Потомки Михаила Черниговского

Потомки Михаила Черниговского — русские князья из Ольговичей, то есть чернигово-северской ветви Рюриковичей.

Среди историков нет единого мнения о том, какие именно князья являлись его потомками. Согласно традиционной версии, восходящей к родословным XVI века (и разделяемой частью современных историков), потомки Михаила княжили в Чернигове, Брянске, Карачеве, Глухове (затем Новосиле, Одоеве), Тарусе, Оболенске, других удельных центрах верхнеокского бассейна.

Некоторые концепции происхождения чернигово-северских князей XIII—XIV веков рассматривают в качестве потомства Михаила также брянских князей XIV века, в родословных не фигурировавших. Также в этих концепциях объясняется происхождение позднейших князей Новгород-Северского удела: собственно новгород-северских, курских, путивльских, рыльских, трубчевских.

Год рождения Михаила точно не выяснен, но известно, что брак его родителей был заключён 14 ноября 1179 года^[1]. По версии Г. А. Власьева, Михаил родился около 1195 года^[2].

Большинством историков считается, что Михаил был в браке единожды, с Еленой, дочерью Романа Галицкого, причём год заключения брака также варьируется от 1188/90^[3] до 1211 года^[4]. В зависимости от этого Елена могла быть дочерью Романа от первого брака с Предславой Рюриковной или же от второго с Анной.

Летописям известен только один сын Михаила Всеволодовича — Ростислав, который регулярно упоминается с 1229 / 6637 года, когда был при отце на княжении в Великом Новгороде^[5]. После женитьбы на венгерской принцессе в 1243 году Ростислав действовал на западных рубежах Руси, а после смерти отца навсегда покинул Русь. Ни один род Нового времени (что в России, что в Речи Посполитой) не претендовал на происхождение от него.

При уничтожении местничества в 1682 году потомками верховских князей в Палату родословных дел была подана родословная роспись, в которой у Михаила показано пятеро сыновей^[6]:

1. упомянутый выше Ростислав;
2. Роман Брянский;
3. Семён Глуховский и Новосильский;
4. Мстислав Карачевский;
5. Юрий Тарусский.

Данная информация была инкорпорирована в составленную тогда же Бархатную книгу^[5] и воспроизводилась в большинстве родословных компиляций последующего времени. Среди четырёх «дополнительных» сыновей Михаила Всеволодовича летописи известен только князь Роман Брянский, но без упоминания о родстве с Михаилом Всеволодовичем (и без указания его отчества); в родословиях же его потомками показаны Осовицкие.

М. Е. Бычкова проследила информацию о младших сыновьях Михаила Всеволодовича к Уваровской летописи (создана около 1530 года^[7]), где размещено родословие князей Звенигородских^[8]. Также роспись звенигородских князей содержится в Никоновской летописи (создана в 1526—1530 годах). Возможно, что эти вставки попали в летописи того времени благодаря влиятельному в монашеских кругах Дионисию Звенигородскому^[9][8]. В отличие от Бархатной книги, источники первой половины XVI века ещё не знают о существовании у Михаила старшего сына — Ростислава.

Из московских родословцев следует, что четыре сына Михаила Всеволодовича — Роман, Семён, Мстислав и Юрий — после его гибели в ставке Батыя (1246) владели всеми чернигово-северскими землями, за исключением Посемья, хотя и их уделы, и их потомки впервые упоминаются в летописях только в XIV веке, а к середине XIII века по летописям известен десяток других линий Ольговичей, об исчезновении которых ничего не известно.

На несоответствие родословных летописным сведениям в 1927 году обратил внимание Н. А. Баумгартен, который посчитал, что возведение происхождения всех без исключения верховских князей к Михаилу Всеволодовичу есть ошибка или «подлог» составителей родословий^[10]. Баумгартен рассуждал, что поскольку действовавшие во 2-й половине XIV века князья в родословных названы сыновьями Мстислава, Семёна и Юрия, а это невозможно хронологически, то историки либо достраивают несколько поколений между ними^[11][12][13], либо сдвигают годы жизни родоначальников вперёд. Баумгартен высказался за отделение Семёна, Мстислава и Юрия от Михаила Всеволодовича, при этом допуская, что среди их возможных отцов мог быть какой-то другой Михаил^[9].

