Шараевский, Вячеслав Николаевич

Вячеслав Николаевич Шараевский (род. 25 мая 1958^[2], деревня Тростань, Новозыбковский район, Брянская область, РСФСР, СССР) — советский прокурор, совершивший в 1989 году двойное убийство с особой жестокостью, сопряжённое с разбоем, на территории Смоленской области. В 1990 году был приговорён к смертной казни, которая в 1993 году указом президента была заменена ему на пожизненное лишение свободы. После помилования Шараевский был отправлен отбывать назначенное наказание в колонию «Вологодский пятак». Находясь в заключении, Шараевский много времени посвящал духовному саморазвитию, увлекался вопросами философии и религии, а также активно давал красноречивые интервью журналистам и стал героем нескольких документальных телепередач, благодаря чему он считается одним из самых известных заключённых «Вологодского пятака». До совершения убийств Шараевский кроме прокурорской деятельности являлся профессиональным юристом, участвовал в расследовании ряда резонансных дел, в том числе «узбекского дела» о коррупции среди высшей советской элиты, в силу чего он получил дополнительную известность^[2][3][4][5].

Вячеслав Шараевский родился 25 мая 1958 года на территории деревни Тростань (Брянская область). Рос в многодетной семье, был старшим ребёнком из восьми детей. Детство и юность провёл в социально благополучной обстановке. Родители Шараевского вели законопослушный образ жизни и не имели вредных привычек, отрицательно влияющих на быт, здоровье детей и благосостояние семьи в целом. По воспоминаниям Вячеслава, его мать с раннего возраста уделяла много внимания получению им достойного образования. С её настояния он ещё до поступления в школу записался в местную библиотеку, в больших объёмах читал книги, благодаря чему он считался наиболее эрудированным ребёнком среди сверстников. В школьные годы Шараевский вёл физически активный образ жизни, посещал различные спортивные секции и, кроме того, отличался высокой успеваемостью в освоении учебной программы, вследствие чего у него со временем укрепились лидерские качества и он имел личностный авторитет как среди одноклассников, так и учителей. По свидетельству Вячеслава Шараевского, в подростковом возрасте он продемонстрировал склонность к совершению правонарушений, таких как воровство и мелкие хулиганские выходки, однако в силу своей репутации ему всегда удавалось избегать наказаний за свои проступки и его воспитанию с морально-нравственной точки зрения никто внимания не уделял^[3].

После окончания 10 класса школы Шараевский покинул родное село и в середине 1970-х годов перебрался на территорию Саратовской области, после чего поступил на учёбу в Саратовский юридический институт им. Д. И. Курского, где изучал аспекты юриспруденции и правоохранительной деятельности. Параллельно с учёбой в институте он посещал дополнительные курсы и кружки, в том числе по искусству машинописи, освоил профессию экскурсовода, а спустя четыре года — ближе к окончанию саратовской академии — получил звание мастера спорта по боксу. В этот же период Шараевский по воле случая познакомился с человеком, который имел большое влияние в городе, впоследствии ставшим его близким другом. С непосредственной помощью своего влиятельного знакомого в начале 1980-х годов Вячеслав был направлен на службу в Смоленскую область, где он первоначально занимал должность следователя городской прокуратуры, однако уже спустя менее чем четыре месяца Шараевский вошёл в состав бригады, состоящей из наиболее квалифицированных работников, которые занимались расследованием уголовного дела по факту хищения драгоценностей с предприятия по производству бриллиантов, которое было отнесено к категории дел исключительной государственной важности. Успешно закончив расследование по данному делу и направив его в суд, Шараевский, как неординарный и подающий надежды работник, был представлен к досрочному получению звания, а затем отправлен в командировку в другой район области, где он приступил к работе над другим делом об экономических преступлениях. Итогом расследования для Шараевского стали новые повышения и поощрения со стороны вышестоящих инстанций, поскольку расследуемое им дело являлось первым из подобной категории в истории области, вследствие чего он получил статус одного из лучших смоленских следователей. По возращению из командировки Шараевский получил от государства отдельную квартиру, а также женился. После прихода к власти 7-го Генерального секретаря ЦК КПСС Юрия Андропова Вячеслав Шараевский, на тот момент имевший классный чин «юрист III класса», был принят к работе над так называемым «делом № 1» о коррупционных злоупотреблениях в Узбекистане, которое имело статус высшей государственной важности, в связи с чем он 2 года провёл в Азии. В этот период Шараевский входил в известную следственную группу Генеральной прокуратуры СССР, которую возглавлял Тельман Гдлян.

