Кулак (крестьянин)

Кула́к (множественное число — кулаки́, собирательное — кула́чество) — обозначение в дореволюционной России и в СССР зажиточных крестьян, использующих труд наёмных рабочих и занимавшихся сельским ростовщичеством. В царской России к кулакам было негативное отношение как со стороны оппозиции, так и со стороны крупных государственных чиновников (включая Петра Столыпина). В конце 1920-х — 1930-е годы в рамках коллективизации в СССР было проведено раскулачивание: принудительное изъятие собственности у зажиточных крестьян, часто сопровождавшееся репрессиями — от расстрела до ссылки в отдалённые районы страны.

Слово «кулатчики» упоминается в XVII веке в грамоте царя Алексея Михайловича. В словарях XIX века слово «кулак» («кулачество») носило исключительно негативный смысл.

Словарь Даля сообщает, что кулак:

• Скупец, скряга, жидомор, кремень, крепыш; || перекупщик, переторговщик, маклак, прасол^[1].

Дореволюционные авторы разных взглядов (как оппозиционеры, так и высшие царские чиновники) относились к кулакам негативно, рассматривая их как сельских ростовщиков, нажившихся на односельчанах после отмены крепостного права.

Известный государственный деятель, судья А. Ф. Кони ставил кулаков в один ряд с эксплуататорами, барышниками, скупщиками, которые не привязаны к земле-кормилице трудом или личными воспоминаниями, а лишь хищнически тянут наживу, вырубая леса, истощая земли, обирая людей^[2]. Ему вторит Иван Кошко, прослуживший более 9 лет земским начальником в Новгородской губернии. В 1899 году он констатировал, что крестьянская реформа привела к доминированию в деревне кулака, захватившего в свои руки всё крестьянское хозяйство, поправ всякую мораль^[3].

Кошко отмечал, что «процветание кулачества и прогрессирующее обеднение крестьян — явление в России повсеместное»^[4]. Кошко отмечал, что крестьянская реформа привела к фактическому прекращению деятельности государственных сельских банков, которые кредитовали государственных и удельных крестьян^[5]. По словам Кошко, к 1870-м годам «крестьянские сбережения или были прожиты, или же обращались в кулаческих предприятиях»^[6].

Кошко отмечал «сказочный рост богатств деревенских кулаков, все операции которых основаны на открытии кредита самым беднейшим членам крестьянских обществ»^[7]. Кошко также писал, что кулак может разориться только в двух случаях: если начнёт заниматься своей деятельностью в городах и в случае стихийных бедствий^[7]. По оценке Кошко, кулаки эксплуатировали около половины 90-миллионного крестьянского населения Российской империи, получая от крестьян ежегодно около 500 миллионов рублей^[8].

Народник А. Н. Энгельгардт в 1870-х годах давал оценку кулакам как безудержно алчным персонам^[9].

Крупнейший экономист-статистик конца XIX — начала XX веков В. Е. Постников разделял кулачество и зажиточное крестьянство, в частности, заявляя в своих работах о том, что хотя зажиточный крестьянин «пользуется в значительной мере наёмными работниками» и в его деятельности существует ряд «элементов эксплуатации», «никаких кулацких черт в нём нет». В своей книге 1891 года он также использует слово «богатырь» в качестве синонима «кулака»^[10].

Р. Гвоздев (Циммерман) в своей монографии «Кулачество-ростовщичество и его общественно-экономическое значение» ещё в 1899 году пишет о близости понятий хорошего собственника и исправного хозяина и крестьянина-кулака, заявляя о том, что «крайне трудно разграничить сферу кулаческо-ростовщических операций от предприятий чисто хозяйственного характера», «кулак — законное детище процесса первоначального накопления»^[11].

Негативное отношение к кулачеству высказывали также царские высшие чиновники.

