Звёздный корсар

«Звёздный корсар» (укр. «Зоряний корсар», также известен как «Кольца змея», укр. «Кільця змія»^[1]) — научно-фантастический и философский роман украинского советского писателя Олеся Бердника; по собственному определению автора — «сказочная феерия». Роман относят к знаковым произведениям не только Бердника, но и всей украинской фантастики^[2]. Многие литературные критики считают «Звёздного корсара» вершиной творчества писателя^[3][4][5].

«Звёздный корсар» — классическая «мягкая» фантастика, наряду с причудливым сюжетом в нём присутствует и играет важную роль авторская философия. Подробных научных и технических обоснований тех или иных явлений в романе не даётся, зато он изобилует аллегориями и обобщениями^[6]. Роман Бердника — произведение многоплановое, насыщенное философскими размышлениями и смелыми идеями^[7]. В романе присутствуют мифологическое, философское, религиозное, научно-техническое, этическое и другие измерения^[8]:120.

Первоначально Бердник планировал создать роман «Судья и любовь», в состав которого он собирался включить рассказ «Межзвёздная нянька», повесть «Страшный суд» и новеллу «Бунт космократоров». Затем писатель отказался от этого замысла, но уже опубликованные в периодике и авторском сборнике три этих произведения существенно переработал и включил в сюжетную канву «Звёздного корсара»^[6].

Рассказ под названием «Межзвёздная нянька» впервые издан в 1961 году в киевской русскоязычной газете «Комсомольское знамя»^[9]. «Страшный суд» появился в 1965 году в журнале «Людина і світ»^[10]. В 1968 году в журнале «Ранок» опубликована новелла «Бунт космократоров»^[11]. В 1971 году отрывки из повести «УР» увидели свет в газете «Молодая гвардия»^[12]; эти отрывки вошли без изменений в полный роман, изданный в том же году издательством «Радуга»^[13][14][4].

Значительная часть тиража романа была изъята советской цензурой из библиотек и книжных магазинов^[15][14]. Несмотря на это, роман стал культовым среди украинской интеллигенции^[16][17] и многократно переиздавался, преимущественно в изданиях диаспоры^[4][18]. Роман был переведён, по данным на 2017 год, на 26 языков^[19].

Разрешение на публикацию романа в СССР появилось лишь в конце 1980-х годов, в 1991 году Бердник подготовил и русскоязычный вариант^[7], который был в том же году опубликован^[14]. В УССР роман переиздан в 1989 году, позже многократно переиздавался в независимой Украине, включая издание 1995 года вместе с его продолжением — романом «Камертон Дажбога»^[20].

Роман начинается с описания жизни украинского учёного Сергея Гореницы, исследующего природу времени, в частности его течение и возможность изменения однонаправленного хода времени^[21]. Во время размышлений ему является образ запорожского казака-характерника Вогневика, владеющего «Чёрной грамотой» — устройством, которое общается и предсказывает будущие события. Гореница предполагает, что это артефакт высокоразвитой инопланетной цивилизации, способный манипулировать временем^[22].

С помощью друга, разбирающегося в гипнозе, Гореница совершает гипнотическое путешествие, чтобы воплотиться в Вогневика и узнать о Чёрной грамоте. Он входит в сознание казака и узнаёт, что устройство попало к нему от пленённого турка, который нашёл его в Египте, возможно в гробнице Александра Македонского. Рассказ Вогневика прерывается битвой с татарским отрядом, в которой он и его спутники погибают. Казачий отряд позже побеждает татар и хоронит Чёрную грамоту вместе с Вогневиком у Девичь-Горы, хотя в Украине много холмов с таким названием. Археологические раскопки Гореницы на одном из таких мест оказываются неудачными^[23].

После потери невесты и защиты докторской диссертации на тему «Проблемы многомерности» Гореница находит Чёрную грамоту, которую называет Чёрным папирусом. Вступая в диалог с ним, он спрашивает о победе над временем. Папирус советует изменить подход человечества к познанию мира, ориентируясь на любовь и взаимопонимание, отмечая, что механические машины не достигнут высшего уровня познания, хотя со временем могут развить такое осознание^[24]. В качестве примера Папирус показывает Горенице видение Земли 2082 года, где космический корабль «Любовь» с экипажем из семи пар, включая украинцев Богдана и Лесю Полумяных, отправляется к Эпсилон Эридана для создания колонии. Оснащённый технологией восстановления психического и генетического кода экипажа, корабль меняет курс после обнаружения сигналов разумных существ со звезды на полпути к Эпсилон Эридана^[25].