Согласно гипотезе Р. А. Беспалова, в начале XVI века потомки верховских князей, не располагая точными сведениями о своих предках XIII века, заявили о своём происхождении от Михаила Черниговского по причине его широкой известности в Русском государстве, особенно после торжественного переноса его мощей из Чернигова^[9]. В реальности они могли происходить и от других ветвей Ольговичей (например, от князей новгород-северских). После общероссийской канонизации Михаила в 1572 году происхождение от него стало восприниматься как особо престижное.

Таким образом, в родословных книгах образовалось колоссальное «племя Михаила Черниговского», к которому относили себя, среди прочих, Долгоруковы, Волконские, Репнины, Горчаковы, Оболенские, Одоевские, Воротынские, Барятинские и все прочие потомки Ольговичей. Почти все ныне существующие роды из данной группы возводят своё происхождение к младшему «сыну» Михаила Всеволодовича — Юрию Тарусскому (фигуре, вообще не известной летописям XIII—XIV веков).

Генетические исследования, проведённые в XXI веке, показали, что предполагаемые потомки Юрия Тарусского по мужской линии не происходят от того же предка, что все остальные Рюриковичи, а именно: все Мономашичи, несомненный внук Михаила Всеволодовича — Бела Ростиславич, а также князья Мосальские и Пузына, считающие себя потомками князей карачевских^[14][15].

Ростислав Михайлович — единственный сын Михаила Всеволодовича, существование которого не вызывает сомнений (ввиду его регулярного упоминания в летописях XIII века). Согласно исследованиям М. Е. Бычковой, впервые родословие потомков Михаила Черниговского появилось в Уваровской летописи^[7] (создана около 1530 года), однако Ростислав среди них там не упоминается^[8].

Дата рождения Ростислава в летописях отсутствует, и разные историки выдвигали разные версии даты его рождения. Филарет (Гумилевский) называл 1219 год, Татищев В. Н. — 1223 год, с первой датой согласен Власьев Г. А., поскольку во время похода на Литву в 1238 году должен был быть уже достаточно взрослым. Келембет С. Н. называет 1227 год, исходя из того, то над Ростиславом был совершён постриг в Новгороде в 1230 году, который производится в трёхлетнем возрасте, и считает Ростислава сыном Михаила от брака (по его версии второго) с Еленой Романовной^[16].

После поражения в борьбе за Галич (1245) уехал в Венгрию и получил там от своего тестя, короля Белы IV, небольшие владения. Умер в 1262 году, его потомки также владели землями в Венгрии и Боснии, дочери вышли замуж за представителей европейской знати.

Роман считается вторым сыном Михаила Всеволодовича Черниговского и Киевского. Летописи знают только Ростислава и упоминают Романа без отчества. Единственный источник, где указано отчество Романа Михайлович — это ска­за­ние об осно­ва­нии Свен­ско­го мона­сты­ря в 1288 году, но это ска­за­ние состав­ле­но после 1567 года, и отче­ство мог­ло быть поза­им­ство­ва­но из родословцев верховских князей XVI века

Власьев Г. А. обратил внимание на то, что дочь Романа Ольга (как считается, внучка Елены Романовны) вышла замуж в 1259 году за Владимира Васильковича волынского, внука Романа Галицкого, хотя династические браки при столь близком родстве не заключались. Власьев разрешил противоречие, считая великого князя черниговского Романа Старого и брянского князя Романа разными лицами, отождествляя второго с Романом Глебовичем из смоленских Ростиславичей, однако эта точка зрения не нашла поддержки среди других историков. В частности, Беспалов Р. А. и Безроднов В. С. считают, что Роман не был сыном Михаила Всеволодовича^[17][9]. Келембет С. Н. считает, что Роман всё же был сыном Михаила Черниговского (от первой жены, неизвестной, то есть старшим братом Ростислава) или сыном Михаила Романовича путивльского^[18].

По летописям известны сыновья Романа Михаил и Олег и дочь Ольга, но также известно, что Ольга была четвёртой дочерью на 1259 год, при том, что убитая в 1241 году в Силезии внучка Михаила Всеволодовича могла также быть дочерью Романа^[19].

Келембет С. Н. считает и следующего черниговского князя Михаила Дмитриевича потомком Романа — сыном Михаила Романовича^[20].

Родословие

Михаил Александрович (князь черниговский) упоминается в Любецком синодике и не упоминается в летописях. Роман Михайлович упоминается с 1370-х годов в Чернигово-Северщине (после её захвата литовским князем Ольгердом) в качестве брянского и черниговского князя и погиб в 1401 году в качестве литовского наместника в Смоленске. Трезубец Романа Михайловича воспроизводит древнюю геральдику старшей ветви черниговских князей XII века^[21].

