Побег из Бутырской тюрьмы

Побег из Бутырской тюрьмы — совершённый в ночь с 4 на 5 сентября 2001 года побег троих российских осужденных из ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по городу Москве, более известного как Бутырская тюрьма. Исключительность побегу придали метод осуществления побега и тот факт, что все беглецы являлись приговоренными к пожизненному лишению свободы и содержались в камере смертников, где в отношении их действовали исключительные меры содержания и другие ограничения свободы действия. Побег не имел подобных прецедентов в истории России. О том, как развивались обстоятельства во время совершения побега существовало множество версий. Побег из «Бутырской тюрьмы» вызвал общественный резонанс в России и в последующие годы оказал влияние на массовую культуру общества. История побега неоднократно цитировалась в СМИ и литературных произведениях, однако каждый автор излагал события по своему, по причине чего на протяжении более двух десятилетий история побега из «Бутырской тюрьмы» породила множество слухов и легенд^[1].

Здание тюрьмы было спроектировано выдающимся московским архитектором Матвеем Казаковым. Бутырский замок имел 4 башни: «Пугачёвская» (до 1775 года — «Южная»), «Полицейская», «Северная», «Часовая». В центре Бутырского губернского тюремного замка в 1782 году был возведён Покровский храм, также по проекту Казакова. Тюрьма имела сеть подземных ходов и сооружений. В последующие десятилетия они несколько раз перестраивались, по причине чего к началу 2000-х годов «Бутырская тюрьма» имела очень разветвленную и запутанную систему подземных ходов. После распада СССР и последовавшей за ним социально-экономических реформ, в Бутырской тюрьме наблюдался высокий уровень коррупции среди сотрудников учреждения и ненадлежащее ими исполнение своих обязанностей. К началу 2000-х состояние зданий «Бутырской тюрьмы» были признано аварийным^[2]. Начальник УИН по Москве и Московской области Станислав Подрез в 2001 году так прокомментировал побег заключенных из тюрьмы^[3]:

Побег был подготовлен тремя осужденными к пожизненному лишению свободы - 39-летним Владимиром Федоровичем Железогло (род. 1962, Никольск, Карагандинская область, Казахская ССР, СССР), 30-летним Борисом Викторовичем Безотечество (род. 1971, Анжеро-Судженск, Кемеровская область, РСФСР, СССР) и 34-летним Анатолием Виссарионовичем Куликовым (род. 1967, деревня Ослаба, Чувашская АССР, РСФСР, СССР). Владимир Железогло родился на территории Казахской ССР, однако детство и юность провел в городе Чадыр-Лунга (Молдавская ССР), где в конце 1970-х окончил школу. Вырос в социально благополучной обстановке. В 1980-х годах его отец Федор Железогло, будучи по профессии бульдозеристом, отправился на заработки в Магадан, где в течение нескольких последующих лет работал на золотых приисках. Вскоре вслед за отцом отправился Владимир Железогло, однако на разработках месторождений золота он совершил кражу. Он был осужден и получил в качестве уголовного наказания 15 лет лишения свободы. Отбыв уголовное наказание он вскоре снова был осужден на 1 год лишения за незаконное хранение оружия. После отбытия второго тюремного срока Владимир Железогло переехал в город Канск (Красноярский край), где начал вести маргинальный образ жизни, зарабатывая на жизнь кражами и вымогательством в составе небольшой банды. В начале 2000 года Железогло вместе с сообщниками проник в коттедж местного коммерсанта по фамилии Надольский. Зарубив мужчину и его жену топором, преступники забрали деньги и ценные вещи на сумму около 200 000 рублей. Однако в ходе расследования им не удалось скрыться и все они вскоре были арестованы. На следствии и во время процесса Железогло проявлял агрессивное поведение по отношению к окружающим. Он отказался сотрудничать со следствием, угрожал физической расправой следователям и милиционерам, а на судебном процессе судье и свидетелям обвинения. В октябре 2000 года Владимир Железогло был приговорен выездным заседанием Красноярского краевого суда к пожизненному лишению свободы. Свою вину в убийствах он не признал, предоставив алиби, однако показания свидетеля его алиби суд по какой-то причине не учел. После окончания судебного процесса Железогло подал в Верховный суд РФ кассационную жалобу, после чего в марте 2001 года был этапирован в Москву и помещен в «Бутырскую тюрьму» для ожидания ответа Верховного суда на поданную им кассационную жалобу^[4][5][6]