Леся, будучи беременной, рожает двух сыновей во время полёта. Корабль попадает в мощный поток радиации, из-за чего экипаж погибает, кроме новорождённых, защищённых в изолированном отсеке^[26]. Универсальный робот (УР) принимает человекоподобную форму, чтобы воспитывать детей, и направляет корабль к планете, испускающей сигналы. Планета покрыта густыми лесами и океаном. УР обнаруживает башни, передающие сигналы, однако находит лишь подвижные хищные растения. Для безопасности он несколько лет держит мальчиков на корабле, завершая их обучение, прежде чем исследовать планету. Они изучают башни, но не обнаруживают разумной жизни. Воздушные древесные хищники похищают мальчиков, однако УР спасает их после нападения на хищников миниатюрных цветов. Мальчики отравлены, но цветы, оказавшиеся разумными обитателями планеты, предоставляют противоядие. Эти растения, выжившие после космической катастрофы, освоили путешествия в гиперпространство с минимальными затратами энергии^[27].

УР расшифровывает сигналы планеты, выясняя, что они исходят из другой звёздной системы, где высокоразвитая цивилизация деградировала из-за технологий, устранивших необходимость труда. УР и мальчики посещают эту планету, обнаруживая заброшенные спутники и население, занятое лишь удовлетворением базовых потребностей с помощью автоматов. После долгих поисков они встречают Ишвари, последнюю недеградировавшую жительницу, поддерживающую центральный синтезатор планеты. Она присоединяется к экипажу, получив разрешение вернуться на Землю. Ишвари влюбляется в УР, который отвечает взаимностью, но страдает из-за своей роботизированной природы. Используя технологию корабля, УР создаёт себе человеческое тело из клеток родителей мальчиков. По возвращении на Землю экипаж воскрешают, и УР, став человеком, начинает новую жизнь с Ишвари, планируя вернуться на планету цветов и пробудить деградировавшую цивилизацию^[27]. Гореница осознаёт, каким должен быть дальнейший путь развития человечества, и убеждается, что Чёрный папирус моделирует бесконечность, давая ответы на философские вопросы и разгадку тайны его души^[28].

Вторая часть повествует о молодом криминологе Григории Бове, мечтающем стать новым Шерлоком Холмсом, изучающем кибернетику, генетику, историю религий, эзотерические учения, санскрит и эсперанто^[29]. Его начальник поручает найти пропавшего три года назад на охоте директора ликёро-водочного завода Куринного, в деле которого обнаружена крупная растрата^[31]. Жена Куринного умерла, осталась дочь Галина, медицинская сестра в киевской больнице. Бова встречается с Галиной, чтобы выяснить, не поддерживает ли она контакт с отцом, и между ними возникает любовь^[32].

Далее действие переносится в систему Ары, где с очень давних времён существует общество разумных гуманоидов — людей, в своей эволюции достигших чрезвычайно высокого уровня развития, вышедших из трёхмерной ловушки. Любые их желания немедленно удовлетворяются^[6]. Во сне Бова переносится на планету Ара. Бессмертные жители Ары обладают неограниченными ресурсами, но страдают от апатии, деградации мышления, роста преступности среди молодёжи и попыток самоубийства, предотвращаемых автоматами^[33]. Бова воплощается в Меркурия, космического следователя, лояльного координатору Ары Ариману. Дети обвиняют Меркурия в том, что система Ары — замаскированное рабство^[34]. На планетарном конгрессе Ариман выражает беспокойство по поводу снижения психопотенциала цивилизации. Учёные предлагают уничтожить Ару для создания нового мира или вернуться к первобытному обществу. Ариман предлагает создать трёхмерный мир для отвода энергии Ары, контролируя его конфликты. Космократоры, возглавляемые Горикорнем и включающие возлюбленную Меркурия Громовицу, отвергают это как преступление, предлагая переход отдельных личностей в многомерность. Ариман заключает их в тюрьму и начинает свой проект^[35]. Бова делится сном с Галиной, которая считает, что он связан с их судьбой^[36].

