Раме, Даниэль

Даниэ́ль Раме́ (фр. Daniel Ramée; 1806, Гамбург — 1887, Париж) — французский архитектор периода историзма, реставратор, историк и теоретик архитектуры, переводчик; сын архитектора Жозеф-Жака Раме^[3].

Даниэль Раме по материнской линии был родом из немецкой семьи, он усвоил интерес к истории архитектуры и получил начальное архитектурное образование у отца, неоклассического архитектора. В юности сопровождал отца в путешествиях в Северную Америку, Германию и Бельгию. В раннем возрасте Раме помогал отцу, главным образом с публикацией книги «Неправильные сады» (1823) и проектированием садов в Гамбурге и во Франции. Учился архитектуре в Динане и Мезьере, совершил поездки в Италию, Нидерланды и Германию, занимаясь изучением памятников готической архитектуры. Затем жил в Париже, где при короле Луи-Филиппе был членом комиссии исторических памятников Франции и правительственным архитектором; реставрировал многие старинные здания, в том числе собор в Нуайоне, аббатства Сен-Рикье и Сен-Вюльфран (фр. Église Saint-Vulfran d'Abbeville) в Аббевиле и несколько церквей в Нормандии.

Между 1835 и 1845 годами Раме был корреспондентом Комитета по искусству и памятникам (Comité des arts et des monuments), который поручил ему составить опись памятников в Уазе, а затем в Эне (работа не была завершена). В 1839—1850 годах работал «Государственным архитектором», ответственным за содержание и реставрацию зданий в Уазе (в частности, старого собора в Нуайоне) и на Сомме. В 1848—1850 годах был епархиальным архитектором зданий в Бове; в 1848—1850 годах принимал участие в разработке проекта расширения ратуши Этампа. В 1861 году был уволен с официальных должностей, поскольку мало времени уделял своим должностным обязанностям, и всецело отдался литературе; написал ряд сочинений, относящихся преимущественно к истории архитектуры.

Владея немецким языком, Раме изучал труды немецких историков искусства, таких как Кристиан Людвиг Штиглиц, Карл Отфрид Мюллер и, в особенности, Карл Фридрих фон Румор, чьи работы оказали влияние на его творчество и распространению которых во Франции он способствовал. До конца жизни Раме публиковал переводы немецких текстов, включая первый том «Памятников архитектуры, скульптуры и живописи в Германии» Эрнста Иоахима Фёрстера (1853—1869, в 12 томах) и «Христианские базилики Рима» Христиана фон Бунзена (1842). Помимо немецкого и французского, Раме говорил и читал на английском, итальянском, испанском, голландском, латыни и греческом языках, что позволяло ему удовлетворять свой интерес к таким разнообразным областям знаний, как история, география, история искусств, и особенно архитектура, математика и естественные науки. Его «Руководство по всеобщей истории архитектуры у всех народов» (Manuel de l’histoire générale de l’architecture chez tous les peuples), опубликованное в 1843 году, но задуманное ещё в 1823 году, рассматривает не только западноевропейское искусство, но и менее известные культуры — финикийскую, арабскую, индийскую. Чтобы понять историю архитектуры, писал Раме во введении к «Руководству», нельзя довольствоваться чередой монографий, необходимо связать её со «всеобщей историей человечества и историей каждого народа в отдельности». Поэтому необходимо учитывать «первичную историю человечества, религий, происхождение народов, их миграции, времена и обстоятельства, под влиянием которых заселялась каждая страна». Как и его наставник и друг Людовик Вите, он видел в средневековом искусстве следствие расцвета христианской религии и, прежде всего, эмансипации городских коммун: в XIII веке религиозные памятники возводились уже не монахами, а мирскими архитекторами, объединёнными в масонские гильдии.

С 1860 года Раме начал публиковать новую «Историю архитектуры», которая, хотя и заняла целые параграфы из его «Руководства» 1843 года, содержала новые размышления об эволюции архитектуры, основанные на расовом детерминизме и вдохновлённые трудами лингвистов Эрнеста Ренана (Histoire générale et système comparé des langues sémitiques, 1850) и Августа Фридриха Потта (Die Ungleichheit menschlicher Rassen, 1852), а также «Опытом о неравенстве рас» Артюра де Гобино (1854). Теория архитектуры в изложении Раме основывалась на циклической концепции истории, которая представляла собой медленный упадок изначальной традиции, которую необходимо было заново открыть посредством революции. Греческая античность, XIII век и эпоха Возрождения считаются золотым веком, в то время как последующие периоды — римская античность, конец Средневековья и современная архитектура (искажённая семитскими народами), — железным веком. Стремясь превзойти Франца Куглера и переняв систему изложения его «Истории архитектуры», начатой в 1856 году, Раме, по словам Вернера Самбиена, «стремится к абсолютной научности», стремясь превратить историю архитектуры в новую научную дисциплину^[4][5].

Даниэль Раме, несмотря на свои теоретические ошибки, принадлежит заслуга того, что он первым попытался составить историю архитектуры, расширенную как в пространстве, так и во времени («архитектурные памятники не забываются»). По убеждению Раме, после эпохи Возрождения искусство вступило в новую фазу упадка. В XVII веке создание Академии привело к исчезновению чувства прекрасного в архитектуре. Однако здания, хотя однообразные и скучные, всё-таки превосходили здания следующего столетия. Однако особое место следует отдать Клоду-Николя Леду. Раме, унаследовавший медные доски гравюр этого выдающегося архитектора, опубликовал их в Париже в 1847 году, представив во втором томе «Архитектуры, рассматриваемой в связи с искусством» (1804).

В то же время Раме посвятил ряд работ популяризации собственного направления. Между 1854 и 1858 годами он опубликовал серию из десяти статей, посвящённых истории архитектуры, в «Nouveau Journal des connaissances utiles». Первые восемь статей представляют собой сжатое изложение его будущей «Всеобщей истории», а последние две предлагают многочисленные советы по проектированию частных домов, которые будут расширены в 1868 году в руководстве «Архитектура и практическое строительство: упрощение для людей со всего мира, студентов и всех, кто хочет строить». В том же году, пока Эжен Виолле-ле-Дюк завершал свой «Словарь-резоне» (Dictionnaire raisonné de l’architecture française du XIe au XVIe siècle), Раме опубликовал «Словарь общих терминов архитектуры» на французском, немецком, английском и итальянском языках, чтобы облегчить чтение иноязычных трудов по архитектуре.

Хотя Раме черпал вдохновение в подходах и работах своих коллег, он, тем не менее, проявил себя новатором в методологии и эволюционных принципах, которые он применял к истории архитектуры как научной дисциплины^[6].