Муртазеки

«Муртазеки», или «Мюриды Шамиля» (араб. مرتزق‎, муртизакатун — «избранный», «наёмный воин») — воинское формирование Северо-Кавказского имамата, наёмные воины, составлявшие гвардию имамата. Организованы Шамилём как боевая единица, пограничные войска, в мирное время выполняли функции полиции, а также являлись личной охраной имама. Подразделялись на десятки, сотни и пятисотни. Каждая из этих частей имела своего начальника.

Муртазеки (муртизикатун) — в переводе с арабского «избранный, обеспеченный, наёмный воин». Кроме этой формы встречаются варианты «муртазикяты, муртазигаты, муртазигаторы». Муртазек может быть переведён как солдат, получающий свой паёк, в отличие от бойца ополчения, питающегося тем, что он захватил из дома. Муртазикаты — множественное число от Муртазек^[2].

Возникновение особой гвардии муртазеков до вступления Шамиля в должность имама в 1834 году свидетельствует показания Мухаммеда Тахира аль-Карахи, содержащиеся в его хрониках^[2].

Точная дата появления муртазеков неизвестна. О том, что в период имамаства Гамзат-бека существовали отряды наёмных воинов-муртазеков и частью из них командовал Шамиль, свидетельствует первое упоминание о муртазеках^[2]. Уже в 1833 году, сообщает хронист, к Шамилю от Гамзат-бека пришёл посланец с приказанием, чтобы он с муртазеками той округи выступил против селения Мушули и сломил непокорность жителей^[3]. Отряды муртазеков существовали не только под непосредственным руководством самих имамов, но также и под руководством отдельных наибов^[2].

Целью создания муртазеков было иметь всегда готовые к бою отряды. За вычетом команды при Шамиле, прочие муртазеки рассылались по селениям и обществам как по тем, откуда были родом, так и по тем, в верности которых имам сомневался. Наблюдавшие за исполнением правил шариата, но постоянно готовые к действиям по первому требованию Шамиля, они несли там особую, кордонную или караульную, службу на границе с русскими, играя роль таможенной службы и пограничных войск. Муртазеки были освобождены от домашних работ и находились на содержании своих обществ их выбирали с каждых 10 дворов (семейств), по другим данным они содержались на средства тех аулов, куда он были разосланы^[3]. Каждые 10 дворов платили такому человеку по 10 рублей в год. Таким образом, в распоряжении Шамиля в любое время (1836 год) находилось около 1500 человек называемых муртазеками. В случае необходимости дополнительно, кроме муртазеков собирались особые партии и отряды^[4].

Как пишет Н. Ф. Дубровин (по данным генерал-майора Д. В. Пассека), легче было иметь дело со скопищем в несколько тысяч вольного ополчения, хотя бы под предводительством самых храбрых горцев, нежели атаковать несколько сот мюридов, окружавших предводителя и по силам своим избравших позицию. Первая, искусно направленная и решительная, атака обращала в бегство толпы вольного ополчения. Наоборот, если приходилось иметь дело с одними мюридами, то каждый пункт надобно было брать после упорного боя, огонь неприятельский был при этом самый убийственный. Тогда горцы не стреляли в толпу, но всегда прицельно, наводя по несколько ружей на каждый проулок, на каждый угол, изворот, тропинку — откуда могли показаться наши солдаты^[5].

Основная цель учреждения муртазеков состояла в обеспечении контроля над поддерживанием и распространением законов шариата среди горцев, в особенности в тех горских обществах, которые недавно подчинились власти Шамиля, либо если их религиозность и преданность вызывали сомнение. Вывод князя И. Д. Орбелиани о том, что охранная стража в мирное время следит за поведением сограждан, подтверждается и К. И. Прушановским. По его сведениям, охранная стража, представляла собой опричников и тайную полицию Шамиля^[5].

В организационном отношении муртазеки делились на десятки, сотни, и полутысячи, с начальником во главе. Муртазикаты не смешивались с временным ополчением, но всегда оставались в составе отдельных частей, под начальством своих наибов. Шамиль в начале 1843 года одел муртазеков в единую форму: жёлтые черкески и зелёные чалмы. Начальники имели чёрные черкесски^[3].

Сбор муртазеков происходил или по распоряжению самого Шамиля или его наибов. В первом случае рассылались мюриды к наибам с приказанием собрать известное число муртазеков и явится с ними к определённому времени в назначенное место. Во втором случае каждый наиб собирал известное число муртазеков, как для обороны своего наибства, так и для набега. Для лучшего управления муртазеками во время боя, Шамиль разделил их по наибствам на отряды в 500 и 100 человек, приказав иметь наибам, пятисотенным и сотенным начальникам отличительные значки^[6].

По сведениям, представленным полковником Фрейтагом, наиб иногда назначает одного общего начальника, для заведования муртазикатами, под именем мазуна, а иногда нескольких, избирая их не по храбрости, но по преданности мюридизму, так как на них возлагается и внутреннее управление аулами. По сведениям генерал-майора Клюки фон Клугенау, наиб сам начальствует над муртазикатами и избирает только сотенных командиров. Разность в этих объяснениях, возможно, произошла от того, что показанный полковником Фрейтагом порядок руководства над муртазикатами существует в Чечне, а последний в Дагестане^[7].

При мазунах находились муртазеки, набираемые по одному из десяти семейств. На войне они составляли отборную конницу и действовали отдельно, под командой своего мазуна. В другое время муртазеки были тайной полицией^[8].