Борис Безотечество детство и юность провел в социально благополучной обстановке. После окончания школы, в 1989 году он был призван в Советскую армию. Службу проходил в военно-морском флоте на территории Владивостока. В декабре 1990 года, незадолго до демобилизации, Безотечество совершил ряд преступлений. Будучи в состоянии алкогольного опьянения он вместе с двумя сообщниками-мичманами сначала совершил ограбление случайного прохожего, а потом забрался в иномарку и попытался вытащить магнитофон. При задержании Борис Безотечество оказал сопротивление сотрудникам милиции, пытаясь нанести им ножевые ранения. В августе 1991 года Военным трибуналом он был приговорен к 7 годам лишения свободы. Отбыв уголовное наказание полностью, Безотечество в декабре 1997 года вышел на свободу и вернулся домой к родителям, в город Анжеро-Судженск, где вскоре нашел работу землекопа на городском кладбище под названием «Маяк», где работали его брат и дядя. В июне 1998 года у Безотечество, который к тому времени был повышен до должности смотрителя, на работе произошел конфликт с еще одним работником кладбища — Владиславом Лоскутниковым. В ходе конфликта Лоскутников уволился с кладбища, после чего в начале сентября того же года на кладбище нагрянула проверка, в ходе которой были выявлены факты финансовых махинаций со стороны Безотечество и его непосредственных начальников. Безотечество решил, что аудиторов на него натравил Лоскутников, после чего 19 сентября 1998 года отправился к нему домой вместе с 14-летней Анастасией Токаревой, с которой он, несмотря на ее юный возраст состоял в очень близких отношениях. В тот день Лоскутников и его жена ушли в лес за грибами, вследствие чего Безотечество и Токарева вызвали на разговор его дочь 14-летнюю Александру Лоскутникову. В ходе беседы Безотечество пытался объяснить девочке, что ее отец был не прав, высказал угрозы в адрес ее семьи и требовал, чтобы она передала его слова своему отцу, однако Лоскутникова им в грубой форме отказала, после чего попыталась скрыться в доме. Проникнув в дом вслед за девочкой, Безотечество убил ее в ванной, нанеся ей три удара ножом в область шеи, после чего решив не оставлять свидетелей преступления убил парализованную бабушку девочки - 85-летнюю Наталью Семеновну Лашкову, а Токарева в ходе обыска дома похитила ценные вещи. После совершения убийства Борис Безотечество был вскоре арестован и 26 июня 2000 года Кемеровским областным судом осужден к пожизненному лишению свободы^[4][7][8].

Анатолий Куликов юность и детство также провел в социально благополучной обстановке. В школьные годы он занимался кикбоксом и велоспортом. На спортивном поприще Куликов добился отличных результатов и в юношеские годы считался перспективным спортсменом. Как человек по натуре быстрый, энергичный, активный, в силу высокого роста и атлетического телосложения Анатолий Куликов пользовался авторитетом среди друзей и знакомых. В период с 1985 по 1987 год Куликов проходил службу в Советской армии. После демобилизации Куликов уехал в Чебоксары, где получил средне-специальное образование и женился, после чего устроился на одно из предприятий Чебоксар, где со временем получил должность начальника отдела сбыта. В середине 1990-х в разгар социально экономических реформ, последовавших за распадом СССР, Куликов начал испытывать материальные трудности ,после чего переехал в поселок Вурнары, где создал небольшую ОПГ и начал зарабатывать на жизнь рэкетом и вымогательством в отношении предпринимателей и владельцев предприятий, расположенных на территории Вурнарского района (Чувашия). В 1999 году Куликов, имевший в уголовном мире прозвище «Фикса» вместе с двумя приятелями решил завладеть автомобилем «ВАЗ-2109», принадлежащим уроженцу Дагестана Джабраилову, который отдал машину частному автомеханику по фамилии Ибрагимов, чтобы тот сделал тюнинг. Куликов потребовал от Ибрагимова под угрозой физической расправы принять участие в преступлении, после чего тот вынужденно дал согласие и по требованию Куликова изготовил дубликаты ключей автомобиля Джабраилова. После ремонта и тюнинга ВАЗ-2109, Анатолий Куликов под благовидным предлогом заманил Джабраилова в садоводческое товарищество «Лесное», расположенное рядом с деревней Большие Карачуры (Чебоксарский район). После приезда, Куликов вместе с приятелями задушил Джабраилова и двух его дочерей — 8-летнюю Залмину и 7-летнюю Зарину, которые в тот день также находились в машине. Трупы убитых преступники закопали в лесу, после чего Куликов завладел автомобилем Джабраилова. На след убийц правоохранительные органы вышли довольно быстро, после чего Анатолий Куликов был арестован. Осенью 2000 года он был призвал виновным в совершении 3 убийств и приговорен к пожизненному лишению свободы. До совершения убийств Анатолий Куликов уголовной ответственности никогда не подвергался^{[4][9][10][11]}.