В другом сне психопотенциал Ары возрастает за счёт нового мира, но космократоры сбегают. Ариман поручает Меркурию их поймать, связывая побег с запрещённым Звёздным корсаром, Гориором^[37]. Меркурий изучает Гориора, бывшего друга правителя Ары Кареоса, который приоритизировал материальные потребности, что привело к инволюции. Кареос заключил Гориора в психиатрическую больницу, объявив его мёртвым. Гориор сбежал с Аэрасом, достигшим космического сознания, позволявшего левитировать и проходить сквозь стены. Они основали колонию на Астероиде Свободы, занимаясь самосовершенствованием. Гориор перехватывал корабли Ары, убеждая людей присоединиться к нему. Кареос отправил свою невесту Гледис убить Гориора, но она перешла на его сторону. Гориор спас её от казни, и они перешли в другое измерение, избежав Кареоса, который вскоре умер^[38].

Меркурий узнаёт, что Гориор и Гледис помогли космократорам бежать, предложив им жить на трёхмерной планете — Земле, чтобы способствовать революциям и изменениям, с универсальным информатором для сохранения памяти об их мире. Меркурий сообщает Ариману^{[что сообщает?]}, который приказывает уничтожить группу. На Земле Меркурий, раненый и потерявший память, становится первобытным человеком, завершая сон Бовы^[39].

Бова узнаёт, что Куринный найден, но вскоре Галина и её отец объявлены в Киеве убитыми. Куринный носил неразрушимый^{[неизвестный термин]} кубок, который исчез. Утверждая, что был «на том свете», Куринный попадает в психиатрическую больницу. Бова обнаруживает, что убитая женщина — не Галина^[40]. В больнице записи Куринного показывают, что он во время охоты попал в параллельный мир, где встретил предков, осудивших его работу на заводе. Они делились кубком с «вином бессмертия», но Куринный, признанный недостойным, нашёл его пустым. Он вернулся с кубком через три года^[41].

Ариман посылает на Землю нового следователя Ягу, который убивает Куринного и отправляет Галину (Громовицу) в монастырь XIX века, где находится другой космократор, Юлиана (Мария). Сергей Гореница идентифицирован как Горикорень, а Бова — как Меркурий^[42]. Ариман прибывает на Землю под видом индийца Сингха, чтобы разобраться с космократорами^[43]. Бова находит в монастырских рукописях упоминание о монахине Василине, называвшей себя Галиной Куринной, которую считали одержимой^[44]. Он обращается к Горенице, который проводит эксперимент с путешествием во времени. Бова находит Галину и Юлиану, но появляется Ариман, заявляя, что убил Горикорня, и требует кубок. Звёздный корсар Гориор появляется, передаёт кубок Громовице, которая пьёт вино бессмертия. Гориор объявляет объединение потоков времени, позволяющее соединить людей Земли с ноосферой. Ариман исчезает, а Гориор сообщает, что Горикорень жив, призывая космократоров продолжать борьбу за духовное и физическое развитие человечества^[45].

Основные темы романа связаны с развитием человеческой духовности, эволюцией общества, а также физическим и духовным совершенствованием человека. Эти процессы связаны не только с выходом человечества в межпланетное и межгалактическое пространство, но и с преодолением трёхмерного пространства в многомерность^[15][14]. Роман подчёркивает уникальность человеческой души, свободу выбора судьбы и образа жизни, необходимость непрерывного творческого развития как личности, так и общества. Он критикует застой в обществе, избыточное регулирование и ограничение прогресса^[15][46][47], затрагивает проблему универсальности тирании^[2]. Героизм и самоотверженность в борьбе, диалектика «разновесия», противостоящего равновесию, застою, являются отличительными чертами прогресса у Бердника^[6].

В романе подвергается глубокому философскому осмыслению явление тоталитаризма^[48]:6, автор предвидит все ужасающие последствия развитого социального строя, основанного на тотальном централизованном контроле каждой личности^[49]:8. Кроме того, в романе подвергаются критике реалии позднего СССР, негативно изображён типаж советского обывателя. В частности, даётся очень яркое описание браконьерской охоты, в которой участвуют представители элиты среднего звена: директор ресторана, директор водочного завода, народный судья, начальник районного отдела милиции. Выразительно показаны цинизм и правовой нигилизм милицейского руководителя, особенно по контрасту с присутствующими в романе размышлениями о «космическом праве»^[6].

