонс, Гриффит

Гриффит Джонс (англ. Griffith Jones), имя при рождении Гарольд Джонс (англ. Harold Jones); (19 ноября 1909 — 30 января 2007) — британский актёр кино, театра и телевидения 1920—2000-х годов.

К числу наиболее известных фильмов Джонса относятся «Восхождение Екатерины Великой» (1934), «Сначала девушка» (1935), «Янки в Оксфорде» (1938), «Без цензуры» (1942), «Генрих V» (1944), «Злая женщина» (1945), «Печально известный джентльмен» (1945), «Они сделали меня беглецом» (1947), «Миранда» (1948), «Девочка для удовольствия» (1948) и «Море их не получит»(1954).

Начиная с 1930 года, у Джонса была насыщенная театральная карьера, а в 1970—1990-е годы стал признанным шекспировским актёром.

Гриффит Джонс, имя при рождении Гарольд Джонс, родился 19 ноября 1909 года в Лондоне^[1] в семье бывшего шахтера, валлийца по национальности, и лондонки, он был младшим из трёх братьев. Они жили в квартире над семейной молочной лавкой в районе города, улицы которого, как написал киновед Эрик Шортер, «полиция патрулировала тройками»^[2].

Окончив политехническую среднюю школу, он получил стипендию в Университетский колледж Лондона на изучение права, где увлёкся университетским театром. Директор Королевской академии драматического искусства (RADA) сэр Кеннет Барнс, увидев Гриффита в студенческом спектакле, предложил ему место в академии. После первого курса Джонс перешёл из университета в RADA, которую в 1932 году окончил с золотой медалью^[2][1].

Ещё будучи студентом Академии, Джонс сыграл свою первую роль на профессиональной сцене в экспериментальном театре Embassy за пределами Вест-Энда в постановке «Домашние тапочки» (1930)^[1]. После своего дебюта в Вест-Энде в роли рассказчика в адаптации романа Ивлина Во «Мерзкая плоть» (1932) Джонс, сменивший имя на Гриффит, практически не оставался без работы на протяжении всех 1930-х годов. Он сыграл сэра Джона Монтегю в постановке по исторической хронике Гордона Дэвиота (Джозефина Тэй) «Ричард Бордосский» (1932), которая принесла Джону Гилгуду огромный успех, а затем Вейланда в пьесе Кита Уинтера «Крысы Норвегии» (1933) с Лоуренсом Оливье в главной роли^[1][2].

Как пишет киновед Алан Стрэчан, «одним из крупнейших успехов десятилетия стал романтический эпос Маргарет Кеннеди „Никогда не покидай меня“ (1933)». В этой роскошной постановке с участием венской звезды Элизабет Бергнер Джонс произвёл «глубокое впечатление в роли стойкого Кэрила Сэнгера». С не меньшим успехом он повторил эту роль на Бродвее в 1935 году, а также исполнил её в одноимённом голливудском фильме^[1]. По возвращении на родину Джонс продолжил успешную карьеру на лондонской сцене. Он сыграл в довольно мрачной комедии Родни Акленда «Поле октября» (1936) и в музыкальной постановке Ноэла Кауарда «Оперетта» (1938) вместе с другой великой венской звездой, Фрици Массари^[1]. Год спустя он предстал в образе Марко Поло в «Миллионах Марко» (1939) по пьесе Юджина О’Нила^[2].

Джонс дебютировал в кино (без указания в титрах) мелодраме «Верное сердце» (1932), а которой последовала комедия «Разговоры о деньгах» (1934), где у него была полноценная роль второго плана. В 1934 году у Джонса была «хорошая роль любовника Екатерины, графа Орлова» в исторической биографической мелодраме с участием Элизабет Бергнер «Восхождение Екатерины Великой» (1934), которую поставил Александр Корда. Год спустя Джонс повторил на экране свою театральную роль Кэрила Сэнджера в мелодраме «Никогда не убегай от меня» (1934), где его партнёршей снова была Бергнер. Он также сыграл одну из главных ролей в музыкальной комедии с переодеваниями «Сначала девушка» (1935)^[2]. Последовали другие успешные фильмы, среди них романтическая спортивная мелодрама с Робертом Тейлором и Вивьен Ли «Янки в Оксфорде» (1938), историческая морская драма «Сыновья моря» (1941), где он соперничал за любовь девушки со своим братом (Майкл Редгрейв), и военная драма с Деборой Керр «Мстители» (1941), где он был инспектором немецкой полиции^[2].

