Уголовное судопроизводство

Уголовное судопроизводство, уголовный процесс — урегулированная уголовно-процессуальным законодательством деятельность уполномоченных лиц, связанная с раскрытием, расследованием преступления и рассмотрением дела в суде, а также система правоотношений, в которые вступают уполномоченные субъекты друг с другом и с другими субъектами, вовлекаемыми в производство по уголовному делу.

В древнейшую эпоху государственной жизни преступное деяние рассматривалось исключительно как нарушение прав частного лица, и в уголовном процессе господствовало начало свободного определения сторон. В древнем Риме дела об уголовных преступлениях рассматривались народом сначала в комициях, а впоследствии — в постоянных следственных комиссиях (quaestiones perpetuae), из которых каждая ведала дела об определенных преступлениях. Производство дела распадалось на две стадии: производство преторское и судебное. Потерпевший начинал дело подачей претору просьбы (postulatio) о признании его обвинителем, причем признанный обвинителем обязывался доказать свое обвинение и собрать доказательства, для чего получал от претора особую грамоту на право производства обысков, выемок и т. п., не мог отказываться от обвинения и должен был вести его добросовестно, не делая никаких поблажек обвиняемому; за неисполнение этих обязанностей обвинитель подвергался тяжкой ответственности. По истечении срока, назначенного претором для собрания доказательств (inquisitio), обвинитель должен был явиться к претору и в присутствии обвиняемого точно сформулировать свое обвинение (nominis delatio); обвиняемый допрашивался по главнейшим обстоятельствам обвинения (interrogatio) и претор записывал сформулированное обвинение в протоколе (nominis inscriptio), который подписывался обвинителем (subscriptio), причем обвинитель уже не мог выходить из пределов сформулированного им обвинения. Претор формально объявлял о принятии к своему производству уголовного иска (nominis receptio), причем с этого момента обвиняемый становился подсудимым (reatus), что было связано для него с разного рода ограничениями. Затем начиналось судебное производство (in judicium), происходившее публично, устно, в форме состязания сторон перед судом, оценивавшим представленные им доказательства и требования; при допросе свидетелей из рабов допускалась пытка. Народные суды избирались по жребию (sortitio), причем сторонам предоставлялось широкое право отвода; избранные судьи принимали присягу. Суд обыкновенно происходил на городской площади под открытым небом, и стороны старались подействовать на чувствительность и политические убеждения судей: обе стороны являлись в сопровождении многочисленных друзей, подсудимый в знак печали отращивал себе бороду, посыпал главу пеплом, являлся в разорванных одеждах, защитник его старался смягчить судей не столько доказательствами по делу, сколько указанием заслуг, оказанных до того подсудимым республике. По представлении доказательств и произнесении речей сторонами суд постановлял решение, причем каждый судья писал свое мнение на особой дощечке, которые подсчитывались претором.

В императорский период вместо обвинителей из частных лиц обвинение обычно возлагалось на особых чиновников, причем иногда одно и то же должностное лицо исполняло обязанности и обвинителя, и судьи; деятельность должностных обвинителей, обязанных задерживать преступников, допрашивать их и составлять для суда особую записку о деле, контролировалась судом. Личная явка обвиняемого уже не требовалась, и судья принимал обвинение и без опроса заподозренного; меры стеснения свободы обвиняемых усиливаются, и личное задержание обвиняемого до суда становится общим правилом; увеличивается применение пытки, а по важнейшим делам в качестве обвинителей допускаются не только полноправные граждане, но также женщины, солдаты, вольноотпущенники. Даже смерть подсудимого не прекращала уголовного преследования, последствия которого отражались на его наследниках.

