Прекрасная еврейка

Прекра́сная евре́йка (фр. la belle juive) — устойчивый персонаж европейской литературы романтизма. «Прекрасную еврейку» обычно изображают как красивую еврейскую девушку, которая одинока и не оценена по достоинству в преимущественно христианском мире.

История

Популярность данного персонажа в литературе романтизма может быть прослежена к роману Вальтера Скотта «Айвенго» (1819), главный герой которого влюблён в молодую еврейку по имени Ревекка. Скотт, в свою очередь, вдохновлялся образом Джессики (дочери ростовщика Шейлока) в «Венецианском купце» Шекспира[1]. Шатобриан в 1836 году в своей книге «Опыт об английской литературе» рассуждал о том, что еврейские женщины красивее мужчин, поскольку не участвовали в распятии Христа[2]. Возможно, на становление этого образа повлияли ветхозаветные истории о таких красавицах, как Эсфирь и Юдифь.

Известны предшественники данного образа в европейской литературе Средних веков — два варианта легенды о любви короля к прекрасной еврейке (испанский и польский). Легенда о кастильском короле Альфонсо VIII (1155—1214) и Рахили из Толедо (прозванной Фермоза — «прекрасная» — за свою редкую красоту[3]) появляется в конце XIII в., а в XV в. в Польше возникает легенда о Казимире III (1310—1370) и прекрасной Эстерке. В еврейском варианте, зафиксированном с XVI в., Эстерка выступает законной женой, а не любовницей короля, и благодетельницей своего народа, подобно библейской Эсфири (от которой происходит её имя).

Испанский вариант легенды послужил основой для пьесы Грильпарцера «Еврейка из Толедо», написанной около 1851 года.

Характеристика и атрибуты

Вот стоит эта женщина, на лице которой отражается божественная красота, внушающая священный восторг. Сколько тысячелетий её народ должен был ни с кем не смешиваться, чтобы сохранить эти изумительные библейские черты. С тем же гладким платком на голове, с теми же глубокими глазами и скорбной складкой около губ рисуют матерь Иисуса Христа. Той же самой безукоризненной чистой прелестью сияли и мрачная Юдифь, и кроткая Руфь, и нежная Лия, и прекрасная Рахиль, и Агарь, и Сарра.А. И. Куприн, «Жидовка»

Типичная внешность «прекрасной еврейки» — это длинные густые тёмные волосы и большие тёмные глаза. Нередко изображается в экзотической восточной одежде и украшениях. Если еврей в художественной литературе и публицистике часто изображался негативно, то еврейка, наоборот, идеализировалась. Образ «la belle juive», прекрасной еврейки, одинаково характерен для французской, английской и русской культуры первой половины XIX века — страстная красавица с откровенно восточной внешностью, зачастую жертвующая собой ради любовника-христианина, — или соблазнительная, чужая, несущая разрушение и умирающая сама.

Современные толкования

Хотя эпоху романтизма вообще привлекала своей экзотичностью восточная культура и её носители (см. ориентализм), а женщинами нездешней красоты и восточной внешности в Европе первой половины XIX века были именно еврейки, многие современные комментаторы пытаются усмотреть в образе прекрасной еврейки скрытый антисемитизм и мизогинию. Так, Жан-Поль Сартр в своём эссе «Размышления о еврейском вопросе» (1944), размышляя об истоках Холокоста, трактует «прекрасных евреек» как особо запретный и уязвимый объект эротического влечения:

Словосочетание «красивая еврейка» имеет совершенно особое сексуальное значение, сильно отличающееся от того, какое имеет, например, «красивая румынка», «красивая гречанка» или «красивая американка», — и именно тем отличающееся, что в них словно бы появляется некий аромат насилия и убийства. «Прекрасная еврейка» — это та, которую казаки при царе таскали за волосы по улицам горящей деревни. <…> Со времён Ребекки в «Айвенго» до евреев у Понсон дю Террайля — и вплоть до наших дней еврейкам в самых серьёзных романах отводилась строго определённая роль: часто подвергаться изнасилованиям и избиениям, иногда избегать бесчестья, приняв заслуженную смерть, а тем, которые сохраняли сюжетную ценность, — становиться покорными служанками или униженными любовницами индифферентных христиан, женившихся на арийках. Я думаю, что больше ничего не нужно, чтобы указать на то место, которое еврейка занимает как сексуальный символ в фольклоре.

Примеры

В искусстве

Пожалуй, самой знаменитой еврейской героиней была Рахиль в опере Жака Галеви «Жидовка» (1835). Рахиль влюбляется в принца-христианина, который маскирует себя под еврея, чтобы ухаживать за ней. Когда Рахиль узнаёт об обмане, она осуждает его и проклинает себя. Кардинал обещает ей, что она будет спасена, если обратится в христианство, она отказывается и отправляется на смерть в котёл с кипящей водой.

В реальной жизни

Через этот образ, преимущественно существовавший в западной литературе и искусстве, воспринимались и такие «ориентализированные» истории, как судьба казнённой в 1834 году марокканской еврейки Солики Хачуэль. Родившаяся в 1817 году в городе Танжере Солика была набожной и красивой девушкой. Точные детали её жизни неясны, но исследователи согласны с основной историей. Её сосед-мусульманин хотел, чтобы она стала его женой и категорически не желал слышать об отказе. Когда распространилась лживая история о том, будто Солика приняла ислам, а затем вернулась к своей «так и не забытой вере», её судьба была решена: Солику силой привели к правителю города Фес, и на заявление девушки, что скорее умрёт иудейкой, чем откажется от своей веры, тот приказал её обезглавить. В еврейской традиции она символизирует собой Киддуш ха-Шем (мученичество за иудаизм), а испанские и французские авторы воспели её историю в романтическом ключе, стилизируя её как архетипичную прекрасную еврейку[4].

См. также

  • Стереотипы о евреях

Примечания

  1. The Black Middle Ages: Race and the Construction of the Middle Ages - Matthew X. Vernon - Google Books
  2. Франсуа Рене де Шатобриан. «Опыт об английской литературе и рассуждения о человеческом духе, временах и революциях». — Essai sur la littérature anglaise et considérations sur le génie des hommes, des temps et des révolutions. — Sketches of English Literature with Considerations on the Spirit of the Times, Men, and Revolutions. — London: Henry Colburn, 1836. — Т. II. — С. 309-310.
  3. Фермоза // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.
  4. Azagury, Yaelle. Sol Hachuel in the Collective Memory and Folktales of Moroccan Jews / Gottreich, Emily ; Schroeter, Daniel J.. — Bloomington : Indiana University Press, 2011. — P. 134

Литература

Ссылки