Алексей Сергеевич Ермолов, бывший в 1883—1892 годах директором неокладных сборов Министерства финансов, а в 1892 году назначенный товарищем министра финансов, писал в своей книге 1892 года (посвящённой голоду 1891—1892 годов) о страшной язве отечественной сельской жизни, растлевающей её и уносящей народное благосостояние, — кулачество и ростовщичество^[12].

Пётр Столыпин в своём отчёте о 1904 годе сообщал о негативной роли кулаков в крестьянской общине^[13]:

Естественным противовесом общинному началу является единоличная собственность. Она же служит залогом порядка, так как мелкий собственник представляет собой ту ячейку, на которой покоится устойчивый порядок в государстве. В настоящее время более сильный крестьянин превращается обыкновенно в кулака, эксплуататора своих однообщественников, по образному выражению — мироеда. Вот единственный почти выход крестьянину из бедности и темноты, видная, по сельским воззрениям, мужицкая карьера. Если бы дать другой выход энергии, инициативе лучших сил деревни, если бы дать возможность трудолюбивому землеробу получить сначала временно, в виде искуса, а затем закрепить за ним отдельный земельный участок, вырезанный из государственных земель, или из земельного фонда Крестьянского банка, причём обеспечена была бы наличность воды и другие насущные условия культурного землепользования, то наряду с общиной, где она жизненна, появился бы самостоятельный зажиточный поселянин, устойчивый представитель земли…

В официальных и публицистических советских текстах крестьянское население СССР разделялось на три основные категории:

• кулаки — зажиточные крестьяне, использующие наёмный труд, сельская буржуазия, спекулянты. Советские исследователи относят к признакам кулачества «эксплуатацию наёмного труда, содержание торгово-промышленных заведений, ростовщичество^[14]». В то же время есть утверждение, что «ясного понимания того, что скрывается за этим популярным выражением „кулачество“, нет совершенно»^[15];
• деревенская беднота, в первую очередь наёмные работники (батраки);
• середняки — крестьяне, занимавшие среднее экономическое положение между бедняками и кулачеством.

В то же время существует множество противоречий и неоднозначностей в разграничении терминов «середняк» и «кулак», которые встречаются в работах В. И. Ленина, определивших идеологию советской власти на многие годы, сам ход политики раскулачивания. Ленин указывал на определённый признак кулачества — эксплуатацию труда, разграничивая его с середняком, середняк ни в какой мере не эксплуатирует чужого труда, а работает сам, при том и сам не подвергается эксплуатации^[16].

В период НЭПа Сталин и его противники по-разному относились к роли кулаков в сельском хозяйстве. В 1923—1928 годах советская власть, по словам Льва Троцкого, проводила «курс на кулака»^[17][18].

Нарком земледелия РСФСР А. П. Смирнов в 1925 году в статье в «Правде» различал два типа хозяйства: чисто ростовщический и крепкое трудовое хозяйство в производственном отношении^[19].

А. И. Рыков — глава правительства, позже названный «скрытым агентом Троцкого» и защитником-ходатаем кулачества — на XIVконференции отмечал, что развитие индивидуальных хозяйств крестьянства является важнейшей задачей партии, в кулацких хозяйствах увеличивается темп накопления, быстрее возрастает общенациональный доход, увеличиваются возможности поддержки малоимущих бедняцких хозяйств, уменьшения избыточного населения, ненаходящего себе работы. Он считал неопасным развитие буржуазных отношений в деревне при умелом использовании средств, отлагающихся в растущем слое новой буржуазии^[17][20].

17 апреля 1925 года на губернской конференции о необходимости поддержки зажиточного крестьянства и кулачества заявил Н. И. Бухарин поскольку мелкая буржуазия может быть поставлена в рамки совместного участия в социалистическом строительстве. При этом следует снять ограничения, тормозящие рост зажиточного (кулацкого) хозяйства:

Крестьянам, всем крестьянам, надо сказать: обогащайтесь, развивайте своё хозяйство и не беспокойтесь, что вас прижмут.