После этапирования в Москву, Железогло, Безотечество и Куликов были помещены в камеру № 76, расположенном в т.н. 6-м расстрельном коридоре «Бутырской тюрьмы». Первоначально сообщалось, что Безотечество, Железогло и Куликов проникли в подвальное помещение тюрьмы с помощью пролома и подкопа в полу своей камеры. Сняв керамическую плитку, они якобы с помощью черенка алюминиевой ложки в течение нескольких дней, действуя по очереди расковыряли слой бетона толщиной 20 сантиметров, после чего разобрали свод подвала толщиной в 3 кирпича. С целью замаскировать пролом в полу камеры, беглецы накрыли его одеялом, на котором расставили тарелки и кружки. Куски бетона и кирпича Железогло, Безотечество и Куликов выносили в карманах на улицу, где выбрасывали во время прогулок. Пробив около 50 сантиметров бетона и кирпичной кладки беглецы по очереди спускались через отверстие диаметром около 40 сантиметров в подвал, где в течение недели искали пути выхода. В ходе поисков выхода на поверхность беглецы в конечном итоге обнаружили небольшую штольню в подвале, где в 75 метров от входа они сделали пролом в асфальте и выбрались на улицу, на территорию приемника-распределителя для бомжей, который примыкает к Дому культуры ГУВД Москвы. Выбравшись на улицу, Безотечество, Железогло и Куликов переоделись в спортивные костюмы, которые им выдали в тюрьме в связи с похолоданием и протиснувшись под решеткой отправились на Новослободскую улицу, где в половине седьмого утра за 50 рублей на такси доехали до Белорусского вокзала. Там беглецы разделились. Железогло и Куликов направились в Серпуховской район Московской области, где в деревне Липицы проживала двоюродная сестра Куликова Вера Каблукова. А Безотечество скрылся на территории Люберецкого района.^[4].

Факт побега Железогло, Безотечество и Куликова был установлен в 7 часов утра 5 сентября 2001 года, когда один из надзирателей «Бутырской тюрьмы», обслуживающий коридор на первом этаже, где были расположены камеры смертников, объявил подъём и принялся совершать обход камер заключённых. Проходя мимо камеры № 76 надзиратель не заметил никакого движения в ней, после чего вызвал подмогу и открыл дверь камеры. После установления факта побега в «Бутырской тюрьме» была объявлена тревога. Различные мероприятия и следственные действия, такие как визиты адвокатов и свидания были отменены. По одной из версий, после того, как среди осуждённых стали распространяться сведения о побеге Железогло, Безотечество и Куликова, в тюрьме начались беспорядки, для пресечения которых администрация тюрьмы была вынуждены привлечь бойцов спецназа, однако представители министерства юстиции эту информацию впоследствии опровергали, утверждая, что единственным ЧП на территории Бутырской тюрьмы в те дни был только побег. Во время поисков беглецов сотрудники спецназа совместно с кинологами и четырьмя собаками спустились из камеры через пролом в подвал, однако собаки не смогли взять след беглецов. Пробыв около часа в подземных помещениях, затопленных грунтовыми водами, бойцы спецназа нашли дверь, ведущую в тюремный двор, которая была заперта, и несколько заваленных кирпичами ответвлений, ведущих в разные стороны. После этого в тюремных архивах были найдены и изучены планы подземелий «Бутырской тюрьмы», однако они практически не соответствовали фактическому расположению подземных ходов, так как подвалы за многие десятилетия несколько раз перестраивались. Так как поиски беглецов могли затянуться на несколько недель, руководители ГУИН Минюста РФ обратились за помощью к Московским диггерам. Первоначально сообщалось, что по следам пыли и еле заметным стрелкам, которые оставили Железогло, Безотечество и Куликов, диггеры привели бойцов спецназа к штольне, укрепленной в нескольких местах досками, и к пролому в асфальте, через который беглецы выбрались на улицу. По одной из версий, беглецы во время совершения побега использовали самодельную электрическую переноску с лампочкой. Всего в поисковой операции принимали участие более 250 человек^[7][10][12].