В Средние века до рецепции римского права уголовный процесс народов Западной Европы отличался чисто состязательным характером. Судья созывал лиц, необходимых для решения дела, и наблюдал за исполнением приговора, само же решение дела постановлялось сначала собранием всего свободного населения округа, а впоследствии — определенным числом выборных от населения шеффенов. Во время рассмотрения дела судья только наблюдал за правильностью порядка судопроизводства и требовал от шеффенов решения по делу. Возбуждение преследования вполне зависело от усмотрения потерпевшего, и в уголовном процессе, так же как и в гражданском, сохранял полную силу афоризм: «wo kein Kläger, da kein Richter» (нет жалобщика — нет судьи). Порядок судопроизводства был обставлен целым рядом формальностей, причем соблюдение их являлось безусловно обязательным. В случае предъявления обвинителем иска, судья созывал суд; обвинитель мог требовать назначения себе поверенного и должен был заявить с соблюдением установленных обрядов требование о том, чтобы его допустили к обвинению. Законность требования удостоверялась решением суда, и тогда обвиняемый вызывался в суд для ответа. В случае сознания обвиняемого суд непосредственно приступал к постановлению по делу приговора; если же обвиняемый не сознавался, то он обязан был очистить себя от подозрения присягой; в некоторых случаях требовалось подтверждение присяги обвиняемого соприсяжниками, которые удостоверяли не истинность утверждения обвиняемого, а лишь то, что он, по их мнению, заслуживает доверия. Лица подозрительные, пользующиеся дурной славой, а равно те из обвиняемых, которые не могли найти нужного числа соприсяжников, могли очиститься от подозрения лишь посредством суда Божьего или ордалий; предполагалось, что в исходе ордалий непосредственно проявляется воля Божества, и что вследствие этого выдержавший испытание заслуживает доверия. Обвиняемый и обвинитель, желавший предупредить очистительную присягу, имел право требовать судебного поединка, и утверждение того, кто оказывался побежденным на поединке, признавалось ложным; стороны не всегда обязаны были лично участвовать в поединке: за женщин и недужных могли выступать наемники. Показания свидетелей и косвенные улики не имели решающего значения в деле.

Кроме обыкновенного порядка разбирательства мало-помалу для важнейших преступлений был выработан экстраординарный порядок, ставший затем обычным по всем уголовным делам: в преступлениях, захваченных на месте их совершения, обвинитель заменялся свидетелями-очевидцами, на показаниях которых суд основывал свой приговор; в случае отсутствия обвинителя, заподозренный задерживался, и в течение определенного срока вызывали желающих выступить в качестве обвинителя, причем заподозренный и ранее этого срока мог просить о рассмотрении своего дела без обвинителя: в этом случае из местных жителей выбиралось по жребию определенное число самых лучших и почетных людей, которым могли быть известны обстоятельства дела и судья основывал приговор на их показаниях.

Новые начала были внесены в уголовный процесс каноническим правом. Церковь не допускала в делах о преступлениях духовных лиц обвинителей из мирян, а, между тем, настоятельно требовалось преследование служебных проступков духовенства; равным образом, обвинительная форма преследования оказывалось бессильной по делам о религиозных преступлениях мирян, не нарушавших ничьих частных интересов. Вследствие этого, каноническое право стало допускать преследование по доносу (denuntiatio) и по народной молве (infamatio). На всех возложена была обязанность доносить начальствующим духовным лицам о грехах и проступках своих сограждан, причем доноситель не обязан был поддерживать свое обвинение перед судом. С другой стороны, во время ежегодных объездов епископом своей паствы в каждой общине избиралось семь достоверных мужей (testes, juratores synodi), приносивших присягу в том, что они дадут правдивые и точные ответы; им прочитывались вопросы (capitula) о всевозможных грехах и преступлениях, и если они указывали на определенное лицо, то против него возбуждалось преследование; эта процедура называлась местным исследованием (inquisitio). Духовный судья производил секретное исследование для выяснения степени основательности народной молвы, затем вызывал заподозренного и сообщал ему предмет обвинения, причем заподозренный должен был присягнуть в том, что он даст верные ответы; ему прочитывались записанные судьей свидетельские показания и сообщались имена свидетелей, против которых он мог предъявлять отвод; после выслушивания объяснений заподозренного судья решал дело, приговаривая виновного к смягченным взысканиям. Устность постепенно сменилась письменностью, обвинительная форма вышла из употребления, а взамен ее доносителю (promotor inquisitionis) предоставлено было принимать деятельное участие в процессе, представляя имеющиеся у него доказательства. Исходя из взгляда на подсудимого как на грешника и на судью как на духовного отца, такой инквизиционный процесс стремился привести виновного к сознанию и раскаянию, причем интересы подсудимого считались достаточно огражденными личностью судьи. По делам об ересях от нормального порядка допускались существенные отступления. Имена свидетелей сохранялись в тайне от обвиняемого, который лишился вследствие этого возможности отводить свидетелей. Пытка получила широкое применение в делах этого рода.

