Малинчизм

Малинчизм (исп. malinchismo) — испаноязычный термин, используемый в основном в Мексике для обозначения чрезмерного восхищения людьми, культурой, идеями, поведением и образом жизни США, Европы и других зарубежных стран по сравнению с мексиканскими[1]. Может быть охарактеризован как форма влечения, которую представитель одной культуры развивает к другой культуре, частный случай культурного низкопоклонства[2], комплекс этнической неполноценности или национальное самоненавистничество[3].

Происхождение

Термин происходит от индейского имени Малинче — советницы и наложницы Эрнана Кортеса, родившей от него сына[4], также известной под своим христианским именем Марина и являющейся символом коренных американцев, помогавших испанцам в завоевании Новой Испании[5][6].

Малинчизм можно воспринимать как пейоратив, выражающий презрение к тем, кто тяготеет к иностранным ценностям, считая их более высокими, более качественными и достойными подражания[7]. Его характеризуют как глубоко укоренившийся мексиканский комплекс неполноценности[8].

Использование

В Мексике и ряде других стран термин малинчизм или малинчист применяется ко всем, кто испытывает влечение к чужой культуре и в то же время пренебрежение к своей собственной. Это также относится и к политике, например в Сальвадоре, где левые политические партии называют своих оппонентов «правыми малинчистами». Миф о Малинче стал использоваться как технический термин для обозначения предпочтения западной культуры[2]. Понятие может иметь более широкое применение, например, для обозначения колонизированной страны, испытывающей восхищение или симпатию к стране-колонизатору[1].

Малинчизм также связан с изображением женщин как символа предательства и лживого поведения[9]. В мексиканской популярной культуре Малинче часто изображают и как обманщицу и как обманутую. В одних театральных постановках она изображается как жертва завоевания, в других — как творец своей собственной судьбы. В искусстве она представлена воплощением коварства и вины женщин — той, кто использовала свою сексуальность и предала своих детей[10]. Даже в танце сохраняется эта дихотомия: в балете La Malinche, написанном в 1949 году Хосе Лимоном, Малинче вначале является жертвой, затем принимает гордые манеры аристократки и, в конце концов, тяготясь пышностью своих нарядов, рождает ребёнка-метиса, отвергающего её[11]. В литературе Малинче сравнивают с Евой, соблазнительницей, обманом вводящей мужчин в заблуждение[12].

Исследования

Профессоры в области экономики и ведения бизнеса Линда Уэлтчи и Джон К. Райанс утверждали, что потребители из высшего класса Мексики проявляют малинчизм, предпочитая американские импортные товары местным мексиканским брендам. В результате такого потребительского поведения, американские товары пользуются популярностью среди представителей среднего класса, а их рекламодатели обычно концентрируют свои усилия на горожанах Мехико, не ориентируясь на предпочтения рабочих и сельских жителей. Например, Монтеррей и Гвадалахара покупают 70 процентов американского импорта[13]. Мексиканские учёные разработали психологическую шкалу для измерения степени подверженности малинчизму среди подростков, учитывавшую их предпочтения в сфере иностранных развлечений, зарубежных кумиров, иностранной еды и иностранной продукции[1].

См. также

Примечания

  1. 1 2 3 Jiménez et al., 2019.
  2. 1 2 Lemos, 2010, p. 86.
  3. The films of Arturo Ripstein : the sinister gaze of the world. — Cham, 2019. — P. 182. — ISBN 978-3-030-22956-6.
  4. Brett Josef Grubisic, Gisèle Marie Baxter, Tara Lee. «Blast, Corrupt, Dismantle, Erase» Contemporary North American Dystopian Literature. — Wilfrid Laurier University Press, 2014. — С. 245. — 480 с.
  5. Angelica Aboulhosn. La Malinche, Hernán Cortés’s Translator and So Much More. neh.gov. National Endowment for the Humanities (2023).
  6. Christopher Minster. 10 Facts About Dona 'La Malinche' Marina. thoughtco.com (14 мая 2025).
  7. Gustavo Leyva Martínez, Oliver Kozlarek. Global Critical Theories. — Springer VS, 2025. — 408 с. — ISBN 9783658471859.
  8. Butler, 2004, p. 83.
  9. Julia Maria Schneider. Recreating the image of women in Mexico: a genealogy of resistance in Mexican narr esistance in Mexican narrative set during the Re e set during the Revolution olution. — Louisiana State University, 2010.
  10. Lindauer, 1999.
  11. Seed, 2008.
  12. Cypess, 1991.
  13. Linda Ueltschy, and John K. Ryans, Jr., "Employing standardized promotion strategies in Mexico: the impact of language and cultural differences, " International Executive (July 1997) 39#4 pp 479+

Литература