Из свидетельств диггера Вадима Михайлова^[7]:

Однако пресс-секретарь Московского УИНа Игорь Баринов в свою очередь утверждал, что профессиональные диггеры работали около 9 часов^[6]

На территории приемника-распределителя для бомжей след преступников собаки взяли след беглецов, который окончательно был потерян на Новослободской улице. После побега в «Бутырской тюрьме» началось внутреннее служебное расследование. Так как, среди сотрудников учреждения был высок уровень коррупции, следствие подозревало, что побег был совершен при пособничестве должностного лица, по причине чего в ходе расследования всех надзирателей обязали пройти тестирование на полиграфе. После побега ГУИН объявил награду в размере 100 000 долларов за помощь по поимке беглецов и распространил на них ориентировки. Вскоре после этого, в милицию обратился частный извозчик, который заявил о том, что опознал беглецов в качестве своих пассажиров, которых он 5 сентября 2001 года в половине седьмого утра отвез с Новослободской улицы на Белорусский вокзал^[4][13].

Однако Владимир Железогло многие обстоятельства, ранее озвученные в СМИ, при которых был совершен побег, в 2019 году опроверг. Согласно его свидетельствам, инициатором побега являлся Борис Безотечество и все работы по созданию пролома и подкопа они сделали вдвоем до того, как к ним в камеру подселили Анатолия Куликова. Принятие варианта побега через подвальные помещения у них возник, когда кто-то из них проковырял глубокий паз в бетонном слое пола куском проволоки большого диаметра и длиной 1.5 метра, который они нашли на прогулке, во внутреннем дворике и затем тайно пронесли в камеру, с целью изготовить штырь. Согласно свидетельствам Железогло, после того как они выяснили, что бетонный пол отсырел и подвержен разрушению, Борис Безотечество несколько раз прыгнул в том месте, где они проковыряли паз куском проволоки, после чего в бетонном полу образовался пролом размером 60 на 60 сантиметров. Убрав кусок бетонной плиты, они последовательно убрали слой песка под ней, слой известковой штукатурки и разобрали свод подвала из кирпичей, после чего проникли в подвал, где проходила теплотрасса. Железогло утверждал, что у них не было никаких алюминиевых ложек в камере, как писали СМИ, а все работу по созданию пролома и подкопа они проделали руками и с помощью куска проволоки за одну ночь. Песок согласно его утверждению, мешали с водой и сливали в унитаз, а кирпичи из свода подвального помещения выбросили вниз, в подвал, где им никто не придал никакого значения, так как тем летом в «Бутырской тюрьме» шли ремонтные работы, а в подвале находились сварочные аппараты, кабели, домкраты, инструменты и стройматериалы. По свидетельствам Владимира Железогло, чтобы надзиратели не заметили пролом и подкоп, они на отверстие в своде подвала положили кусок металлической решетки, сверху нее мешок с песком, который Железогло якобы сшил из своего белья, а на мешок положили бетонную плиту. Для того, чтобы уровень плиты сравнялся с полом, Железогло и его сообщники прыгали по плите, лежащей на мешке с песком, после чего замазывали щели между плитой и остальной частью пола хозяйственным мылом. По словам Железогло, с целью замаскировать подкоп и пролом никакого одеяла с посудой они не использовали, а надзиратели в действительности заходили в камеру каждое утро и на предмет повреждений тщательно простукивали стены, полы и потолок камеры^[5].