Время, пространство и россыпь миров в «Звёздном корсаре» являются огромной космической ареной, где герои романа ведут отчаянную борьбу с неумолимой судьбой и ищут ответ на извечные вопросы: «Кто я? Зачем я пришёл в этот мир? Кто его создал?» Они мучаются в безвыходности замкнутого бытия, стремятся разорвать ненавистный «фатум» и стать Звёздными Журавлями — Птицами Свободы. В «Звёздном корсаре» ответ на вечные вопросы ищут запорожские казаки XVI века, пытливые и бунтарские умы XIX и XX веков и космопроходцы конца XXI века, летящие к звёздам на галактическом крейсере «Любовь». Именно любовь поддерживает их в дороге, преображает их и воскрешает для новой жизни в новом мире^[7].

Согласно мысли писателя, всё в мире взаимосвязано. Люди — это дети космоса, а разум — необходимый этап развития материи, обязанность которого — организовывать Вселенную и преображать не только весь мир, но и свою внутреннюю природу. Важную роль в романе играют такие понятия, как ментальная эволюция, сфера морали, «дух», «психоэнергия»^[6]. В «Звёздном корсаре» сформулирована стратегия освобождения от одномерности мира, сформированного индустриальным человеком, стратегия, имеющая не социальные, а космические масштабы и гораздо более радикальная, чем все лежащие в социальной плоскости стратегии предшественников, включая коммунистическую утопию Маркса или асоциальную утопию Франкфуртской школы. Сверхчеловек у Бердника предстаёт не как философский конструкт, а как онтологически обоснованная фигура, рождающаяся из альтернативы: либо полная безнадёжность, из которой существует лишь два пути — деградация (небытие) либо прорыв к Сверхчеловеку, Богочеловеку, творцу миров. В романе Бердника обозначен бунт не только против Системы, но и против её онтологических истоков, бунт против слепого бытия. Призыв к этому бунту — призыв экзистенциальный по своей сути, причём, по мнению философа Т. Метелёвой, гораздо более впечатляющий, чем «нытьё европейского экзистенциализма»^[50]. По словам самого Бердника, образ Звёздного корсара — Гориора — символизирует Иисуса Христа как бунтаря против зла и проводника в мир радости и любви^[51][3]. В то же время отношение Бердника к классическому религиозному культу негативно: по мнению писателя, религия порабощает разум и препятствует прогрессу^[6].

Важную роль в «Звёздном корсаре» играет оппозиция концептов «гармония», с одной стороны, и «дисгармония», «конфликт» — с другой, имеющая большое философское и дидактическое значение. Концепты «гармония» и «любовь» у Бердника тесно связаны и являются частными вариантами концептуальной оппозиции «добро» — «зло»^{[8]:277—279}. Противопоставлены концепты «гармония» — «сила», «рациональное мышление» — «чувство (любви)», «развитие» — «деградация», «любовь, творчество, подвиг» — «потребительство»^[8]:280, «чувство» — «цивилизация»^[8]:284, «Земля» — «звёзды», «мужское» — «женское», «добро — зло»^[8]:287. Вербализован мифологический концепт «огонь», актуализирована его связь с «любовью» — не только метафорически, но и в соответствии с древнеиндийской и древнегреческой (орфической) космогонией^[8]:282. Детализированная вербализация концепта «любовь» приобретает философское, религиозное, космологическое звучание^[8]:286. Детально вербализован концепт «счастье»^[8]:298. Присутствует вербализация концепта «право», в частности в таком универсально-философском измерении, как «космическое право». Обращают на себя внимание художественные интерпретации философии и этики права^{[8]:282—283}. «Право» противопоставляется «силе» и неотделимо от «справедливости»^[8]:289.

В романе затрагиваются и проблемы экологии, роли техники в жизни цивилизации, эволюции, средств связи и преодоления противоречий и конфликтов в обществе^[8]:277, места человека в космосе^[8]:284. Бердник развивает тему антропологического кризиса, говоря об опасности вырождения человека без физического и интеллектуального труда, которое может возникнуть вследствие полной технизации планеты, происходящей без духовного роста социума. Тема такого вырождения сближает «Звёздный корсар» с повестью «Хищные вещи века» Стругацких^[52].

«Звёздный корсар» — впечатляющий образец «магического реализма». Сюжет романа, казалось бы, несложный и легкодоступный для понимания, но, если внимательно вчитаться в текст романа, в нём обнаруживается множество связанных друг с другом смысловых уровней, создающих сложный калейдоскоп, состоящий из действий, образов, идей и озарений^[7]. Помимо признаков научной фантастики, роман содержит также признаки фэнтези и антиутопии^[49]:8.

«Звёздному корсару» присущи такие особенности, как сочность, яркость образов, внимание к деталям и сложное построение сюжета^[49]:8.

