Cogitationis poenam nemo patitur

Cogitationis poenam nemo patitur — латинская фраза, означающая «мысли не наказуемы». Это положение восходит ещё к римскому праву: ещё в Дигестах Юстиниана Великого устанавливалось, что никто не несёт наказания за мысли^[1].

«Голый умысел» определялся в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных следующим образом: «изъявление на словах, или письменно, или же иным каким-либо действием, намерения учинить преступление, почитается признаком умысла. К числу таких признаков принадлежат угрозы, похвальбы и предложения сделать какое-либо зло». В ст. 116 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных говорилось, что случаи, в которых за умысел, смотря по роду важности преднамеренного преступления, полагается наказание, означены в законе, но в Особенной части Уложения такие специальные постановления встречались только в категории государственных преступлений^[2]. Так, по Уложению 1845 года злоумышление посягательства на жизнь, здоровье и честь императора даже в форме так «голого умысла», не подкреплённого никакими конкретными действиями, наказывалось смертной казнью (ст. 241)^[3][4].

Уголовное уложение 1903 года отказалось от преследования голого умысла на совершение государственных преступлений, однако стремилось противодействовать им применением наказания уже в таких стадиях их совершения, которые непосредственно соприкасаются с простым обнаружением умысла, почти совпадая с ним^[5]. Так, ст. 99 Уложения 1903 года предусматривала безальтернативное наказание в виде смертной казни за посягательство «вообще на неприкосновенность священной особы царствующего императора, императрицы или наследника престола»; заключением в крепость наказывалось оскорбление памяти усопших царственных особ^[6].

В современном уголовном праве России «голый умысел» ненаказуем. Так, не имеет уголовно-правового значения обнаружение умысла, которое выражается в проявлении намерения совершить преступление (письменно, в интернете, вербально, жестами и др.), поскольку характеризуется полным отсутствием общественно опасного деяния. Однако разъяснение Верховного суда РФ о том, что «не может быть квалифицировано как покушение на дачу или получение взятки либо на коммерческий подкуп высказанное намерение лица дать (получить) деньги, ценные бумаги, иное имущество либо предоставить возможность незаконно пользоваться услугами материального характера в случаях, когда лицо для реализации высказанного намерения никаких конкретных действий не предпринимало», сменились разъяснением, что «обещание или предложение передать либо принять незаконное вознаграждение за совершение действий (бездействие) по службе необходимо рассматривать как умышленное создание условий для совершения соответствующих коррупционных преступлений в случае, когда высказанное лицом намерение передать или получить взятку либо предмет коммерческого подкупа было направлено на доведение его до сведения других лиц в целях дачи им либо получения от них ценностей, а также в случае достижения договоренности между указанными лицами»^[7].

• Мыслепреступление