По мнению военного историка Н. Ф. Дубровина, «В помощь наибам, исключительно только в одной Чечне было учреждено особое сословие муртазеков. Это были люди, посвятившие себя собственно караульной или кордонной службе и занимавшие караулы по всей границе немирной Чечни. В Дагестане сословия муртазеков не существовало вовсе»^[9].

Тактической боевой единицей был альф — полк из тысячи человек. Каждый полк делился на два батальона или эскадрона — хамсамиа, по пятьсот человек в каждом. В каждом батальоне было по пять рот (миа), состоящих из 100 человек. Рота состояла из двух взводов (хамсин), по 50 человек в каждом, а взвод из пяти капральств (амара). Начальники этих подразделений назывались “раисульальф” (тысячник), “раису-хамса-миа” (пятисотенный), “раису-миа” (сотенный), “раису-хамсин” (пятидесятник), “раису-амара” (десятник). Тысячниками считались все наибы, но так как их не хватало по числу полков, то командирами назначались особые офицеры. Офицеры назывались генералами, полковниками и капитанами. Каждый начальник имел свой значок в форме древка с прибитым к нему разноцветным лоскутом, каждый полк имел знамя^[10].

Численность муртазеков по данным русской разведки, на исходе зимы 1843 года, начиная от селений Асса до Суграталь составляла до 4 тысяч человек; в Чечне же их было более 1000 человек. По мнению А. П. Берже войско, составленное из муртазеков, простиралось по все Чечне до 3000 человек^[11]. Вообще, у чеченцев муртазеки и мюриды имелись, но там число их было не так велико, как в горах. Наиб мог сам созывать муртазеков как для обороны так и для набега^[5].

А. Юров писал:

Рядовые муртазеки должны были иметь желтые черкески и зеленые чалмы на черных папахах, начальники — черкески из черного сукна, чалмы на черных папахах также зеленые. Знаком отличия впоследствии служил и цвет чалмы. Чалмы имама и мюридов имели белый цвет, наибов — желтый, пятисотенных и сотенных — пестрый, десятников — красный (муфтии, кадии и муллы носили чалмы зеленого, палачи и фискалы — черного, а хаджи — коричневого цвета). В качестве знаков различия наибы и командиры носили на правом плече выше патронников-газырей серебряные пластинки. Знаки тысячника и пятисотенного состояли из серебряной пластинки в форме круга, разделенной двумя внутренними параллельными кругами на три части или отделения. В первом, большом отделении помещалась по кругу арабская надпись: «Если ты предаешься войне, то малодушие в сторону. Терпи все ее невзгоды: нет смерти без предопределения». В четырех противоположных местах второго круга, по двум перпендикулярным диаметрам, были написаны два главных постулата магометанской веры: «Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед — пророк Его». Наконец, в центральном круге было звание командира (тысячник или пятисотенный). На прочих знаках различия указывалось только звание, а сами знаки состояли: для сотенного командира — из серебряной доски, имеющей форму полулуния, нижняя часть которого имела вид выгнутой линии или лука; для пятидесятника — из треугольной доски с тупыми, вогнутыми внутрь углами, а для десятника — из медного вытянутого прямоугольника с оконечностями в виде фестонов^[10].

Военный историк С. Эсадзе описывает последний штурм Гуниба в котором участвовали мюриды Шамиля: «Партия в сотню мюридов, отрезанная от аула собралась на лесистом холме влево от ведущей на Гуниб дороги и засев за камнями открыла частую стрельбу. Одна за другой Ширванские роты были направлены против отчаянных мюридов. Горцы не видя спасения, бросились на кинжалы и шашки. Ни один из мюридов не сдался, все сто человек после непродолжительной, но кровавой схватки погибли под штыками ширванцев»^[13].

• Дадаев Ю. У. Муртазеки — воинское формирование Шамиля // Вестник Института истории, археологии и этнографии. — Махачкала: ДНЦ РАН, 2014. — № 3 (39). — С. 48—60. — ISSN 2078-1423.
• Кругов А. И.,  Нечитайлов М. В. Вооружённые силы имамата горцев Северного Кавказа (1829—1859 гг.). — М.: Русские Витязи, 2016. — 176 с.
• Берже А. П. Чечня и чеченцы. — Тифлис: Тип. гл. упр. Наместника Кавк., 1859. — С. 113. — 159 с.
• Мухаммед-Тахир аль-Карахи Блеск дагестанских сабель в некоторых шамилевских битвах. Ч. 1. Комм. и пер. Т. Айтберова. Махачкала, 1990.
• Хожаев Д. А. Чеченцы в Русско-Кавказской войне : науч.-попул. работа / авт. проекта и науч. ред. Т. А. Мазаева. — Грозный—СПб. : «Седа», 1998. — 250 с. — Издана при участии и фин. обеспеч. М. М. Ахматханова и Х. Д. Махаури. — ISBN 5-85973-012-8.
• Дубровин Н. Ф. История войны и владычества на Кавказе. — СПб., 1871. — Т. I. Кн. 1. — 472 с.
• Макаров Т. Шамиль, военный и гражданский правитель // Кавказ. — 1859. — № 94. — С. 285—286.
• Эсадзе С. С. Штурм Гуниба и пленение Шамиля: Исторический очерк Кавказско-горской войны в Чечне и Дагестане. (рус.) / изд. Воен.-ист. отдела. — Тифлис: Тип. штаба Кавказского воен. округа, 1909. — II, 208 с.
• Губаханова Р. А. Кавказ в русской художественной культуре (XIX - начало XX века) (рус.). — Махачкала: ДНЦ РАН, 2008. — С. 54—56. — 150 с.

• Муртазеки — воинское формирование Шамиля