В романе «Звёздный корсар» присутствует очень сложная хронотопная конструкция: каждая сюжетная линия произведения охватывает несколько пространственно-временны́х моделей, обусловливающих различные формы субъективных проявлений персонажей в соответствии с этими моделями. В каждой из сюжетных линий осуществляется саморепрезентация героя в объективно-атрибутивном и субъективно-психологическом пространстве-времени. Первое такого рода проявление — субъективно-психологическое пространство-время Сергея Гореницы, актуализированное на основе его дневниковых записей. Актуализация субъективно-психологического хронотопа в начале романа осуществляется непосредственно через самопроявление личности главного персонажа в трёх основных формах: чистое сознание на сакральном уровне (здесь присутствуют синтезированные религиозные образы, созданные на основе христианской, индийской, буддийской религий), сознание-память (с воплощением в образе казака) и сознание — зеркало реальности (с отражением будничной жизни)^[53].

Другая хронотопная плоскость с индивидуальной нарративной стратегией — робот УР, для которого характерно отсутствие субъективно-психологического пространства, однако постепенно формируется субъективное сознание, наблюдается «очеловечение» персонажа: в результате кропотливой работы над собой робот становится человеком, что даёт ему возможность испытать чувство любви^[53].

Как и изображение робота УРа, изображение Григория Бовы является элементом автономной нарративной перспективы. Тут хронотоп влияет на кульминационно-сюжетную основу текста и представляет собой чрезвычайно сложную художественную форму. Его актуализация происходит в субъективно-психологическом пространстве-времени и при этом сразу в нескольких объективно-атрибутивных формах. Одна из таких форм — социальная роль детектива, криминолога, современного Шерлока Холмса, а субъективно-психологический хронотоп реализован в снах, видениях, галлюцинациях персонажа^[53].

Хронотоп планеты Ара тоже представлен на объективно-атрибутивном и субъективно-психологическом уровне. Объективно-атрибутивный — это учёные, космонавты и космократоры: демиурги новых миров, которых возглавлял Ариман, а репрезентация субъективно-психологического хронотопа происходит посредством авторского повествования и также через призму сознания Меркурия, Громовицы, Аримана — персонажей, выступающих на первый план в этом мире^[53].

Бердник был увлечён восточными и западными философскими учениями, в частности буддизмом и зороастризмом, что отразилось в «Звёздном корсаре» в очеловеченных образах, олицетворяющих собой борьбу двух начал. Так, у Аримана есть прототип в зороастризме: Ахриман у персов, Ариман у греков, Манью в ведических трактатах, Дух Зла в Гатах. Противостоящий Ариману Гориор, отстаивающий идею постоянного развития человечества, воплощающий собой идею эволюционного прорыва, может быть отождествлён с Ахура Маздой в рамках авестийского учения, который в индоиранскую эпоху почитался как верховный бог, связанный с небом и олицетворяющий «небесную твердь», а в монотеистическом учении Заратуштры стал единым богом и небесным жрецом. Кубок, даруемый Гориором людям Земли, — аллюзия на атрибут касты жрецов в зороастризме^[54]. В рамках древнеиранских зороастрийских представлений о будущем считалось, что добро победит Аримана; в романе Ариман и олицетворённое им зло в конечном счёте побеждены^{[8]:113—114}.

Можно проследить также сходство между борьбой Гориора и Кареоса и борьбой Зевса и Кроноса. Кронос — бог времени — также олицетворял собой устойчивый порядок, достигавшийся целью жизни его детей. Зевс как воплощение бунта, смены порядка в конечном счёте побеждает своего отца. Кроноса отождествляли с землёй, а Зевса — с небом, что нашло своё отражение и в «Звёздном корсаре». Планета Кареоса является воплощением материальных ценностей, власть которых поддерживается Кареосом, а Астероид Свободы — местом вольнодумцев во главе с Гориором^[54].

Кроме того, имя Гориора можно рассматривать как намёк на имя Гора, древнеегипетского бога Солнца, бессмертия, символа возрождения фараона в его потомке (Гориор возрождает Глэдис к жизни), и на украинское слово «горіти» — «гореть» (Гориор и Глэдис перерождаются в огне), а противостояние Гориора и Кареоса можно рассматривать как намёк на противостояние Гора и воплощения зла Сета^[8]:115.