Вернувшись на родину, Шараевский получил предложение остаться в главном следственном аппарате Советского Союза, либо же продолжить службу по прежним местам работы, однако он неожиданно отказался от всех предложений и в конечном итоге был назначен на должность прокурора Глинкинского района Смоленской области. По свидетельству Шараевского, он принял это решение в силу нескольких причин: как крайне честолюбивый и тщеславный человек он посчитал, что уже состоялся как следователь, потеряв интерес к карьерному продвижению, а также не захотел подниматься на высший уровень прокурорской системы из-за отсутствия там свободы выбора, которое заключается в полном повиновении начальству. Кроме того, он по его словам осознал, что в приоритете должна быть семья, а не работа. Таким образом Шараевский пришёл к выводу, что наиболее полно удовлетворить свою привычку «ставить собственное мнение выше других» он способен и в районном масштабе. Вскоре после выхода Шараевского на должность районного прокурора у него стала нарастать сильная неприязнь к представителям государственной элиты, секретарям обкомов, членам ЦК и Политбюро КПСС, в отношении некоторых из которых он расследовал экономические преступления в рамках «хлопкового дела», поскольку он считал, что «подлинные расхитители» бюджета не понесли никакого наказания. Как позднее рассказывал Шараевский, он лично по приказу начальства уничтожал акты о недостачах, которые выявлял на промышленных предприятиях и которые измерялись в суммах по 100 тысяч рублей, в то время как в первый день своей прокурорской работы он должен был принять решение о привлечении к уголовной ответственности, за недостачу в размере 2540 рублей, приёмщицы КБО, которая лишь запуталась в отчётности и которой по уголовному кодексу грозило до 5 лет лишения свободы. Вследствие этого Шараевский путём долгих раздумий пришёл к выводу о несовершенстве закона и проблеме социального неравенства, в том числе «избирательности государственной справедливости», а также осознал общую нелепость государственной системы, «глупо-наивные» представители которой в то же время способны допускать ложь при решении крайне важных вопросов, обнаружил «массу изъянов и недостатков» в системе, в которую верил.

В середине 1980-х годов у Шараевского появились дети, сын и дочь, после чего руководство выделило для него и его семьи новое место жительства. Через некоторое время к Вячеславу на постоянной основе переехал жить один из его братьев, Виталий, который увлекался алкогольными напитками и впоследствии был признан виновным в совершении нескольких нападений, сопряжённых с причинением телесных повреждений лёгкой тяжести. В 1987 году в результате внутреннего конфликта между прокурором, отказавшимся выполнить определённые требования, с горкомом КПСС, в отношении первого было возбуждено уголовное дело. Поскольку в данном деле помимо прокурора в качестве обвиняемых присутствовали должностные лица из районного и областного аппаратов управления, которых нужно было осудить, в силу объемности предстоящего дела к делу решили привлечь бухгалтера районного отделения «Агропромбанка» совхоза «Устромский» Прохорову, которая в свою очередь привлекла к делу свою знакомую Рогощенкову, исполнявшую в том же хозяйстве обязанности кассира, помощь которых носила характер секретности: Шараевский привозил женщин в здание прокуратуры из лесного массива, расположенного возле одного из сёл по месту их проживания, при этом исключительно в тёмное время суток, увозил обратно также он сам, избегая свидетелей. По окончании дела ряд чиновников были привлечены к уголовной ответственности, а общение Шараевского с женщинами-кассирами стало носить более неформальный характер, и он заручился оказывать им помощь в случае «возникновения проблем». Однажды Шараевский увидел, что Рогощенкова шла одна по безлюдному полю с сумкой, в которой хранились несколько десятков тысяч рублей, после чего, посчитав такие действия небезопасными, стал предоставлять ей как средство передвижения свою служебную машину^[3].

В период с ноября 1988 по август 1989 года Вячеслав Шараевский, согласно приговору суда, пользуясь своим служебным положением, совершил ряд преступлений, в числе которых фальсификация следственных материалов и хулиганское избиение посетителя Дома культуры в деревне Новобрыкино, в котором также участвовали его братья Виталий и Николай, совершённое в присутствии других граждан.

