Южный Урал. Путевые очерки

«Южный Урал. Путевые очерки» — сборник очерков русского писателя, фотографа, этнографа и путешественника Михаила Круковского, посвящённый живописному региону Южного Урала, его природе, истории и культуре.

После успеха публикации путевых заметок по Олонецкому краю Круковский предпринял в 1908 году путешествие по Южному Уралу, во время которого вёл путевой дневник и делал фотографии. Заранее было известно, что заметки будут опубликованы отдельной книгой, и действительно, год спустя вышли его дневники с фотоиллюстрациями^[1]. В итоге результатом второй поездки стала ещё одна большая монография:

М. А. Круковский. Южный Урал. Путевые очерки / К. И. Тихомиров. — М., 1909. — 311 с.

В ней числится богатый иллюстративный материал^[2], включая 140 фотографий, сделанных Круковским во время экспедиции^[1]. Книга включает литературные и этнографические заметки о сплаве по реке Белой, о башкирах, о работе металлургических заводов и заводчанах, географические описания гор, пещер и степей обширного края^[2]. Оглавление книги состоит из 7 частей: I. Южный Урал; II. По реке Белой; III. У башкир; IV. На заводах; V. В горах; VI. В пещерах; VII. По степям^[3].

Значительная доля фотографий башкир сделана на территории Салаватского района в Яхъе, Ишимбае, Миндишево. Результатом его поездки стали значимые для салаватцев фотографии, на которых запечатлены жители этих деревень в национальных костюмах, старинные орудия труда, различные постройки, улицы и многое другое. По фотографиям можно было восстановить историю края и кыр-кудейского рода башкирского народа^[4]. В 1911 году от Круковского в Музей поступило большое собрание фотографий (382 фотоотпечатка) по Южному Уралу, где было представлено всё этническое разнообразие этого региона (колл. № 1919)^[5].

Журнал «Землеведение» в 1909 году дал «Южному Уралу» положительную оценку^[6].

Основным интересом М. Круковского на Южном Урале была этнография. Он писал, что «насколько различны климатические пояса, настолько разнообразны народы, населяющие Урал». Внимание автора было направлено на контрасты культур; путешествуя по Южному Уралу, он отмечал: «глаз путешественника отдыхает на движении этнографических красок и костюмов»^[7]. Круковский описывал башкир^[8], мещеряков (мишари), русских, нагайбаков, киргиз-кайсаков^[7].

В поездках он называл себя этнографом и писал, что самой «живучей» чертой народа является «художественный вкус, который проявляется в нём несмотря ни на какие климатические изменения». По наблюдениям Круковского, башкиры «сохранили старинный калябаш и узоры», а русские казаки «до сих пор упорно держатся за свою старинную великорусскую постройку»^[7]. Прежде всего он решил «побывать у степных башкир», которым уделил немало места в своём дневнике. В путевых заметках башкиры представлены как борцы за свои традиции и ценности^[9]. Круковский сравнивал этот народ с татарами, мещеряками, черемисами и различными финно-угорскими народами, называя их «угрюмыми и малоподвижными», а башкир — «беззаботными, весёлыми, даже легкомысленными»^[10][11].

К одним народам Круковский приезжал согласно плану, к другим попадал случайно, а иногда делал неожиданные для себя этнографические открытия. Проезжая мимо станицы Ключевской Троицкого уезда, он заинтересовался, что за народ живёт в этих местах и принялся расспрашивать самих местных жителей. В итоге выяснилось, что название народа — нагайбаки, чему Круковский очень удивился. Путешественник отметил богатые украшения на нагайбакских женщинах, но в то же время «страшную нищету» и пьянство в деревне. После непродолжительного пребывания в станице Ключевской он «уезжал с таким тяжёлым чувством, какого никогда не испытывал в своих скитаниях по России». Круковский — первый путешественник, который охарактеризовал северную группу нагайбаков Троицкого уезда^[9].

По пути в Троицк Круковский проезжал селения русских казаков, в которых, по его наблюдению, было «нехозяйственно и скучно». Он досадовал на то, что землю, на которой ранее кочевали башкиры, отдали во владение казакам, и землю эту те «не могут разработать и наполовину». Вероятно, симпатия Круковского к кочевникам исходила из его личного предпочтения вольной жизни^[9]. Среди русских на Южном Урале встречались и крестьяне, проигранные в карты. Круковский приводил такой случай, когда ему встретился старик-крестьянин и тот рассказал, как его барин в Петербурге проиграл в карты — за проигрыш расплачивались мужиками. Всех проигранных вместе с жёнами, детьми и скотом отправили за тысячу вёрст на Урал. Прибывшие сюда люди получали земли, распахивали их, осваивались на новом месте^[12].