Имя Меркурия, воплощением которого видит себя криминолог Григорий Бова, является аллюзией на Меркурия-Гермеса. Функции мифологического Меркурия своеобразно реализованы через образ этого героя «Звёздного корсара». Григорий ощущает себя Меркурием во сне — отсылка к этому богу как властелину сновидений. Меркурий в романе — бессмертный работник Координационного центра и представитель Аримана в мире Ары, что отражает образ Меркурия-Гермеса как вестника богов. Умение Григория-Меркурия перемещаться между мирами, преодолевать границы намекает на способности олимпийского Меркурия. Архетип Вестника Богов представляет собой объединяющее звено между «богами» Ары, Гориором и обычными людьми, а выпив вина бессмертия, Григорий-Меркурий окончательно преодолевает проклятие материальности, которым покарал его Ариман^[54].

Аргусы в романе — личная стража Аримана, их название намекает на Аргуса в древнегреческой мифологии — многоглазого великана, сторожившего Ио по приказу Геры. Охранники Аримана и его Тартара — сторукие; в дневнегреческой мифологии сторукие (гекатонхейры) — порождения Земли, которые помогли Зевсу победить титанов и сторожить их в их подземном заточении^[8]:110. Тартар в романе — личное пространство одного из ключевых негативных персонажей, Аримана. В древнегреческой мифологии Тартар — глубокая бездна, куда боги помещают своих самых опасных противников. Негативная роль Аримана поначалу в явном виде не указана — на это намекают его имя и место его пребывания. Кроме того, Тартар в «Звёздном корсаре» — место заточения. Как и в дневнегреческой мифологии, Тартар в романе противопоставлен свету^[8]:111.

Селена в романе — эпизодический персонаж, участник дискуссии о реформе жизни на планете Ара; намёк на имя древнегреческой богини Луны^[8]:110.

Имя Сергея Гореницы, с одной стороны, связывает его с миром древнеукраинского язычества, а с другой — вербализует концепт «огонь», вербализованный также другими онимами романа. Так, казак-характерник Вогневик — воплощение Сергея Гореницы в далёком прошлом — носит имя, внутренняя форма которого близка к внутренней форме фамилии «Гореница». Образ Вогневика связан с древнеукраинской языческой мифологией, в частности с культом огня^{[8]:107—108}.

Горикорень — в романе командир отряда космических разведчиков, повстанцев против власти Аримана. Имя и несдержанный характер этого персонажа явно отсылают к образу огня как культового объекта древних славян и других индоевропейских народов^[8]:109.

Ворон — один из космонавтов в романе, в языческой мифологии и волшебных сказках — мифологический персонаж, помощник героя либо персонификация иного мира^[8]:108.

Громовица (укр. молния) — женский образ романа, храбрая девушка с очень сильным характером. Возникают ассоциации с дохристианским славянским богом Перуном — богом грома и молний, покровителем воинов, главным божеством в Киевском пантеоне от языческой реформы 980 года до принятия христианства в 988 году (согласно «Повести временных лет»)^[8]:109.

Фамилия одного из главных героев романа, Григория Бовы, — намёк на Бову Королевича, богатыря-победителя и защитника своей невесты из старофранцузского романа, персонажа, известного в итальянских, русских и белорусских переработках^{[8]:115—116}.

Следователь Ягу — помощник Аримана, заменивший собой Меркурия, когда тот присоединился к силам добра. Его имя сходно с именем шекспировского Яго — главного негативного персонажа трагедии «Отелло», воплощения зависти и коварства. Однако Ягу уже с первых строк его присутствия в романе сомневается в силе зла; таким образом, интерпретация этого образа на концептуальных осях добро — зло, справедливость — несправедливость, произвол — право не является однозначной^[8]:116.

Язык «Звёздного корсара» сочетает в себе признаки, присущие нескольким жанрам (научной фантастике и фэнтези), а также имеет специфическую особенность — близость к языку философских и теологических трактатов; это связано с тем, что задачи, которые встают перед Бердником в его произведении, намного абстрактнее, чем создание фантастического мира как таковое. Цель автора — создать экспериментальную ситуацию, которая бы иллюстрировала суть человека как духовного существа, и потому философские понятия, описывающие мысленную деятельность человека, занимают в языке романа ведущее место и создают переходное звено между научно-фантастическим и фэнтезийным пластами лексики. Так, из философских текстов заимствован широкий спектр лексем и концептов, ими вербализированных, которые касаются мыслительной, познавательной деятельности человека: «свідомість», «матерія», «алогічний», «форма», «явище», «релятивізм»; из теологических и мифологических текстов — названия понятий и их персонифицированных воплощений: «Хронос», «Гаутама», «деміург», «месія», «аватара», «кшатрія», «асура», «еон», «Вішну», «Шеша», «метемпсихоз»^[8]:107.