В один из дней Шараевский поссорился со своим братом Виталием на почве того, что тот увлекался чтением детективов, которые обычно имеют «закрученный» сюжет, в то время как Шараевский утверждал, что на практике ничего сложного в раскрытии преступлений нет и часто свою роль играет «человеческий фактор», а спустя несколько дней в качестве эксперимента съездил с ним в лес, устроив засаду на перевозивший деньги молоковоз. Предварительно они перекрыли место, где должна была проехать машина, валежником, увидев который водитель и кассир вышли наружу и стали убирать его с дороги, чтобы проехать, после чего Шараевский заявил, что в случае ограбления они могли бы прямо в тот момент совершить нападение и, пользуясь случаем, похитить у перевозчиков деньги. По свидетельству Шараевского, этот случай оказывал на него определённое психотравмирующее влияние. Он стал испытывать патологические фантазии на тему разбойных нападений, неоднократно возвращался на ту дорогу и тот лес, где в мелких и ярких деталях представлял себе в различных вариациях, как устраивает засаду на кассиров, перевозивших крупную сумму денег, грабит их и убивает, обдумывая при этом всё, начиная от путей отхода с места преступления, а заканчивая выбором оружия и даже особенностями поведения жертв во время нападения. Под влиянием данных фантазий Шараевский по собственной инициативе стал всё чаще выезжать в роли следователя на места убийств, тщательно осматривая трупы погибших насильственной смертью или изуродованных в результате несчастных случаев, таким образом желая психологически принять смерть, после чего у него вкупе с феноменом профдеформации окончательно утратилась способность к эмпатии. В своей тюремной «исповеди» Шараевский писал, что в конечном итоге эти метаморфозы привели к личностной деградации и он решил, что имеет право убивать, после чего в 1989 году вследствие утраты сдерживающих факторов в виде морально-нравственных свойств и качеств начал подготовку к реализации своих преступных планов. В качестве жертв Шараевский выбрал кассира Прохорову и бухгалтера Рогощенкову, с которыми был знаком. Готовясь, он изучил порядок получения ими денег в отделении банка, выбрал место и время нападения, хранил в своём служебном автомобиле необходимые для этого орудия. Кроме того, он вовлёк в дело младшего брата Виталия. На момент совершения двойного убийства Вячеслав Шараевский работал прокурором Глинковского района Смоленской области^[3][2][4].

Получив сведения о том, что Рогощенкова 21 августа 1989 года приехала в отделение банка за деньгами, Шараевский назначил ей встречу на центральной площади посёлка Глинка и в ходе разговора договорился, что отвезёт её до банка в совхозе Устромский, после чего сказал ей и сопровождающей Рогощенкову женщине по фамилии Артёмова подождать его, а сам поехал домой к брату. Забрав Виталия, Шараевский посадил его, Рогощенкову и Артёмову в свой автомобиль, после чего поехал до места назначения в совхоз, однако по пути в ходе разговора с женщинами братья Шараевские установили, что сумма денег, которую они перевозили в тот день, чрезвычайно мала. Вследствие этого они решили перенести дату нападения на следующий день. 22 августа 1989 года Шараевский вместе с братом в дообеденное время посадил Рогощенкову и другого кассира, заместителя главного бухгалтера совхоза Прохорову, получивших в отделении банка деньги, в свой служебный автомобиль. Остановившись в безлюдном поле, Вячеслав Шараевский и его брат Виталий с целью завладения деньгами совершили нападения на пассажирок, используя для расправы нож, топор и сапёрную лопату. В ходе нападения Шараевский-старший нанёс Прохоровой не менее 12 ударов ножом в места расположения жизненно важных органов, а его брат в это же время бил женщину топором по голове. Затем с помощью ножа и топора они нанесли ранения Рогощенковой. После этого братья, оттащив тела женщин, сбросили их в расположенную неподалёку яму. Услышав, что жертвы продолжают подавать признаки жизни, Вячеслав Шараевский с особой жестокостью поочерёдно нанёс каждой из них множественные удары топором и лопатой по голове, причинив рубленые раны, от последствий которых Прохорова и Рогощенкова мгновенно скончались. После совершения убийства Шараевские похитили у убитых женщин 35 тысяч рублей, а затем закопали их трупы, избавились от орудий преступления и предприняли другие меры для избавления от улик, демонстрируя при этом строгую последовательность. Забрав деньги, с места происшествия скрылись^[3].