Преемник Романа Старого (его сын Олег, традиционно отождествляемый с Леонтием — возможно^[17], его братом), оставил престол, оставив двунадесят тем и уйдя в монастырь (конец XIII/начало XIV вв.). Зотов Р. В. считал Михаила внуком Константина Ольговича (род. ок. 1170 года). Существование Константина Ольговича опроверг А. В. Шеков, привлекший данные Введенского синодика, и считает Константина одним лицом с Олегом, а не его сыном (Константин — крестильное имя Олега). Также известно, что сын Александр был у Олега^[22]. Горский А. А. усомнился в том, что всего три князя могли занимать великокняжеский черниговский стол на протяжении всего XIV века, и предположил, что Михаил либо не был внуком Константина Ольговича, либо не был отцом Романа Михайловича^[23].

При этом большинство историков считают Михаила и Романа XIV века потомками Романа Старого по мужской линии (Квашнин-Самарин Н. Д., Войтович Л .В., Келембет С. Н., Безроднов В. С.):

• Квашнин-Самарин Н. Д. считал Константина Ольговича не потомком Олега-Константина, а князем XIV века, внуком Романа Старого и дедом Михаила Александровича^[24];
• Войтович Л. В. считает Александра, отца Михаила, сыном Романа Старого^[25];
• Келембет С. Н. считает Александра, отца Михаила, сыном Михаила Романовича брянского (упомянут под 1264 годом, вероятно, умер раньше отца)^[20]. Как правило потомками Михаила Романовича считаются лишь князья Осовицкие.

Родословие

В родословных XVI века князья, действовавшие во 2-й половине XIV века и известные по летописям, названы внуками Михаила Всеволодовича, что невозможно хронологически. Это Тит Мстиславич козельский, действовавший по крайней мере в 1365 году, Роман Семёнович новосильский (1376) и Константин Юрьевич оболенский (1368). Историки предлагают различные способы разрешения данной ситуации.

Беспалов Р. А. обратил внимание на то, что в верхнеокском регионе Козельск был более древним княжеским центром, чем Карачев, и считает, что именно козельские князья завладели Карачевом, а не наоборот, и Мстислав мог быть сыном другого Михаила, например Михаила Дмитриевича. Он назван в Любецком синодике великим князем черниговским и считается сыном Дмитрия козельского, погибшего вместе с отцом в первой битве с монголами на реке Калке (1223).

С другой стороны, Квашнин-Самарин Н. Д. и частично Войтович Л. В.^[26] обратили внимание на то, что в 1238 году при обороне Козельска от монголов погиб 12-летний князь Василий, что скорее всего означает, что у него уже не было к тому моменту старших родственников. Квашнин-Самарин Н. Д. считает Дмитрия Мстиславича, отца Михаила Дмитриевича черниговского, сыном Мстислава Глебовича^[27].

Мстислав Карачевский упомянут во Введенском синодике. Его сыновьями считаются четыре князя, старший из которых (Святослав) действовал уже в 1309—1310 годах, а младший (Тит) как минимум до 1365 года. Карачев как княжеский центр упомянут лишь в 1383 году (Василий Карачевский^[28][29]).

Потомками данной ветви считаются Мосальские, Болховские, Хотетовские, Елецкие, Пузына, Огинские (?).

Что касается Звенигорода-на-Оке (Звенигорода-Северского), то он традиционно локализуется в современной Орловской области восточнее села Спасское. Осадчий Е. Н. локализует Звенигород у села Уланово Глуховского района Сумской области^[30]. В синодике бывшего рязанского Свято-Духова монастыря есть запись, где Андрей (Андриян) назван старшим братом Александра Семёновича новосильского (убитого в Золотой Орде в 1326 году). Именно так и было установлено отчество Александра Новосильского, упомянутого в летописи и синодике без отчества^[31]. Этот Андрей мог быть отцом Фёдора Андреевича звенигородского, и тогда звенигородские князья могли произойти не от карачевских или козельских, а от новосильских^[32].

Родословие

В случае с глуховско-новосильскими князьями — в XIV веке действовал не только внук Михаила Черниговского (согласно родословным) Роман, но и его отец Семён. В духовной грамоте великого князя московского Семена Ивановича 1353 года упоминается: «Заберегъ, что есмь купил оу Семена оу Новосильског(о)»^[33].