Железогло утверждал, что Борис Безотечество выбрался из камеры в подвал в первую же ночь, после чего вернулся обратно, принес с собой найденные там журналы и заявил, что сеть подвальных помещений очень разветвленная, по причине чего невозможно понять, куда идти и где выход. После того, как к ним подселили Куликова, Железогло и Безотечество во второй раз выбрались в подвал, пока Куликов спал. Железогло утверждал, что после того, как они ушли, Куликов проснулся, обнаружил пролом, собрал вещи и тоже спустился в низ. По словам Владимира Железогло, он и Борис Безотечество дошли до тира, где обнаружили мишень и множество гильз, после чего обнаружили выход и вышли во внутренний двор тюрьмы. По словам Железогло, во внутреннем дворе тюрьмы они не обнаружили ни собак, ни часовых на вышках, по причине чего смогли беспрепятственно пройти к центральным воротам тюрьмы, которые оказались заперты. После этого они зашли в тюремную прачечную, нашли камуфляжные куртки и кепки, которые одели прямо на свои робы, после чего вышли к пекарне, где увидели автомобиль и осужденных, работающих на производстве, которые грузили хлеб. Согласно свидетельствам Железогло, через несколько минут они вернулись в камеру, где встретили Анатолия Куликова, который заблудился в подвальных помещениях и вернулся назад. После этого Железогло и Безотечество посвятили Куликова в планы побега и организовали график, согласно которому в подвал в ночные часы суток выбирался для поиска выхода только лишь один обитатель камеры, а остальные оставались в ней. Чтобы ввести в заблуждение надзирателей и убедить их в том, что камеру из осужденных никто не покинул, по свидетельствам Железогло, они сделали из вещей манекен, который укладывали на кровати и накрывали телогрейкой, создавая эффект присутствия в камере третьего осужденного, который в это время находился в подвальных помещениях. Во время блужданий в подземных помещениях они одевались в тюремную робу, которую каждое утро стирали и сушили с целью не вызвать подозрений. Железогло утверждал, что впоследствии они стали выбираться из камеры в подвал по двое, так как после утренней проверки их никто не проверял в течение дня, а сотрудник-контролер в коридоре зачастую вообще отсутствовал^[5].

Из свидетельств Владимира Железогло^[5]:

По словам Железогло, после нескольких неудачных попыток найти выход на поверхность, они купили план «Бутырской тюрьмы» и план действий при пожаре у одного из контролеров за 1000 долларов, которые при себе имел Анатолий Куликов. Именно благодаря плану беглецам удалось выбраться из тюрьмы на улицы Москвы на пятый день поисков выхода. Вопреки утверждению диггера Вадима Михайлова, Железогло утверждал, что во время побега никаких стрелок в подземных коммуникациях ни он, ни его сообщники не рисовали^[5][14][15].

Из свидетельств Железогло^[5]:

Железогло подтвердил, что в 4 утра 5 сентября 2001 году они оказались во дворе дворе спецприемника для бездомных, где умылись, переоделись, после чего отправились к площади трех вокзалов, где пытались уехать на такси, расплатившись магнитофоном Владимира Железогло, однако по его свидетельствам, никто из таксистов брать магнитофон в качестве оплаты проезда не захотел. Железогло утверждал, что вскоре после этого, к ним подошел сержант милиции, который потребовал у них документы^[5].

Из свидетельств Железогло^[5]:

После этого, согласно утверждению Железогло, они с Куликовым пытаясь уехать автостопом, остановили машину, за рулем которой якобы находился сотрудник ФСБ, который взял у них магнитофон в качестве оплаты и вывез их на окраину Москвы, откуда они на попутках в конечном итоге добрались до Серпуховского района, где в деревне Липицы проживала двоюродная сестра Куликова 40-летняя Вера Каблукова, инвалид детства, на содержании которой находился 14-летний сын^[4].

