Толкование Андрея Кесарийского на Апокалипсис

Толкование Андрея Кесарийского на Апокалипсис (др.-греч. Ἑρμηνεία εἰς τὴν Ἀποκάλυψιν) — экзегетическое произведение архиепископа Андрея Кесарийского, посвящённое толкованию Откровения Иоанна Богослова.

Личность и труды Андрея Кесарийского остаются загадкой для исследователей. Практически ничего не известно о его жизни, за исключением того, что он был архиепископом Кесарии Каппадокийской — одной из важнейших кафедр Византийской империи, уступавшей лишь Константинополю. Сохранились лишь его «Толкование на Апокалипсис» и несколько небольших фрагментов экзегетического характера. Современная наука относит время его епископства ко второй половине VI или началу VII века. Хронологические рамки создания его главного труда устанавливаются от смерти его предшественника, архиепископа Феокрита, в 563 году, до 614 года, когда персы захватили Иерусалим, о чём в «Толковании» не упоминается. Наиболее вероятным периодом написания комментария считаются первые годы VII века^[1].

Из-за сомнительного канонического статуса Апокалипсиса и его ассоциации с ересью создание первого греческого толкования на эту книгу на Востоке отстало от Запада на триста лет. Первый комментарий появился лишь в конце VI века, его автором стал миафизитский философ Икумений. Серьёзные кризисы в империи способствовали распространению настроений о близости конца света, что возродило интерес к апокалиптическим текстам. Как единственное греческое толкование, работа Икумения нашла свою аудиторию, однако из-за философского подхода и отсутствия экзегетической подготовки её богословские и эсхатологические выводы оказались неприемлемы для широких церковных кругов. Вскоре появился второй комментарий, составленный Андреем, архиепископом Кесарии Каппадокийской, известным и уважаемым экзегетом. Благодаря превосходному мастерству и подготовке, труд Андрея быстро затмил работу Икумения и стал стандартным патристическим толкованием для Восточных церквей — греческой, славянской, армянской и грузинской. Хотя комментарий был составлен в 611 году, Андрей ссылается на интерпретации более ранних отцов Церкви, а также на мнения анонимных учителей, что указывает на богатую устную традицию толкования Апокалипсиса в греческом мире, существовавшую до него.

Толкование Андрея Кесарийского — важнейший древний патристический комментарий на Апокалипсис на греческом языке, сохранивший всю совокупность древнегреческой традиции его интерпретации. Продуманный, сбалансированный и хорошо написанный, он был быстро принят и приобрёл огромное значение. Существование 83 полных манускриптов комментария, а также бесчисленных сокращённых версий, свидетельствует о широком признании его заслуг. Комментарий также повлиял на текстуальную передачу Апокалипсиса, создав уникальный тип текста, и способствовал окончательному принятию книги в канон Православных церквей, повлияв на восточнохристианскую эсхатологию. Переводы «Толкования» на грузинский, армянский и старославянский языки, выполненные в XI—XIII веках, содействовали включению Откровения в новозаветный канон этих церквей. В то время как на Западе библейский канон был давно установлен, христианский Восток колебался в отношении Апокалипсиса. Сомнения в апостольском авторстве, высказанные влиятельными восточными епископами в IV—V веках, привели к исключению книги из лекционария и канона в глазах большинства православных христиан на многие столетия. Окончательному принятию Откровения в православный новозаветный канон в значительной степени способствовал комментарий Андрея, уважаемого древнего епископа и мыслительного интерпретатора Писания. «Толкование» занимало значительное место в эсхатологических теориях старообрядцев.

Первым автором комментария на Апокалипсис традиционно считается Викторин Петавский, первый экзегет Священного Писания на латинском языке. Его труд, созданный до мученической кончины в ходе Великого гонения, не является полным комментарием, а представляет собой объяснения отдельных ключевых пассажей книги. Викторин первым предложил экспозицию Апокалипсиса как целого, опираясь на труды Папия, Иринея, Ипполита и особенно Оригена. В отличие от последнего, он придерживался хилиазма, проповедуя буквальное толкование тысячелетнего царства Христа и Нового Иерусалима. Главный вклад Викторина заключается в разработке теории рекапитуляции, согласно которой события Апокалипсиса излагаются не линейно, а повторяются с использованием различных образов. Эта теория была позднее воспринята донатистским экзегетом Тихонием. В IV веке Иероним Стридонский отредактировал комментарий Викторина, исправив латынь, обновив библейские цитаты и удалив хилиастические элементы. Данная версия, известная как комментарий Викторина и Иеронима, приобрела огромную популярность на Западе и практически вытеснила оригинальный текст. Составленное в начале VI века толкование Цезария Арелатского, как и ряд других латинских сочинений того же времени, мало что добавили к Викторину и Тихонию^[2].