Признаком научной фантастики в романе является наличие лексем из сферы точных наук: «енергії», «коливання хвиль», «наукові експерименти», «перспективи досліджень», «субстанції» и др. Сферу в большей мере фэнтезийную представляют лексемы исторически или этнографически окрашенные: «леза мечів», «вістря списів», «джура», «татарва», «гречкосії», «ясир», «попівна», «кобза»^{[8]:106—107}.

Важную роль в романе играют индивидуально-авторские неологизмы. Они, в частности, подчёркивают значимость понятия «время» как центрального концепта романа (неологизмы «мільйонноспіральний цикл», «мільйоноліття», «трансформатор часу», «хроноенергія», «хрономандрівка», «хроностанція», «хронотрансформатор») и значимость в романе концепта «пространство» («гіперпростір», «гіперпросторовий»). Детально вербализованы представления о модификации человеческой психики в эпоху межзвёздных путешествий («гіпнорадіація», «психоадаптація», «психобіотип», «психогенетика», «психогенокод», «психогеноцентр», «психоенергія», «психоканал», «психокапсула», «психокод», «психосиноптик», «психосторож», «психоструктура»). Неологизмы вербализуют также допущение о соединении особенностей живого организма и робота («біоінструктор», «біоревізор», «біослуга», «мегантроп», «мислячі машини», «робот-антропоїд»), новых способах передвижения («електроліт», «космоліт», «магноліт», «магнетон», «плазмокрейсер»), преодолении человеком гравитации («гравіольот-левітатор», «гравітаційна шкаралупа»), новых должностях и профессиях («космолінгвіст», «космольотчик», «космопілот»). Вербализовано допущение о наличии разумных существ за пределами Земли и Солнечной системы («інопланетна еволюція», «інопланетний розум», «іншосонячна еволюція»)^{[8]:117—118}.

Изначально роман подвергся жёсткой критике в московских литературных журналах, Бердника обвиняли в «космическом национализме», «хохломании в космосе»^[16][14], антисоветских взглядах^[3], пропаганде мистицизма и идеализма, что привело к его исключению из Союза писателей СССР^[14][13]. Описание деспотического общества на планете Ара, напоминающего социалистический строй и, возможно, намекающего на советский режим, повлекло за собой запрет романа в СССР^[15]. Роман был запрещён вскоре после его выхода, в 1971 году, и изъят из библиотек^[2]. Описание космонавтов, поднимающихся в 2082 году на Говерлу, украшенную украинским народным искусством, противоречило советской идеологии, предполагавшей исчезновение национальных идентичностей после достижения коммунизма и формирование единого «советского народа»^[17]. При этом за рубежом переиздания «Звёздного корсара» получали положительные отзывы^[4]. Роман стал культовым для молодёжи того времени^[55], получил резонанс на Украине и за границей. Наряду с другим романом Бердника, «Чаша Амриты», он оказался бестселлером и пропуском в нелегальные и полулегальные кружки украинской оппозиционной интеллигенции, ставившей целью бороться за независимость Украины^[56].

Роман стал объектом многих исследований^[57]. Современные критики переосмысливают философию романа. В предисловии к изданию 2007 года философ Владимир Ильин отмечает, что роман изображает мир вечной борьбы добра и зла, подчёркивая важность духовного роста, уникальности личности и сохранения украинских культурных ценностей^[58]. Канадский учёный украинского происхождения Владимир Красноголовец считает идеи романа актуальными, поскольку современные демократические системы часто требуют подчинения личности установленным рамкам свободы^[15]. По мнению доктора философских наук Т. Метелёвой, роман «Звёздный корсар» сыграл большую роль в жизни целого поколения и является архетипической книгой-мифом, объединяющей всё общечеловеческое с концентрированно национальным^[50].

Роман «Звёздный корсар» переведён на 26 языков^[4][16][59], включая французский в 1985 году под названием La Confrérie Étoilée^[60] и русский в 1991 году под названием Звёздный Корсар^[14].