В ходе поисков беглецов после обнародования ориентировок, в ГУИН стали поступать тысячи телефонных звонков о том, что Железогло, Безотечество и Куликов были замечены в Москве, в различных районах Подмосковья и в других регионах страны. По словам заместителя начальника ГУИН Минюста РФ Александра Волоха, сообщения о обнаружении беглецов поступали даже из Прибалтики и Польши. В ходе поисков были задержаны несколько человек, похожие на Владимира Железогло, в том числе его однофамилец. Анатолий Куликов и Владимир Железогло были задержаны на автобусной остановке на расстоянии 7 километров от деревни Липицы 26 сентября 2001 года. Первоначально сообщалось, что Куликов и Железогло на расстоянии 8 километров от деревни с помощью топора, пилы и лопаты, украденных с какой-то дачи, соорудили в лесу землянку. Железогло, имевший опыт жизни в тайге, выбрал место для землянки в чаще молодых деревьев, где грибы не растут и появление грибников маловероятно. Землянка якобы представляла собой полуметровую яму, крыша которой, сделанная из куска линолеума держалась на стропилах, сделанных из срубленных деревьев. Для маскировки они обложили крышу землянки сухими листьями, дерном и сухими борщевиками. В качестве пропитания использовали грибы, ягоды и картофель, накопанный на совхозном поле, который они готовили на мангале , сделанном собственноручно из железных прутьев. Согласно первоначальной версии, 19 сентября кто-то из местных жителей сообщил в милицию, что в лесу объявились чужаки, похожие на разыскиваемых беглецов ,после чего в Серпуховской район был переброшен отряд гуиновского спецназа «Факел», оперативники ФСБ и угрозыска. По одной из версий, в операции по задержанию Куликова и Железогло принимали участие почти 300 человек. Куликов перед задержанием попытался сбежать и прыгнул в придорожную канаву, где закопался в опавшую листву и был обнаружен только после того, как на него наступил один из оперативников. У задержанных при себе оказались два ножа и топор.^{[4][16][17][18]}.

По словам Железогло, двоюродная сестра Куликова согласилась приютить их только на одну ночь, после чего они ушли на территорию дачного поселка. Железогло опровергнул информацию о том, что они с Куликовым скрывались в землянке. По его свидетельствам, они проживали в одном заброшенных домов, где действительно питались грибами и картофелем, украденным с огородов. Железогло в 2019 году утверждал, что в милицию обратились родственники Куликова и один из жителей деревни. В день задержания около 21.40, согласно утверждению Железогло они вышли на автобусную остановку для встречи с родственником Куликова на трассе в семи километрах от деревни Липицы, после чего рядом с ними взорвалась газовая граната и он потеряли сознание. После ареста Железогло и Куликов были этапированы в СИЗО «Матросская тишина», где их подвергали допросам, так как следствие на тот момент подозревало и в том, что они после побега совершили убийство Бориса Безотечество^[5][19].

Борис Безотечество в действительности, после расставания с Железогло и Куликовым отправился на территорию Люберецкого района Москвы ,где вел бродяжнический образ жизни, испытвая материальные трудности и страдая недоеданием. Сильно исхудавший и обессиленный он был арестован лишь спустя 19 месяцев после побега, 18 апреля 2003 года при попытке ограбления магазина «Махаон» в поселке Томилино (Леберецкий район). При задержании он представился жителем Рязанской области по имени Владимир Устинов. По другим данным представился Алескеем Барановым, однако оперативники в ходе криминалистическо-дактилоскопической экспертизы установили его подлинную личность по отпечаткам пальцев^[20][21][22].