С началом Второй мировой войны Джонс был призван в Британскую армию. Его местом службы была определена армейская концертная группа под названием «Звёзды в военной форме» и в турах его сопровождала жена, Айрин Айзек, известная всем как Робин^[2]. В 1944 году он вернулся в кино, сыграв графа Солсбери в шекспировской драме «Генрих V» (1944) с Лоренсом Оливье в заглавной роли, а затем — одну из главных ролей мужа главной героини (Маргарет Локвуд) в «классике пышных костюмированных мелодрам эпохи Регентства» «Злая леди» (1945), в которой также снимались Джеймс Мейсон и Патриция Рок^[1]. Джонс также сыграл роль второго плана в мелодраме «Плохой джентльмен» (1945) с участием Рекса Харрисона и Лилли Палмер^[3].

В 1947 году Джонс предстал в образе учтивого, но жестокого главаря воровской банды в криминальной драме «Они сделали меня беглецом» (1947) с Тревором Ховардом в главной роли. Как было отмечено в рецензии журнала The Monthly Film Bulletin, хотя «Ховард вполне соответствует роли и является звездой картины, его полностью затмевает Гриффит Джонс, который выходит из рядов второсортных героев и довольно впечатляюще играет злодея Нарси»^[4]. В социальной криминальной драме «Девочка для удовольствия» (1948) Джонс сыграл мошенника и гуляку, в компанию к которому попадает главная героиня (Джин Кент). По мнению рецензента «Нью-Йорк Таймс», «Гриффит Джонс в роли плейбоя оказывают Джин Кент крепкую поддержку»^[5], а в журнале The Monthly Film Bulletin было отмечено, что «среди актёров выделяется Гриффит Джонс в роли на редкость отвратительного и зловещего плейбоя»^[6]. После этих фильмов Джонс продемонстрировал свой комедийный талант. Он, в частности, «привнёс лёгкость в свою роль женатого доктора, влюбившегося в озорную русалку (Глинис Джонс)», в романтической комедии «Миранда» (1948), а также сыграл главную мужскую роль в романтической комедии с Гуги Уитерс «Однажды во сне» (1949)^[1][2].

В начала 1950-х годов Джонс сыграл главные роли в трёх непримечательных фильмах — англо-итальянской комедии «Две жены — это слишком» (1951), мелодраме «Звезда моей ночи» (1954) и криминальной драме «Алая сеть» (1954), где сыграл человека, подставленного в убийстве^[3]. Как написал о последнем фильме журнал Kine Weekly, это «компактная, обезоруживающе малозначимая романтическая комедийная криминальная мелодрама… Фильм никогда не относится к себе слишком серьёзно, а его сильное чувство юмора, демонстрируемое Хейзел Корт и Гриффитом Джонсом, которые составили привлекательный дуэт, эффективно скрывает его неправдоподобие, не лишая при этом саспенса ближе к финалу»^[7]. Более значимой была «напряжённая военно-морская драма» о минных полях «Море не примет их» (1954) с участием Дирка Богарда и Майкла Редгрейва, где Джонс сыграл роль капитана группы спасателей прибрежной базы ВВС^[1][2].

В 1957 году Джонс сыграл главные роли трёх криминальных мелодрамах категории В — он был главарём воровской банды в фильме «Лицо в ночи» (1957), мужем светской дамы, подозреваемым в её убийстве, в ленте «Счёт предъявлен» (1957), а также мужем, заказывающим убийство своей жены в картине «Убейте её нежно» (1957)^[3]. У него также были роли второго плана в комедиях «Правда о женщинах» (1957) с участием Лоуренса Харви и Джули Харрис и «Нежелательный пассажир» (1957)^[1]. Через два года Джонс сыграл главные роли в детективном фильме «Скрытое убийство» (1959) и комедии «Последний штрих» (1957). После некоторого перерыва в 1960-е годы он сыграл в двух своих последних фильмах — детективе «Сеть душителя» (1965) и комедии «Закат и падение… наблюдателя за птицами» (1968), после чего завершил свою кинокарьеру^[3].

После окончания войны в 1945 году Джонс вернулся на лондонскую сцену, где в течение двух лет играл в театре «Хеймаркет» в роскошной постановке пьесы Оскара Уайльда «Веер леди Уиндермир», «продемонстрировав стильную уверенность в роли лорда Дарлингтона»^[1].