На следующий день, глубокой ночью, Вячеслав Шараевский и его брат, опасаясь, что они не слишком качественно спрятали трупы, решили их перезакопать. Сразу после возвращения на место, где они совершили убийство и закопали трупы, братья Шараевские по стечению обстоятельств были арестованы сотрудниками милиции. По окончании расследования он был полностью изобличён в содеянном на основании многочисленных вещественных доказательств. В ходе следствия и судебного процесса следователи и судьи были в определённой степени убеждены, что в минуты совершения убийства женщин Шараевский был невменяем, поскольку он, будучи профессиональным юристом, оставил по итогам преступления 30 улик, изобличающих его вину, и десятки свидетелей, видевших, как пропавшие женщины ехали в его автомобиле. Однако на основании комплексной судебно-психиатрической экспертизы он был признан полностью вменяемым. Сам Шараевский впоследствии утверждал, что начиная с того момента, как он ехал в машине со своими жертвами, он ощущал присутствие «посторонней воли», под влиянием которой перестал думать как о прошлом, так и о будущем, в силу чего в период осуществления преступных действий он никак не опирался на здравый смысл. По свидетельствам Шараевского, в день убийства он, осматривая незащищённые тела жертв, никак не мог взять нож и начать наносить им удары, а на нападение решился сразу после того, как увидел насмешку в глазах брата, который якобы усомнился в том, что Вячеслав может совершить столь тяжкое преступление^[3].

21 сентября 1990 года Верховный суд РСФСР признал Вячеслава Шараевского виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.93-1 пп."а", «г», «е», «з» ст. 102, ч.2 ст. 206, ч.1 ст.170 и ст. 175 УК РСФСР (разбойное нападение, совершённое по предварительному сговору с целью завладения государственным имуществом в особо крупных размерах, сопряжённое с их убийством с особой жестокостью и с целью сокрытия разбоя), после чего в качестве уголовного наказания назначил ему смертную казнь путём расстрела. Виталию Шараевскому этим же приговором было назначено 15 лет лишения свободы.

После вынесения приговора Вячеслав Шараевский почти четыре года провёл в одиночной камере смертников. В этот период он написал ходатайство о помиловании, которое указом президента России Бориса Ельцина было удовлетворено и в связи с мораторием на исполнение смертных приговоров наказание в отношении Шараевского было заменено на пожизненное лишение свободы. В конце 1990 года Шараевский впервые пообщался с прессой, дав сенсационное по содержанию интервью известному смоленскому журналисту Сергею Новикову. Весной 1994 года для отбытия назначенного наказания Вячеслав Шараевский был этапирован на остров Огненный в «Исправительную колонию № 5 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Вологодской области», более известную как «Вологодский пятак». В последующие годы он считался образовцым заключённым. Находясь в заключении, Шараевский увлёкся философией и религией, много времени проводил в «беседах с Богом», практически беспрерывно размышлял о своей судьбе и причинах, которые привели его в колонию для пожизненно осуждённых, в первую очередь о детерминантах своего преступления. Как утверждает Шараевский, он в итоге пришёл к Христу и стал жить «с миром в сердце». В 2001 году в журнале «Звезда» было опубликовано письмо Вячеслава Шараевского, составленное в виде исповеди, в котором он много строк посвятил деталям своей биографии, а также подробным деталям убийства и своих мыслей до, в период и после его совершения. По свидетельству журналистов, неоднократно посещавших Шараевского, он также увлекался созданием карикатур на сокамерников и написанием стихов^{[6][2][4][7][8]}.

В 2007 году снялся в документальном фильме «Вечный», авторы которого включили в фильм длительный монолог Шараевского, в котором он рассказывал о камерной жизни и психологических реакциях на её наиболее неприятные аспекты, рассуждал о Библии, влиянии тёмных сил на поступки человека и читал стихи собственного сочинения, а также поведал об одном мистическом случае. Шараевский рассказал, как у него в камере систематизированно, зачастую на ломтике хлеба, появились гвозди, которые он затем выбрасывал, однако на следующий день они снова появлялись. Придерживаясь материализма, согласно которому все происходящие в жизни процессы имеют логическое обоснование, Шараевский, желая решить проблему, установил, что мелкие предметы (когда закончились гвозди, стали появляться камешки, щепки, перья) ему приносили мыши, которые часто бегали по стенам камеры. В ходе своих мистических наблюдений Шараевский, по его словам, впервые всерьёз задумался о существовании «нематериального» мира, неосязаемых вещей. Эту ситуацию он воспринял в том числе как «послание от Господа», поскольку с помощью колото-режущих предметов, которые появлялись у него в камере, можно совершить суицид (кроме того, их наличие является грубейшим нарушением режима на уровне «чп»). Вместе с тем Шараевский рассказал, что настоящий страх он испытал, когда поверил в Бога, осознав, что земная жизнь не является единственной формой существования человеческой души, поняв, что смерть это ещё не «конец», поскольку после её наступления жизнь продолжается в совершенно ином виде вместе с тем, что человек совершил в прошлом. В монологе Шараевский также большое внимание в рамках переоценки всего жизненного опыта, который он пережил, будучи приговорённым к смертной казни, а затем к пожизненному заключению, уделял наличию у человека семьи. В его случае любовь к семье, по словам Шараевского, была для него настолько глубоким чувством, что с помощью неё он сумел адаптироваться к действительности в «Вологодском пятаке». По свидетельству Шараевского, попав в камеру смертников, никакого ужаса, ощущение которого в такой ситуации представит себе большинство простых людей, у него не было, отчасти потому, что понятия жизни и смерти у него сошлись задолго до этого в подсознании. Так, например, в его карьере был случай, когда он видел знакомого человека живым утром, общался с ним, а вечером того же дня выезжал на место его изощрённой смерти в результате аварийной ситуации. Кроме того, на спокойствие Шараевского повлиял тот факт, что он как юрист знал процедуру расстрела и не испытывал чувства неизвестности^[5].

