Ливанский собор (1736)

Ливанский собор — собор Маронитской католической церкви, созванный в 1736 году, в монастыре Пресвятой Богородицы в Лувайзе, близ селения Зук-Мосбех по настоянию папского легата Иосифа Симона Ассемани. Собор принял ряд правил, регламентировавших вопросы церковной жизни и латинизации литургии. Так, к примеру анафора должна была содержать вариант institutio, характерный для канона римской мессы, для причащения предписывалось использовать только пресный хлеб, а облачения и убранство алтаря должны были быть латинского образца. Допускалось совершение обливательного крещения, конфирмация могла совершаться только епископом отдельно от таинства крещения (по латинскому обычаю). По состоянию на начало 1990-х годов постановления Ливанского собора 1736 года наряду с Кодексом канонов Восточных церквей (лат. Codex canonum Ecclesiarum Orientalium) являлись основой церковного права Маронитской католической церкви^[1].

В конце XVI века при папе Григории XIII усилились связи Маронитской церкви с Римской-католической традицией. В 1584 году была основана Маронитская коллегия в Риме, для обучения элиты маронитского клира в духе латинских образовательных и богословских традиций. Также одним из факторов, способствовавшим латинизации Маронитской церкви, стала деятельность иезуитских и францисканских миссий в среде маронитов, которые благодаря этому воспитывались в духе западного христианства^[2]. В июле 1734 года маронитский патриарх Юсеф V Дергам и епископы обратились к римскому папе Клименту XII с просьбой разъяснения ряда спорных вопросов церковной жизни. Для рассмотрения этих вопросов был назначен и направлен в Ливан папский легат Иосиф Симон Ассемани, выпускник Маронитской коллегии и префект Ватиканской библиотеки^[3].

14 сентября 1736 года в селении Райфун начал свою работу церковный собор Маронитской церкви, однако из-за возникшего конфликта между патриархом и большинством епископата были перенесены в монастырь Пресвятой Богородицы в Лувайзе, где проходили с 30 сентября по 2 октября 1736 года. В работе собора приняли участие различные представители церковной иерархии: патриарх, папский легат, 12 маронитских епископов, 11 аббатов (включая генералов орденов), 17 священников и 49 мирян. В качестве наблюдателей присутствовали два сиро-католических епископа и один армяно-католический епископ. На соборе рассматривался широкий круг вопросов, включая догматические положения, административное устройство епархий, упразднение смешанных (где допускалось совместное проживание мужчин и женщин) монастырей, изменение богослужения, совершение евхаристии и хиротоний, распределение святого мира, вопросы церковной дисциплины, образование и издание литературы^[3].

Одним из важных решений стало создание семи епархий с центрами в Дамаске, Бейруте, Алеппо, Триполи, Джубейле, Баальбеке, Сайде, а также епархии на Кипре. Упорядочение епархиальной системы было необходимо, поскольку марониты составляли меньшинство населения везде, кроме Горного Ливана. Собор подтвердил в Символе веры пункт об исхождении Святого Духа от Сына и принял к изданию Римский катехизис на арабском языке. Были рекомендованы к признанию в качестве Вселенских соборов помимо первых шести также Никейский (787), Константинопольский (869—870), Ферраро-Флорентийский (1438—1445) и Тридентский (1545—1563). В вопросах совершения таинств и богослужебной практики собор нашёл компромисс между римскими и местными традициями. Хотя некоторые элементы были изменены по образцу Римской церкви, в то же время сохранялись и местные церковные обычаи. Например, было разрешено причащение под двумя видами для диаконов, служение на пресном хлебе, латинская разрешительная формула при исповеди, а елеосвящение могло совершаться как по латинскому, так и по восточному чину. Полное распределение епископских кафедр было реализовано только спустя столетие^[3].

Собор также постановил, что арабский язык должен быть официальным языком маронитов и преподаваться наряду с сирийским (языком богослужения). Собор призвал маронитское духовенство создать школы в каждом селении для обучения на арабском языке, а не на турецком (насаждавшимся властями Османской империи)^[4]. Реформы церковного права и распределения полномочий духовенства были введены на основе постановлений Тридентского собора. Власть патриарха маронитской церкви существенно ограничилась — он лишился права самостоятельно назначать епископов и принимать важные решения без одобрения Римского папы. Для епископов были введены новые обязанности: они должны были постоянно проживать в своих епархиях, каждые два года посещать все приходы и проводить епархиальные собрания для решения текущих вопросов^[3].

Были введены запреты на повторные браки для священников и на браки после рукоположения, а также на совместное проживание мужских и женских монастырских общин. В богослужебной практике сохранялся сирийский язык с элементами арабского. Была запущена масштабная программа по изданию литературы (богослужебные книги, труды отцов церкви, канонические тексты, богословские сочинения и работы по церковной истории). Реформы вызвали сопротивление части маронитского духовенства, в том числе у самого патриарха Юсефа V, однако все участники собора утвердили принятые решения, которые впоследствии были одобрены папой римским Бенедиктом XIV в особом статусе церковных законов (in forma specifica) . Несмотря на это, на практике постановления вызывали споры и не исполнялись в полном объёме вплоть до второй половины XIX века. Позднее Конгрегация пропаганды веры пересмотрела некоторые решения Ливанского собора и внесла смягчения. Например, было временно отложено закрытие совместных монастырей, ликвидация которых состоялась только в 1818 году^[3].