Последовало ещё несколько памятных ролей, среди которых роль маркиза Херонденского в спектакле «Кадриль» (1952) по пьесе Ноэла Кауарда «Частная жизнь», действие которой перенесено в викторианскую эпоху. В спектакле также принимали участие бродвейские звёзды Альфред Лант и Линн Фонтэнн^[1]. Как пишет Эрик Шортер, многочисленные появления в различных спектаклях побудили критика Джеймса Эгейта похвалить Джонса «за превращение незначительных ролей, которые на бумаге ничего не предлагали, в выдающиеся выступления, не затмевая при этом никого». Однако, в «Кадрили», как и в «Лунатике» (1952) Артура Уоткина, ему в основном предлагали роли представителя высшего класса^[2].

По словам Стрэчана, в меняющемся театральном ландшафте 1950-х годов Джонс находил меньше возможностей в Лондоне, в результате стал часто выезжать на гастроли в другие города^[2]. Хотя, по мнению Шортера, «драмы, воспевающие быт или рассерженных молодых людей, не были сильной стороной Джонса», он запомнился в роли сурового Арчи Райса в пьесе Джона Осборна «Комедиант» (1958)^[2][1].

Джонс продолжал с успехом выступать в региональных репертуарных театрах, особенно ему нравилась возможность сыграть колоритного Долговязого Джона Сильвера в «Острове сокровищ» (1962) в Ньюкасле. Джонс гастролировал со спектаклем по пьесе Жана Ануя «Пещера» (1965), где играл графа. Во время недолгого показа этого спектакля в Вест-Энде Джонс впервые вышел на сцену вместе со своей дочерью Джеммой, для которой роли горничной в этом спектакле была одной из первых в её театральной карьере^[1][2]. В 1966 году Джонс, будучи поклонником Шоу, получил удовольствие от роли влюбленного Риджона в крепкой постановке драмы «Дилемма доктора» (1966). В 1973 году он отправился в Ноттингем, где в постановке пьесы Говарда Брентона и Дэвида Хэра «Наглость» «предстал в своей лучшей форме в роли сурового провинциального советника»^[1], а также сыграл Баптисту в «Укрощении строптивой»^[2].

В 1975 году Джонс дебютировал в постановках Королевского шекспировского театра в Стратфорде, сыграв Призрака в легендарном «Гамлете» с Беном Кингсли, а также сэра Уильяма Стэнли в спектакле по пьесе Джона Форда «Перкин Уорбек»^[1]. В 1975—1977 годах в Стратфорде он играл в шекспировских спектаклях «Генрих IV, части 1 и 2», «Ричард III», «Гамлет», «Ромео и Джульетта», «Зимняя сказка», «Макбет», «Комедия ошибок» и «Сон в летнюю ночь»^[8].

С 1978 года Джонс вместе с Королевским шекспировским театром стал выступать в Лондоне. Как пишет Стрэчан, «в течение следующей четверти века его послужной список в театре наряду с шекспировскими произведениями охватывал и новые пьесы и восстановленные постановки, что позволило ему познакомиться с целым новым поколением актёров, художников и режиссёров. Его положение в труппе как выдающегося старшего члена стало непревзойденным, и он пользовался уважением и любовью многих своих молодых коллег»^[1].

Среди ролей Джонса Шортер особенно выделил «очень трогательное исполнение» Дункана в «Макбете» (1977) с Иэном Маккелленом и Джуди Денч, а также роль Призрака в «Гамлете»^[2]. Стрэчан отнёс к «впечатляющим театральным работам Джонса» роль Антигона в мрачной постановке Джона Бартона «Зимняя сказка» (1976), Эгея в радостном праздновании «Комедии ошибок» (1976), необычайно сильного Дункана в новаторском «Макбете» (1977—1978), и, наконец, роль Чебутыкина, сыгранной с душераздирающим пафосом в спектакле «Три сестры» в выдающейся постановке Тревора Нанна (1979)^[1].

В 1980 году в своём театре он замечательно сыграл несколько ролей, включая восхитительное исполнение Флаггерса, в спектакле «Николас Никкельби», поставленном Королевским шекспировским театром на сцене театра «Олд Вич» в Лондоне. В составе труппы Джонс играл главного судью в спектакле Нанна по двум частям «Генриха IV» (1982)^[1]. Также в 1982—1985 годах в составе Королевского шекспировского театра Джонс сыграл в спектаклях «Всё хорошо, что хорошо кончается», «Юлий Цезарь», «Двенадцатая ночь», «Мера за меру» и «Укрощение строптивой»^[8]. Однако, как далее отмечает Стрэчан, «Джонс, как и положено, разделил со своей труппой как взлёты, так и падения». Он прекрасно справился с ролью Радуги в старинной фарсовой комедии Джона Дайтона о частных школах «Лучшие дни твоей жизни» (1984), но из-за слабой постановки пьеса смотрелась очень неуклюже. И даже такие тонко прописанные роли, как Дестан в пьесе Пэм Джемс «Дело Дантона» (1986), не смогли спасти неудачный проект^[1].