Впоследствии Борис Безотечество, Владимир Железогло и Анатолий Куликов были осуждены Тверским судом Москвы за совершение побега. После осуждения они были этапированы для отбытия наказания в разные колонии особого режима. Борис Безотечество изначально отбывал наказание в колонии Вологодский пятак в Белозёрском районе Вологодской области. По прошествии нескольких лет был переведен для отбытия наказания в колонию особого режима ИК-18 «Полярная сова» в посёлке Харп Ямало-Ненецкого автономного округа. Владимир Железогло был этапирован в «ФКУ ИК-2 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю», более известное как Белый лебедь. За годы заключения он ни разу не нарушил режим содержания и характеризовался администрацией колонии положительно. Анатолий Куликов после суда был этапирован в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области, более известный как Чёрный дельфин. В 2022 году, 55-летний Куликов обращался в Конституционный суд РФ с жалобой на нарушение его конституционных прав статьей 413 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, настаивая не незаконности своего приговора, уголовно-процессуальных ошибках во время расследования и возобновлении производства по уголовному делу, однако его жалоба была отклонена^[23][5]

Многие загадки следствия так и остались невыясненными. В ходе служебного расследования обстоятельств побега ГУИН Минюста РФ рассматривала версию о том, что сотрудники Бутырской тюрьмы были осведомлены о предстоящем побеге в качестве приоритетной. По версии следствия, за материальное вознаграждение от беглецов, сотрудники персонала тюрьмы не только проявили халатность, но и способствовали совершению побега, предоставляя беглецам необходимые инструменты и различные услуги^[24].

Версию ГУИН Минюста РФ разделял диггер Вадим Михайлов^[25]:

Заместитель начальника Государственного управления исполнения наказаний (ГУИН) Александра Волох отрицал причастность представителей тюремной администрации к организации побега. Он объяснял халатность сотрудников тюрьмы тем фактом, что место пролома в полу камеры, Безотечество, Железогло и Куликов прикрывали широкой тряпкой, на краях которой раскладывали кружки, ложки и хлеб, а так как заключенные всегда отличаются особо трепетным отношением к еде, тюремная охрана тряпку не трогала^[25].

Эксперт-аналитик, бывший сотрудник МВД РФ, врач-психиатр Михаил Виноградов также поддерживал версию о том, что побег был осуществлен при непосредственной поддержке сотрудников СИЗО^[10]:

Владимир Железогло в 2019 году косвенно эту версию подтвердил. По его словам, еще будучи в камере смертников на территории СИЗО он совместно с Безотечество и Куликовым сумели договориться с неустановленным лицом о изготовлении им поддельных удостоверений личностей. Согласно утверждению Железогло, встреча, передача документов и оплата за них должна была состояться на улице в условленном месте 1 или 2 сентября 2001 года, однако они опоздали на пару дней, после чего продавец фальшивых документов уехал из Москвы. О том, как они сумели договориться об изготовлении документов, находясь в камере смертников и через каких посредников - Железогло уточнять не стал^[5].

Начальник ГУИНа Минюста России Владимир Ялунин не стал комментировать версию причастности к побегу персонала тюрьмы, признав только тот факт, что Бутырская тюрьма находилась в момент совершения побега в аварийном состоянии. Из заявления Ялунина^[19]:

Заместитель начальника Главного управления исполнения наказаний Министерства юстиции РФ Александр Волох после побега и возникшего вслед за ним общественного резонанса в России предложил правительству Москвы поставить финансирование «Бутырской тюрьмы» на баланс города и построить новый СИЗО. Свое предложение он обосновал «адскими условиями, как для заключенных, так и для работников тюрьмы», следствием которых по его мнению стал побег. Из заявления Александра Волоха^[26]:

Министр юстиции России Юрий Чайка признал, что ситуация в московской системе Управления исполнения наказаний тяжелая и для выхода из кризиса Министерство юстиции предпримет для этого все необходимые усилия и жесткие меры. Комментируя побеги заключенных, Юрий Чайка заявил, что происшествие является «позорным» для Министерства Юстиции^[27].

1 октября 2001 года из «Бутырской тюрьмы» совершил побег 39-летний Иван Виноградов, находившийся под следствием за нападение на сотрудника милиции. После свидания с матерью он направился не в камеру, а к контрольно-пропускному пункту. Предъявив дежурному удостоверение следователя Главного управления исполнения наказаний, он беспрепятственно вышел за пределы СИЗО. Узнав об очередном побеге, начальник «Бутырской тюрьмы» Рафик Ибрагимов в тот же день тут же написал рапорт об увольнении^[28][29]. На должность начальника тюрьмы был назначен Владимир Ступин, бывший начальник «Балашовской тюрьмы», расположенной в Саратовской области^[30].