В конце 2000-х годов для дальнейшего отбытия наказания Шараевский был переведён в одну из самых суровых колоний для пожизненно осуждённых, расположенную на Крайнем Севере, имеющую официальное наименование ФКУ «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ямало-Ненецкому автономному округу», более известную как «Полярная сова». По данным официального сайта Верховного суда Российской Федерации, в период с 2006 по 2014 год Шараевский не менее 5 раз безуспешно пытался обжаловать приговор в данной инстанции^[1].

В 2015 году режиссёр Ирина Васильева сняла о Шараевском цикл сюжетов в жанре документального кино. Впоследствии она рассказала о своих впечатлениях из наблюдений за Шараевским^[9]:

В качестве личной предыстории Васильева рассказала, что посещала Шараевского в колонии вместе со своим мужем, продюсером Александром Радовым, ещё начиная с 2001 года, и даже организовывала для него встречу с его сыном. Режиссёр отмечала, что её поражало, как за 37 месяцев в камере смертников Шараевский, пережив сильный по интенсивности опыт, из атеиста стал глубоко верующим человеком, полностью раскаявшись в содеянном и преобразившись. Длительное время супруги вели с Шараевским переписку. После перевода Шараевского в «Полярную сову» во встрече с ним им отказали^[10].

В колонии Шараевского, оценив его духовную саморефлексию, часто посещал известный учёный-биолог, священник и общественный деятель Александр Борисов, считавший его уникальным человеком, при содействии которого Шараевский прошёл таинство крещения. Борисов узнал о Шараевском, работая в Комиссии по вопросам помилования при Президенте РФ, некогда спасшей от расстрела знаменитого Александра Бирюкова. В 2017 году стало известно, что Шараевский регулярно общается с Кириллом Марковским, клириком храма святителя Николая Мирликийского в Бирюлёво, помощником начальника ФСИН России по городу Москве, который каждый отпуск проводит, ежедневно посещая колонии для пожизненно осуждённых. Священник описывал Шараевского как человека «с ясным умом и тонкой душой», не страдающего от проблем с психическим здоровьем, несмотря на то, что по состоянию на 2017 год Шараевский провёл более 26 лет своей жизни в местах лишения свободы^[11]. Достоверных сведений о текущем статусе Вячеслава Шараевского нет.

• Документальный фильм «Вечный» (2007)^[5]
• Документальный фильм «Чёрный прокурор» из цикла «Легенды советского сыска» (2013)^[12]
• Документальный фильм «Крыса» из цикла «Следствие вели» (2013)^[13] представляет собой вольный пересказ истории Вячеслава Шараевского
• Документальный фильм «Дважды рождённые, дважды убитые» (2015). Производственная компания: ООО "Студия «Фишка-фильм». Автор сценария и режиссёр: Ирина Васильева^[14]
• Документальный фильм «Брат твой Каин» режиссёра Ирины Васильевой (2015)^[15]. В 2016 году фильм был удостоен первой премии фестиваля «Лучезарный Ангел» и других наград^[10]

• Виноградов, Сергей Вячеславович

• Хабаров А. Россия ментовская. Изд. ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 1998. OCR Палек, 1999 г.
• Евгения Заболотских. Наши поступки пребудут с нами в вечности (рус.) // Гудок : газета. — 2015. — № 229 (25898).