Выработанные каноническим правом начала процесса в XIV и XV веках были приняты и светской властью, которая точно так же стала постепенно вытеснять обвинительную форму процесса преследованием по усмотрению суда, основанным на начале общественно-обязательном. Обвиняемому запрещалось сообщать в начале следствия имеющиеся против него улики, пытка допускалась в широких размерах, и на обвиняемого стали смотреть, как на предмет исследования, а не как на сторону в процессе. Производство следствия возлагалось на особых должностных лиц, судебное же разбирательство ограничивалось допросом обвиняемого и чтением внесенных в следственные протоколы показаний свидетелей. Вместе с тем для обеспечения правильности постановляемых приговоров устанавливается сложный порядок пересмотра дела в нескольких инстанциях.

С отменой в конце XVIII века пытки, служившей до того времени главным способом добиться от обвиняемого признания, инквизиционный процесс выработал систему формальных доказательств, которая связывала усмотрение судьи точными указаниями тех условий, при которых то или другое обстоятельство могло быть признано доказанным.

Великая Французская революция выдвинула новые правовые идеи, вызвавшие коренное изменение формы уголовного процесса: с одной стороны, выдвинулось сознание значения личности человека в государстве, а с другой — опыт доказал непригодность инквизиционного процесса к достижению в приговоре материальной истины. В уголовном процессе были установлены необходимые гарантии личности обвиняемого, и в виде общего правила было принято считать подсудимого невиновным до тех пор, пока не будет доказана его виновность^[1].

Всеобщее внимание было обращено при этом на Англию, как на страну, сохранившую у себя обвинительную (состязательную) форму уголовного процесса. Английские судебные учреждения сделались предметом подражания во Франции: учредительное собрание ввело, по образцу Англии, суд присяжных. Подражая английскому строю процесса, французское законодательство переработало его под влиянием местных условий и, таким образом, создало новую форму, известную под именем следственно-состязательного процесса. Из Франции этот новый тип процесса распространился по всей континентальной Западной Европе^[2].

Своим назначением уголовное судопроизводство имеет:

• защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступления;
• защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения её прав и свобод

Функции уголовного судопроизводства — это наиболее общие направления процессуальной деятельности отдельных участников уголовного производства. Среди них выделяют следующие функции:

• разрешение дела — принятие итогового решения о виновности или невиновности обвиняемого судом;
• обвинение — уголовно-процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления;
• защита — уголовно-процессуальная деятельность по опровержению инкриминируемого деяния.

Некоторые учёные выделяют также функцию уголовного преследования, во многом сходную с функцией обвинения, а также вместо функции разрешения дела - более широкую по своему содержанию функцию правосудия, включающую в себя наряду с разрешением дела еще и судебный контроль.

• суд — функция отправления правосудия;
• обвинение;
• защита;
• иные участники (свидетели, эксперты, специалисты, переводчики, понятые).

Стадии уголовного судопроизводства — это взаимосвязанные, но относительно самостоятельные части уголовного процесса, отделённые друг от друга итоговым процессуальным решением и характеризующиеся задачами, органами и лицами, участвующими в производстве по делу, порядком процессуальной деятельности и характером правоотношений.

Каждая стадия уголовного судопроизводства характеризуется:

• своими непосредственными задачами, которые вытекают из общих задач (назначения) уголовно-процессуальной деятельности;
• самостоятельной уголовно-процессуальной регламентацией;
• определенным кругом субъектов уголовной юрисдикции и другими участвующими лицами;
• индивидуальным процессуальным порядком и сроками проведения;
• итоговым процессуальным решением, фиксирующим завершение данной стадии;
• специфическими уголовно-процессуальными отношениями;
• возможностью производства определенных действий и принятия определенных процессуальных решений.

В уголовном судопроизводстве России выделяют две основные части — досудебное производство и судебное производство. Каждая из них включает несколько стадий^[3]:

• Досудебное производство
  • Возбуждение уголовного дела
  • Предварительное расследование
• Судебное производство
  • Подготовка материалов уголовного дела к судебному заседанию (проходит в общем порядке или в форме предварительного слушания)
  • Судебное разбирательство в суде первой инстанции
  • Производство в суде апелляционной инстанции
  • Исполнение приговора и других судебных решений
  • Производство в суде кассационной инстанции
  • Надзорное производство
  • Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств

Три последние (выделенные курсивом) стадии принято считать исключительными (экстраординарными) стадиями, так как в них происходит пересмотр уже вступившего в законную силу приговора. Остальные стадии считаются обычными.

• Дознание и следствие
• Уголовно-процессуальное право
• Участники уголовного судопроизводства
• Процессуальная форма

• Лыкошин А. С. Процесс уголовный // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.