На христианском Востоке Апокалипсис долгое время оставался под подозрением из-за ассоциаций с хилиазмом и монтанизмом, а также сомнений, подкреплённых авторитетом Евсевия Кесарийского. Первый греческий комментарий появился лишь в конце VI века, спустя пять столетий после написания книги. Его автором стал малоизвестный философ-миафизит Икумений Триккский. Недостатки его экзегетического метода, включая склонность к аллегоризму и опору на воображение при толковании сложных мест, побудили Андрея Кесарийского создать собственный труд^[3]. Андрей составил своё толкование вскоре после появления комментария Икумения, явно полемизируя с ним. В то время как Икумений опирался на патристические авторитеты в богословских, а не экзегетических вопросах, Андрей предложил метод, основанный на основательной экзегетической технике и церковном предании. Несмотря на скудость греческой традиции толкования Апокалипсиса, Андрей сумел собрать и сохранить практически всё её наследие, создав комментарий, который лёг в основу последующего восприятия книги в Восточных церквях^[4].

На протяжении столетий комментарий Андрея Кесарийского считался первым греческим толкованием на Апокалипсис, однако это представление было опровергнуто после обнаружения в 1901 году Францем Дикампом рукописи более раннего комментария, созданного Икумением в конце VI века. Установление достоверной датировки жизни и трудов Андрея неразрывно связано с этим текстом, поскольку сам Икумений указал, что пишет спустя более пятисот лет после получения Откровения Иоанном, что помещает его работу на рубеж VI—VII веков. Таким образом, труд Андрея, явно полемизировавший с Икумением, не мог быть создан ранее конца VI столетия. Андрей часто ссылался на мнения Икумения, обычно их опровергая, но иногда дополняя, при этом никогда не упоминая его по имени, а используя расплывчатые формулировки вроде «некоторые говорят». Идентификация автора первого комментария осложняется смешением в источниках сведений об Икумении — авторе толкования, с одноимённым миафизитским комитом и ритором первой половины VI века, корреспондентом Севира Антиохийского, а также с епископом Трикки X века. Попытки Франца Дикампа объединить эти фигуры в одну признаны научно несостоятельными^[5]. Современные исследователи, такие как Чарльз Канненгиссер (Charles Kannengiesser), демонстрируют противоречия в атрибуции, то описывая Икумения как миафизита, то как фессалийского епископа. Научное сообщество в настоящее время практически единодушно отвергает отождествление автора комментария с епископом Трикки, однако остаётся разделённым в вопросах датировки и богословской ориентации Ойкумения. Ключевым аргументом в пользу поздней даты служит его собственное указание на пятисотлетний промежуток времени, что соответствует концу VI века^[6]. Некоторые учёные, включая Йозефа Шмида, Джона Ламоро (John Lamoreaux) и Уильяма Вайнриха (William C. Weinrich), настаивают на ранней датировке и отождествлении с комитом-миафизитом, апеллируя к сирийскому фрагменту катены VII века, где Икумений назван корреспондентом Севира и автором комментария. Однако надёжность этого фрагмента ставится под сомнение из-за текстологических несоответствий. Впрочем, существуют и аргументы в пользу поздней датировки^[7]. То обстоятельство, что толкование Икумения сохранилось только в одной полной рукописи, может указывать на небольшой период времени между его созданием и появлением вытеснившим его «Толкованием» Андрея Кесарийского^[8].

Другим ориентировм в датировке «Толкования» является отсутствие в нём упоминаний о катастрофических событиях начала VII века — захвата Иерусалима в 614 году персами, следствием чего стала утрата важнейшей христианской реликвии, Животворящего Креста. В ходе той же кампании персидско-византийской войны 602—628 годов дважды (в 609 или 610 году, и в 611 году) была захвачена Кесария Каппадокийская. Как считается, автор «Толкования» не смог бы проигнорировать аналогию с Откр. 18:8 («За то в один день придут на неё казни, смерть, и плач, и голод, и будет сожжена огнём, потому что силён Господь Бог, судящий её»)^[9].

В 1178 году армянский философ Нерсес Ламбронаци перевёл на армянский язык Откровение и адаптировал к армянским богословским реалиям «Толкование» Андрея Кесарийского^[10].

издания

• святитель Андрей архиепископ Кесарии Каппадокийской. Толкование на Апокалипсис святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова / пер. с греч. В. Юрьева. — М. : Сибирская Благозвонница, 2016. — 347 с. — ISBN 978-5-906793-42-3.

исследования

• Constantinou E. S. Guiding to a blessed end : Andrew of Caesarea and his Apocalypse commentary in the ancient church : [англ.]. — Washington, D.C. : Catholic University of America Press, 2013. — 350 p. — ISBN 978-0-8132-2114-4.
• Hernández J. Andrew of Caesarea and His Reading of Revelation: Catechesis and Paranesis // Die Johannesapokalypse : [англ.]. — Mohr Siebeck, 2012. — Vol. 287. — P. 755—774. — 865 p. — (Wissenschaftliche Untersuchungen zum Neuen Testament). — ISBN 978-3-16-152124-9.
• Schmid J.. Studien zur Geschichte des griechischen Apokalypse-Textes : [нем.]. — München : K. Zink, 1956. — Bd. I. — 376 S.
• Thomson R. W. The Reception of the Biblical Book of Revelation in Armenia // The Armenian Apocalyptic Tradition : [англ.]. — Washington, D.C. : BRILL, 2014. — Vol. 25. — P. 242—253. — 797 p. — (Studia in Veteris Testamenti Pseudepigrapha). — ISBN 978 90 04 27026 8.

• Рукописи «Толкования» Андрея Кесарийского в собрании НЭБ .