— Валентинов Н. В. «Наследники Ленина»^[17].

М. И. Калинин в своей статье в газете «Известия» от 22 марта 1925 года расценивал кулачество как исчезающую группу, как призрак дореволюционной России, не тип даже, а «вымирающие уже единицы»^[17].

Л. Д. Троцкий связывал слово «кулак» с отношениями прежнего полукрепостнического порядка, при том что в деревне началось формирование собственника нового типа, которого гораздо правильнее назвать фермером капиталистического типа^[21]". Н. Бухарин, в свою очередь, даже считает данный термин устаревшим, явлением времён комбедов: «Термин кулак напоминает в деревне времена раскулачки, времена комбедов; тормозит рост богатства, зажиточности крестьянства»^[22].

При этом властью кулак был обложен повышенным налогом, требованием продажи хлеба государству по твёрдым ценам, ограничен в землепользовании, в размере хозяйства, но политика ликвидации кулачества ещё не началась^[23]. Однако уже в 1928 году курс на кулака был свёрнут, уступив дорогу курсу на ликвидацию кулачества как класса^[18].

Российская социалистическая эмиграция писала о НЭПе как о периоде поддержки властями кулаков — новой сельской буржуазии. Берлинское издание российских меньшевиков «Социалистический вестник» писала, что теория классовой борьбы замещается теорией гармонии интересов крепкого хозяйства и деревенской бедноты, что период военного коммунизма оказался переходным не от капитализма к коммунизму, а от старого помещичье-капиталистического к новому крестьянско-капиталистическому хозяйству. Рост капиталистических отношений в крестьянском хозяйстве, процесс политического оформления буржуазных элементов, их классового сознания ведёт к росту классовой розни между с пролетариатом^[17].

Согласно определению Верховного Суда РФ от 30 марта 1999 года, «Раскулачивание — политическая репрессия, применявшаяся в административном порядке местными органами исполнительной власти по политическим и социальным признакам на основании постановления ЦК ВКП(б) от 30 января 1930 года „О мерах по ликвидации кулачества как класса“»^[24].

Декретом от 11 июня 1918 года были созданы комитеты бедноты, которые сыграли большую роль в борьбе с кулачеством, руководили процессом перераспределения конфискованных земель на местах и распределением конфискованного инвентаря, продовольственных излишков, изъятых у кулаков. Было изъято 50 миллионов гектаров кулацкой земли, перешедшей бедноте и середнякам, конфискована у кулачества значительная часть средств производства в пользу бедноты^[23]. В советской пропаганде периода Гражданской войны кулаки (наравне с православным духовенством и буржуазией) показывались как опора белого движения.

В ходе коллективизации сельского хозяйства, проведённой в СССР в 1928—1932 годах, одним из направлений государственной политики стало раскулачивание.

В апреле 1929 года И. В. Сталин заявил на пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б), что кулаки усилились и после 1927 года перестали давать хлеб «в порядке самотёка», после ряда урожайных годов успели обстроиться хозяйственно и получили возможность маневрировать на рынке, возможность отложить хлеб, заменить его на рынке мясом, овсом, ячменём и прочими второстепенными культурами.

Смешно было бы теперь надеяться, что можно взять хлеб у кулака добровольно.

— «О правом уклоне в ВКП(б)». — Т. 12. — С. 15.^[25]

21 мая 1929 года СНК СССР издал постановление «О признаках кулацких хозяйств, в которых должен применяться Кодекс Законов о труде», где впервые законодательно определены некоторые критерии определения термина «кулак» в контексте признаков кулацкого хозяйства^[26][27]:

1. систематически применяется наёмный труд для сельско-хозяйственных работ или в кустарных промыслах и предприятиях;
2. наличие мельницы, маслобойни, крупорушки, просушки … или другого промышленного предприятия — при условии применения в этих предприятиях механического двигателя, а также если в хозяйстве имеется водяная или ветряная мельница с двумя или более поставами;
3. систематическая сдача в наём сложных сельскохозяйственных машин с механическими двигателями;
4. постоянное или на сезон сдача в наём отдельных оборудованных помещений под жильё или предприятие;
5. занятие торговлей, ростовщичеством, посредничеством, наличие нетрудовых доходов (в том числе служители культа).