Михаил Антонович посетил несколько южноуральских заводов, в том числе Катав-Ивановский, Усть-Катавский, Миасский и Кочкарский, где сделал заметки о местных рабочих. В рудничном посёлке недалеко от Златоуста бодрый прежде тон дневника сменился на удручённый^[9].

В ходе экспедиции Круковский активно применял фотографию, которая служила важным инструментом фиксации этнографических наблюдений. Им были запечатлены городские и сельские поселения, ландшафты Южного Урала, а также представители местного населения. Однако использование фотоаппарата в ряде случаев осложняло установление контакта с жителями. Наиболее значительные трудности при проведении фотосъёмки возникли в башкирских поселениях, где

Путешествие сопровождалось фотосъёмкой, придававшей наблюдениям особую реалистичность. Круковский снимал виды городов, сёл, ландшафта Южного Урала, а также жителей края. Правда, иногда фотоаппарат оказывался помехой в диалоге с местными жителями. С трудностями фотосъёмки Круковский столкнулся в башкирских поселениях^[9]:

Многие башкиры отказывались позировать, ссылаясь на религиозные запреты ислама на создание изображений людей. Для преодоления этого препятствия Круковский получил официальное разрешение от уфимского муфтия на проведение съёмок в научных целях, что впоследствии позволило ему фотографировать не только мужчин, но и женщин^[9].

• Башкир из Миндишево
• Башкир из Кара-Якупово в зимнем костюме
• Портрет богатого башкира из Оренбургской губернии
• Башкир в зимнем костюме
• Портрет женщины в традиционном уборе
• Башкир из Миндишево

В отличие от башкир, нагайбаки, как отмечается, соглашались на фотосъёмку значительно охотнее. Считается, что их фотографии являются наиболее удачными в коллекции Круковского, несмотря на то, что съёмка башкир велась на протяжении месяца, а исследователь находился проездом у нагайбаков всего несколько дней^[9].

В своих путевых записках Круковский описывал сложности «экстремальной фотосъёмки». Во время перехода через горный массив Таганай произошёл инцидент: на пути в Оренбург опрокинулась конная повозка, в результате чего фотоаппарат был разбит. Это событие снизило интерес исследователя к продолжению путешествия, и он принял решение вернуться раньше намеченного срока^[9]:

Несмотря на досрочное завершение экспедиции, её научные итоги оказались значительными. М. А. Круковский собрал ценные этнографические материалы о народах Южного Урала и оставил обширный фотоархив, имеющий важное значение для антропологии и краеведения^[9].

Основным мотивом путешествия Круковского являлось не только стремление к изучению новых географических регионов и этнографических культур, но и намерение документально зафиксировать и донести результаты своих наблюдений до широкой аудитории. В ходе экспедиции фотография стала для исследователя ключевым методом изучения и передачи визуальных впечатлений. Вынужденное прекращение съёмки, вызванное поломкой фотоаппарата, привело к утрате интереса к дальнейшему продолжению путешествия; в связи с этим Круковский, испытав сильную усталость, принял решение о досрочном возвращении. Наследием этой поездки стали ценные этнографические описания народов Южного Урала, а также сотни научно значимых фотографий^[9].

• Белоруссова С. Ю. Этнофотографическое путешествие Михаила Круковского по Южному Уралу // Уральский исторический вестник. — 2016. — Вып. 51, № 2. — С. 98—104. — ISSN 1728-9718.
• Галигузов И. Ф. Народы Южного Урала: история и культура. — Магнитогорский Дом печати, 2000. — 508 с. — ISBN 978-5-7114-0172-8.
• Лаврентьева Л. С. Край лесов, рек и поэтов (Карельская фотоэкспедиция 2008 г.) // Материалы полевых исследований МАЭ РАН / Фёдорова Е. Г.. — СПб.: МАЭ РАН, 2008. — Вып. 9. — С. 6—11.
• Гапошкина Н. В., Козырина Е. А., Колосов Е. С., Косович С. А., Кошкина Е. Н. Народы Урала: исторический опыт, традиции и проблемы современности / отв. за выпуск Т. Х. Новопашина. — Екатеринбург: ГУК СО «Свердловская областная межнациональная библиотека» («СОМБ»), 2009. — 80 с.
• Станулевич Н. А. Печать экспедиционных фотографий М. А. Круковского в книжных и журнальных изданиях начала XX в. // Кунсткамера. — 2025. — Вып. 1 (27). — С. 142–153. — ISSN 2618-8619.