Дочь Олеся Бердника Громовица названа в честь героини романа «Звёздный корсар», а сын Радан — в честь персонажа другого романа Бердника «Огнесмех»^[61][62][63]. Громовица — редкое для Украины имя — характерно для Сербии и Черногории. Когда Олесь Бердник в первый раз находился из-за своих убеждений в заключении, среди его сокамерников были сербы, которые рассказали ему легенду о громовицах — небесных девах, покровительницах храбрых воинов в дохристианских верованиях. Олесь Павлович был настолько потрясён этой легендой, что использовал имя «Громовица» в своей книге^[64].

• Бердник О. Межзвёздная нянька. Н.-ф. рассказ // Комсомольское знамя. — 1961. — 20—26 сентября.
• Бердник О. Межзвёздная нянька // Бердник О. Марсианские «зайцы». — К.: Детиздат, 1962. — С. 3—27. Архивировано 6 декабря 2018 года.
• Бердник О. Межзвёздная нянька (рассказ, пер. Ст. Борина, иллюстр. Й. Юцевича) // Бердник О. Межзвёздная нянька. Авторский сборник. — Екатеринбург: Издательский дом «Тардис», 2014. — С. 107—128.
• Бердник О. Страшный суд. Фант. повесть / Илл.: В. Крыжановский, А. Мисицкий // Людина і світ. — 1965. — № 2. — С. 49—55. Архивировано 6 декабря 2018 года.^[65]
• Бердник О. Страшный суд. Фант. повесть / Илл.: В. Крыжановский, А. Мисицкий // Людина і світ. — 1965. — № 3. — С. 43—50. Архивировано 6 декабря 2018 года.
• Бердник О. Бунт Космократоров. Новелла из феерии «Судья и любовь» / Илл.: М. Дахно // Ранок. — 1968. — № 5. — С. 17—20. Архивировано 6 декабря 2018 года.

• Бердник О. УР: Отрывки из фантастической повести // Молодая гвардия. — 1971. — 18—28 апреля.
• Бердник О. Звёздный корсар. — К.: Радуга, 1971. — 376 с.
• Бердник О. Звёздный корсар. — Торонто: Издательство «Добрая книга», 1981. — 264 с. — (Серия «Добрая книга», № 216).
• Бердник О. Звёздный корсар // Бердник О. Огненный всадник. — К.: Молодь, 1989. — С. 55—366.
• Бердник О. Кольца змея (Ч. 1) // Бердник О. Камертон Дажбога. — К.: Украинский писатель, 1996. — С. 4—280.
• Бердник О. Звёздный корсар // Бердник О. Звёздный корсар. — К.: Триада-А — «Афон» ВД, 2004. — С. 9—368.
• Бердник О. Звёздный корсар // Бердник О. Избранные произведения. — К.: Книга, 2007. — С. 15—329.
• Бердник О. Звёздный корсар // Бердник О. Звёздный корсар. Пути титанов. — Х.: Издательский дом «Инвестор», 2009. — С. 7—362.
• Бердник О. Звёздный Корсар. — Львов: Издательство «Terra Incognita», 2019. — 376 с.

• Бердник О. Чёрный папирус, Бунт космократоров [отрывки] // Бердник О. La Confrérie Étoilée. — P.I.U.F. Париж — Fides Монреаль, 1985. Архивировано 16 ноября 2018 года. — С. 39—68.
• Бердник О. Звёздный корсар. — М.: Советский писатель, 1991. — 382 с. — ISBN 5-265-02022-5.
• Бердник О. Звёздный корсар. — К.: Издательский дом «Афон», 2005. — 352 с. — ISBN 966-8731-04-2.
• Бердник О. О жизни, о смерти, о любви… [отрывки] // Фанданго 6. — Симферополь: ТО «КаФКа» (Клуб Фантастов Крыма), 2009. — С. 137—141.

• Бердник Олесь. Избранные произведения. — Киев: Книга, 2007. — С. 16–329. — ISBN 978-966-8314-37-7.
• Татарин Мирослав. «Звёздный корсар» Олеся Бердника и представленная философия жизни // Часопис «Авангард» (Лондон). — 1976. — № 3–4 Архивировано 3 ноября 2019 года.; № 5 Архивировано 3 ноября 2019 года.

• «Звёздный корсар» на сайте chtyvo.org.ua Архивировано 2 июля 2017 года.
• «Звёздный корсар» на сайте «Лаборатория Фантастики» Архивировано 19 июня 2017 года.
• «Звёздный корсар» на сайте e-reading.club Архивировано 16 декабря 2017 года.
• «Звёздный корсар» на сайте archivsf.narod.ru Архивировано 28 мая 2017 года.
• Полный текст книги Архивировано 21 февраля 2020 года.