Животиловско-волчанская группа

Животиловско-волчанская группа (животиловско-волчанская археологическая культура, животиловская культура) – археологическая культура последней четверти 4-го тысячелетия до н. э. в Северном Причерноморье, на территории от нижнего Дуная до нижнего Дона^[1] (Молдавия, Украина, Россия). Представлена курганными захоронениями, следы поселений не обнаружены. В настоящее время известно более 90 погребальных памятников животиловской культуры^[1]. В материальной культуре отмечено влияние традиции Майкоп-Новосвободное, а также поздне-трипольской группы Гординешть. В погребальном обряде животиловской культуры присутствуют множественные параллели с более поздней культурой шнуровой керамики^[1].

Преобладают захоронения в прямоугольных или овальных ямах. Иногда отмечаются захоронения катакомбного или нишевого типа, когда тело укладывается в нишу в стене могильной ямы. В бассейне реки Ингул найдены погребения в каменных ящиках (цистах)^[1].

Погребения в большинстве случаев одиночные. Тело в одиночных погребениях, как правило, располагалось в центре ямы. Иногда погребенный был сдвинут к одной из стенок: такая позиция не характерна для энеолитических культур Причерноморья, но отмечена в Майкопско-Новосвободненской традиции.^[1] Кроме индивидуальных, иногда встречаются двойные и коллективные захоронения^[1].

Все захоронения – подкурганные. Помимо строительства собственных курганов, животиловцы использовали курганные могильники более ранних степных культур. С точки зрения стратиграфии животиловские захоронения всегда следуют за погребениями нижнемихайловской и среднестоговской культур, но предшествуют ямным погребениям^[1].

По современным данным, среди погребенных примерно одинаково представлены мужчины и женщины (что отличает животиловский погребальный обряд от ямного, где среди погребенных – преимущественно мужчины), а также все возрастные группы^[1].

Одна их самых характерных черт животиловского погребального обряда – положение тел погребенных. Покойников всегда укладывали на левый или правый бок в скорченном положении (как и в культуре шнуровой керамики), с согнутыми руками, ладони располагались у лица либо у груди^[1]. Эта погребальная позиция также восходит к традиции Майкоп-Новосвободное^[2]. Ориентация тел может быть любой, наиболее частым считается положение с северо-востока на юго-запад^[1].

Большинство (71,5 %) захоронений содержат предметы инвентаря. Обычно это кремневые лезвия, скребки, двусторонние отретушированные наконечники для стрел, топоры^[1]. Некоторые изделия из камня могут быть интерпретированы как оружие, например, топорики-молоты в карпато-днестровкских памятниках животиловской культуры^[1]. Металлические предметы встречаются крайне редко, в отличие от захоронений усатовской или майкопско-новосвободненской культур. В Ростовской области найдены медный кинжал и бронзовое (?) шило^[1]. В кургане Колдыри (Тацинский район, Ростовская область) обнаружено раннее свидетельство существования колесного транспорта: остатки повозки^[1].

Керамика нескольких типов. Некоторые сосуды заимствованы у поздентрипольской культуры Гординешть, в «реповидных» сосудах с «паркетным» орнаментом в виде сетки пересекающихся линий отмечается явное влияние традиции Майкоп-Новосвободное^[1].

2 сестры (близнецы 2-3 лет, генетически идентичные) I17974 и I17975 из курганного захоронения животиловской культуры Bursuceni (Молдавия, 3334-3030 гг. до н. э.) по аутосомным генам рассматриваются как получившие ок. 82% генетики ямной популяции, и ок. 18% – степного Майкопа, группы из Предкавказья с преимущественно среднеазиатской генетикой^[3]. Генетическое происхождение индивида I17973 (подростка из того же захоронения) не удалось определить с достаточной степенью точности. При этом не вызывает сомнений, что он получил ок. 90% родословной из кавказского земледельческого кластера (Акнашен или сходная популяция), остальные 10% – из неизвестного источника^[3]. Индивид I20078, условно относимый к поздне-усатовской культуре (Тараклия, Молдова, 3340-3034 гг. до н. э.), генетически и по материальной культуре близкий к животиловско-волчанской группе, моделируется как получивший 39% ямной родословной, и 61% – степного Майкопа. По анализу длины общих сегментов ДНК, этот индивид оказался троюродным братом степного майкопца из Шарахалсуна (Ставропольский край)^[3]. У индивида I17973 выявлена Y-хромосомная гаплогруппа J2b-Z42942. У данного индивида – митохондриальная гаплогруппа U1a1a, у близнецов – митохондриальная гаплогруппа U5a1g1^[3]. У индивида из Тараклии y-хромосомная гаплогруппа Q1b-BZ1466 и митохондриальная H2a1^[3].

1. ↑ ^{1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15} Manzura, Igor. North Pontic steppes at the end of the 4th millennium BC: the epoch of broken borders (англ.) // Tyragetia International. — 2016. — P. 53-76.
2. ↑ Yuriĭ Ya. Rassamakin. Between the Don and the Danube The Phenomenon of the Zhivotilovka-Volchanskoe Type of Burials at the Turn of the Late Eneolithic and the Early Bronze Age in the Northern Black Sea Steppe // The Caucasus / Der Kaukasus Bridge between the urban centres in Mesopotamia and the Pontic steppes in the 4th and 3rd millennium BC The transfer of knowledge and technologies between East and West in the Bronze Age. — 2021. — С. 195-210.
3. ↑ ^{1 2 3 4 5} Alexey G. Nikitin et al. A genomic history of the North Pontic Region from the Neolithic to the Bronze Age (англ.) // Nature. — 2025-03. — Vol. 639, iss. 8053. — P. 124–131. — ISSN 1476-4687. — doi:10.1038/s41586-024-08372-2.