В начале 1990-х Джон впечатляюще играл Приама спектакле «Троил и Крессида» (1990—1991) в постановке Сэма Мендеса, за которой последовал Старик в «Короле Лире» (1990—1991) режиссёра Николаса Хайтнера. Джонс сильно сыграл сенатора вольсков в «Кориолане» (1994) и яркого Абхорсона в «Мере за меру» (1944—1995). В 1996 году он вновь играл Приама в «Троиле и Крессиде» (1996), но, по мнению Стрэчана, сама постановка была «ужасной». Как пишет критик, «ему больше повезло с ролью верного Тубала в „Венецианском купце“ (1997—1998), одной из первых крупных постановок Грегори Дорана». Эта роль стала последней в театральной карьере Джонса, на тот момент ему было 90 лет^[1].

Как написал Стрэчан, «плотный график театральных выступлений не позволил Джонсу построить значительную телевизионную карьеру»^[1]. Тем не менее, в период с 1955 по 1982 год он сумел появиться в отдельных эпизодах 40 различных сериалов, среди которых «Детективный театр Эдгара Уоллеса» (1965), «Мстители» (1968), «Пол Темпл» (1971), «Поедатели лотусов» (1972), «Чёрная стрела» (1973) и «Падение орлов» (1974), а также в телеверсиях спектаклей «Комедия ошибок» (1978), «Макбет» (1979), «Три сестры» (1981) и «Николас Никкльби» (1982)^[1].

Как пишет искусствовед Алан Стрэчан, за свою необычайно долгую театральную карьеру Гриффит Джонс прошел удивительный путь. Он рано добился известности на лондонской сцене «в качестве поразительно красивого молодого героя, обладающего внушительным сценическим присутствием и богатым голосом», играл в пьесах Ноэла Кауарда, его сценическими партнёрами были Джон Гилгуд и другие звёзды Вест-Энда и Бродвея. Параллельно с театральной карьерой в 1940—1950-е годы он стал заметной фигурой в британском кино. И, наконец, он достойно проявил себя «в радикально изменившемся послевоенном театре», а в 1970—1990-е годы у него наступил медовый месяц с Королевским Шекспировским театром, что позволило ему сотрудничать с новым поколением режиссёров^[1].

Эрик Шортер в свою очередь отмечает, что Гриффит Джонс «сделал блестящую карьеру в предвоенный период, ещё до появления „рассерженных молодых людей“. Он использовал свою приятную внешность и обаятельные манеры, чтобы с одинаковым успехом воплощать на сцене и экране как романтических героев, так и порой зловещих злодеев». Несмотря на «перемены, происходившие в британском театре, ему удалось сохранить свой актёрский талант и оставаться востребованным на протяжении почти 70 лет». Последние 25 лет своей актёрской карьеры он «с удовольствием играл второстепенные роли в Королевском Шекспировском театре». В этот период он «привносил достоинство, весомость и неожиданный юмор в десятки шекспировских, диккенсовских и чеховских персонажей», работая с такими режиссерами, как Джонатан Миллер, Джон Кейрд, Адриан Ноубл и Грегори Доран. Королевский шекспировский театр был домом для него и его семьи в Стратфорде, Лондоне и Ньюкасле на протяжении 25 лет^[2].

С 1932 года Гриффит Джонс был женат на Робин Айзек, которая родила ему сына и дочь (Робин умерла в 1985 году)^[1]. Дочь Джемма, которая родилась в 1942 году, стала весьма успешной актрисой в кино и на телевидении. Сын Николас родился в 1946 году в тот момент, когда Гриффит в течение двух лет играл в театре «Хеймаркет» в спектакле по пьесе Оскара Уайльда «Веер леди Уиндермир», благодаря чему Николас получил прозвище «ребёнок лорда Дарлингтона». Помимо игры на телевидении Николас зарекомендовал себя работами на театральной сцене, в том числе, в шекспировских постановках^[2].

Жена Робин умерла в 1985 году. В 2000 году в возрасте 90 лет Гриффит Джонс окончательно ушёл на пенсию и счастливо прожил последние годы дома с дочерью Джеммой и своей кошкой Хэтти^[2].

Гриффит Джонс умер 30 января 2007 года в Лондоне в возрасте 97 лет. Причина смерти не разглашалась^[1][2][9].