Квашнин-Самарин Н. Д. обратил внимание на то, что в Любецком синодике упоминается князь Михаил и его сын Симеон (позиция 44 синодика). При этом этот Михаил не тождественен Михаилу Всеволодовичу Черниговскому — он упоминается отдельно. На основании этого Квашнин-Самарин сделал вывод о том, что упомянутый Михаил является сыном известного по родословным Симеона Глуховского. И, соответственно, существовало 2 князя: Симеон Михайлович, сын Михаила Всеволодовича Черниговского, и Симеон Михайлович, внук предыдущего и, соответственно, правнук Михаила Черниговского^[34]. Эту версию принял и Р. В. Зотов^[35]. . Потомками новосильских князей были Белёвские, Воротынские и Одоевские.

Родословие

С. Н. Келембет указывает, что нельзя полностью игнорировать тот факт, что традиция о происхождении князей Оболенских от Михаила Черниговского в великом княжестве Московском существовала уже в 1490-е годы, а аналогичная традиция у князей Одинцевичей появилась на полвека раньше. Исследователь считает, что Юрий действительно мог быть потомком Михаила Всеволодовича, однако не мог быть его сыном. Он предположил, что у Михаила мог быть сын Юрий, внуком которого был Юрий Тарусский, а в памяти потомков эти 2 князя слились в одно лицо. Подобное «объединение» тезок произошло в родословной Глуховских и Новосильских князей^[13], с той разницей, что у тех известны по синодикам и летописям князья двух промежуточных звеньев.

Потомками данной ветви считаются Оболенские, Волконские.

Родословие

Генетические исследования потомков Юрия (князей Оболенских, Волконских, Долгоруковых и Барятинских), проведённые в XXI веке, показали, что у них по крайней мере действительно был общий предок, который принадлежал к центральноевропейской Y-хромосомной гаплогруппе R1a1a1b1a1a-L260. При этом они по мужской линии не происходят от того же предка, что и протестированные Мономашичи, а также Бела Ростиславич, и Пузына и Мосальские (из козельских князей), у которых определена Y-хромосомная гаплогруппа N1a1a1a1a1a1a-L550^[36]. На основании генетических исследований высказывались предположения, что Юрий не принадлежал к династии Рюриковичей по мужской линии^[37].

Дочери Михаила Мария и Евфросинья родились в начале 1210-х годов, были старше всех своих братьев и были рождены либо единственной женой Михаила, либо первой (если их было две).

• Мария Михайловна (ум. 1271) — с 1227 года жена Василько Константиновича Ростовского,
• святая Евфросиния Суздальская, в миру Феодулия.

• Концепции происхождения чернигово-северских князей XIII—XIV веков

• Беспалов Р. А. «Новое потомство» князя Михаила Черниговского по источникам XVI-XVII веков (к постановке проблемы) // Проблемы славяноведения. Сб. научных статей и материалов.. — Брянск: РИО БГУ, 2011. — Вып. 13. — С. 63—97.
• Войтович Л. В. Княжа доба: портрети еліти (укр.). — Біла Церква: Олександр Пшонківський, 2006. — 782 с.
• Горский А. А. Русские земли в XIII—XIV вв.: пути политического развития (рус.). — СПб.: Наука, 2016. — 182 с.
• Зотов Р. В. О черниговских князьях по Любецкому синодику. — СПб.: тип. бр. Пантелеевых, 1892. — 327 (+47) с.
• Квашнин-Самарин Н. Д. По поводу Любецкого синодика (рус.). — Москва: Изданіе Императорскаго Общества исторіи и древностей Россійских, 1874. — С. 213—226.
• Келембет С. Н. Великие князья Черниговские: монгольский период (1246—1372 гг.) // Studia Historica Europae Orientalis. — Минск: РИВШ, 2018. — Вып. 11. — С. 72—143. Архивировано 14 июля 2023 года.
• Келем­бет С. Н. Тарус­ское кня­же­ство и его уде­лы // Сред­не­ве­ко­вая Русь / Ответ­ствен­ный редак­тор А. А. Гор­ский. — М.: Индрик, 2018. — Вып. 13. — С. 67—124.
• Шеков А. В. О ранней части помянника черниговских князей типа Любецкого // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. — 2016. — № 4 (66). — С. 32. Архивировано 23 января 2022 года.