В ходе расследования побега Безотечество, Железогло и Куликова обвинение в сговоре с преступниками было предъявлено 3 сотрудникам «Бутырской тюрьмы». После побегов из «Бутырской тюрьмы» Министр юстиции Юрий Чайка сменил руководителей Управления исполнения наказания по Москве. От занимаемых должностей были освобождены глава московского УИН генерал-майор Станислав Подрез и три его заместителя. На должность начальника УИН по г.Москве назначен бывший начальник УИН Ульяновской области Анатолий Друзин. Также назначены трое его заместителей. Для того, чтобы избежать повторения дерзких побегов, приказом министра юстиции России Юрия Чайки в конце 2001 года была повышена зарплата сотрудникам трех московских следственных изоляторов и санкт-петербургского СИЗО «Кресты». Об этом на пресс-конференции в Москве 10 октября 2001 года заявил начальник ГУИН Минюста РФ Владимир Ялунин. По его словам, зарплата руководителей увеличена на 100%, начальников отделов - на 75%, контролеров - на 50%^[31][32].

После назначения Ступина, в «Бутырской тюрьме» был усилен пропускной режим, так как именно недостатки контроля на входе в тюрьму стали по версии расследования причиной побега Ивана Виноградова 1 октября 2001 года. После усиления пропускного режима, сотрудники тюрьмы были обязаны входить на территории СИЗО при помощи жетонов, так как удостоверения, по которым проходили раньше, часто теряли. Следующей мерой по предотвращению побегов стал капитальный ремонт всех корпусов «Бутырской тюрьмы». Бригада ремонтников укрепила полы первого этажа СИЗО, внешние стены и заменила систему водоснабжения. По словам Ступина, «только всякого хлама и мусора вывезли с территории 620 тонн». В камерах и коридорах был также произведен капитальный ремонт, так как по результатам расследования одной из причин успешного побега Безотечество, Железогло и Куликова было признано именно ветхое состояние помещений «Бутырской тюрьмы». Еще одной причиной успешного побега была признана острая нехватка кадров в «Бутырской тюрьме» и их слабая профессиональная подготовка. В конце 2001 года усилиями Владимира Ступина была проведена реформа по увеличению численного состава СИЗО за счет командированных 135 человек из 16 регионов России на два месяца и увеличение им заработной платы за счет внутренних резервов Министерства Юстиции РФ, так и за счет увеличения бюджетного финансирования. На ремонт зданий правительством Москвы было выделено 7 миллионов рублей в 2001 году, а Министерством Юстиции 12 миллионов рублей. В 2002 году сумма которую выделило правительство Москвы и Министерства Юстиции была увеличена уже до 100 миллионов рублей^[33][34][35].

Однако реформа в конечном итоге провалилась. В 2010 году, Генеральная прокуратура России провела проверку «Бутырской тюрьмы» и выявила множество нарушений. Порядок распределения заключенных в камерах существенно нарушал установленную законом норму санитарной площади в 4 кв. м на одного человека. Не соответствовали требованиям закона условия содержания заключенных, стены и потолки в некоторых камерах были поражены грибком, карцеры расположены в подвальном помещении административного здания СИЗО, в них отсутствовало естественное освещение, а кровля крыши долгое время не ремонтировалась, по причине на потолках и стенах имелись следы протечки воды. Также были выявлены нарушения в соблюдении надлежащего режима и надзора контролеров СИЗО за поведением арестованных и осужденных, а также их низкая профессиональная подготовка. Вдобавок у заключенных нашли большое количество запрещенных предметов, в том числе наркотики^[36][37].

• Документальный фильм «17-е августа» (2009)
• Документальный фильм «Век воли не видать» (2010)^[38]

• Меркачёва Е. М. Град обречённых: честный репортаж о семи колониях для пожизненно осуждённых. — М.: Альпина паблишер, 2021. — 426 с. — ISBN 978-5-9614-7363-6.