Последовавшее за статьёй И. В. Сталина «Головокружение от успехов» Постановление ЦИК и Совнаркома СССР от 13 октября 1930 года изменило критерии отнесения крестьянских хозяйств к кулацким, в частности, хозяйства служителей культа более кулацкими не считались^[28].

30 января 1930 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло Постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации». Согласно этому постановлению, кулаки были разделены на три категории:

• первая категория — контрреволюционный актив, организаторы террористических актов и восстаний,
• вторая категория — остальная часть контрреволюционного актива из наиболее богатых кулаков и полупомещиков,
• третья категория — остальные кулаки.

Главы кулацких семей 1-й категории арестовывались, и дела об их действиях передавались на рассмотрение спецтроек в составе представителей ОГПУ, обкомов (крайкомов) ВКП(б) и прокуратуры. Члены семей кулаков 1-й категории и кулаки 2-й категории подлежали выселению в отдалённые местности СССР или отдалённые районы данной области (края, республики) на спецпоселение. Кулаки, отнесённые к 3-й категории, расселялись в пределах района на новых, специально отводимых для них за пределами колхозных массивов землях.

Контрреволюционный кулацкий актив было решено «ликвидировать путём заключения в концлагеря, останавливаясь в отношении организаторов террористических актов, контрреволюционных выступлений и повстанческих организаций перед применением высшей меры репрессии» (ст. 3, п. а).

В специальной сводке ОГПУ от 15 февраля 1930 года содержался следующий отчёт о проведении операции^[29][30]:

При ликвидации кулаков как класса «изъято» в массовых операциях и при индивидуальных чистках 64589, из них в ходе подготовительных операций (1 категории) 52166, а в ходе массовых операций — 12423.

— Спецсводка ОГПУ от 15 февраля 1930 г.^[29][30]

Совместным Постановлением ЦИК СССР и Совнаркома СССР от 7 августа 1932 года «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности» («закон от седьмого-восьмого», «закон о колосках») предусматриваются жёсткие уголовные меры (применяемые в судебном порядке) за хищение колхозного и кооперативного имущества — расстрел с конфискацией имущества, в качестве «меры судебной репрессии по делам об охране колхозов и колхозников от насилий и угроз со стороны кулацких элементов» предусматривалось лишение свободы на срок от 5 до 10 лет с заключением в концентрационные лагеря без права на амнистию.

24 мая 1934 года ЦИК СССР принял постановление «О порядке восстановления в гражданских правах бывших кулаков», в соответствии с которым кулаки-спецпоселенцы, ранее лишённые ряда гражданских прав, в индивидуальном порядке восстанавливались. Окончательный отказ от политики раскулачивания фиксируется постановлением Совета Министров СССР от 13 августа 1954 года № 1738—789сс «О снятии ограничений по спецпоселению с бывших кулаков», благодаря которому оставшиеся на спецпоселении кулаки получили свободу.

Реабилитация лиц, подвергшихся раскулачиванию и членов их семей производится в общем порядке согласно Закону Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» от 18 октября 1991 года № 1761-1.

Под кулаками в российской терминологии понимают: 1) в узком смысле: крестьян, занимавшихся перекупкой, ростовщичеством и т. п.; 2) в широком смысле: всех зажиточных крестьян, особенно использовавших батраков как наёмную рабочую силу^[31][32].

• Бедняк
• Батрак
• Середняк
• Коллективизация в СССР

См. также литературу при ст. Раскулачивание