Письмо сорока

Письмо́ сорока́ (эст. Neljakümne kiri) — открытое письмо сорока представителей эстонской интеллигенции и культуры, написанное осенью 1980 года.

В тексте звучал призыв к советским властям уважать эстонские язык и культуру, а также остановить русификацию республики.

Предыстория

После заключения Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом и начала Второй мировой войны СССР присоединил независимую Эстонию. Под контролем ВКП(Б) были проведены выборы в парламент республики, на которых победу одержали коммунисты. Эстония была включена в состав Советского Союза в качестве ещё одной из социалистических республик. Вся государственная и общественная система была перестроена по советской модели. Тысячи жителей Эстонии, которые считались враждебными новой власти (в первую очередь, офицеры эстонской армии, госслужащие, предприниматели и служители церкви) были убиты или депортированы в отдаленные районы Советского Союза, преимущественно в Сибирь и Казахстан.

В последующие десятилетия проводилась политика русификации Эстонии. По данным регистрации населения, проведённой в декабре 1941 года оккупационными германскими властями, в Эстонии 89,2 % населения составляли эстонцы и 7,2 % — русские; в 1979 году это соотношение серьёзно изменилось: доля эстонцев снизилась до 64,7 %, а доля русских выросла до 27,9 %[1].

В 1970-х годах в годы правления Леонида Брежнева советские власти начали проводить политику вытеснения эстонского языка из сферы документооборота и использования в СМИ. В январе 1980 года главным идеологом в Центральном Комитете Коммунистической партии Эстонии (КПЭ) был назначен Рейн Ристлаан. Он усердно занялся борьбой с использованием эстонского языка во всех сферах общественной жизни. В частности, торжественная церемония, посвящённая 40-летию образования КПЭ, полностью прошла на русском языке.

Протесты осени 1980 года

Вторжение советских войск в Афганистан, и как следствие отправка на эту войну призывников из Эстонии ещё больше содействовали росту недовольства в республике. 17 мая 1980 года зафиксированы стихийные протесты молодёжи в Пярну по выходу из кинотеатра после просмотра эстонского кинофильма «Хозяин Кырбоя». Около пятидесяти человек выкрикивали антисоветские лозунги. Летом 1980 года власти уволили министра образования Эстонской ССР Фердинанда Эйзена. Его преемником стала эстонка, уроженка РСФСР Эльза Гречкина.

Ситуация обострилась в сентябре 1980 года. Власти запретили выступление эстонской рок-группы «Propeller» под руководством Пеэтера Волконского на стадионе «Динамо». Это привело 22 сентября 1980 года к беспорядкам в Таллине. В них приняли участие от 200 до 500 молодых людей. Многие старшеклассники и студенты были арестованы, а затем исключены из школ и вузов. Но это привело лишь к новому росту недовольства. Зазвучали призывы к проведению 1 октября демонстрации солидарности с инициаторами и участниками этих беспорядков.

Последующие молодёжные протесты в Таллине, Тарту и Пярну в начале октября 1980 года были направлены в первую очередь против политики русификации. Примерно 5000 молодых участников акций протеста подверглись административным наказаниям и преследованиям по статье уголовного кодекса «грубое нарушение общественного порядка»[2]. Благодаря экстренным мерам, направленным на улучшение экономического положения трудящихся, советские власти смогли снизить протестные настроения среди представителей старшего поколения Эстонcкой ССР. Руководство СССР опасалось повторения августовских событий 1980 года в Польше.

Письмо сорока

Рост протестных настроений впечатлил эстонских интеллектуалов. Осенью 1980 года сорок представителей интеллигенции, учёных и деятелей культуры подписали «Открытое письмо от Эстонской ССР» (эст. Avalik kiri Eesti NSV-st). Эта акция позднее стала известна как «Письмо сорока». Само событие датируют 28 октября 1980 года.

Письмо было направлено в редакции трёх советских газет: «Правда», «Рахва Хяэль» и «Советская Эстония». Как и ожидалось, никакой официальной реакции не последовало.

В письме своём его авторы осуждали отсутствие свободы слова в Эстонии. Они выражали обеспокоенность тем, что эстонцы могут стать национальным меньшинством на своей родине, а также тем, что эстонский язык повсеместно вытесняется в пользу русского. При этом подразумевалось, что владение двумя языками необходимо только эстонцам. Учащимся русских школ эстонский язык преподавался, но жёстких требований к уровню его знания русскоязычным населением республики не имелось. Авторы письма считали, что это недопустимо. По их мнению, невозможно терпеть презрение к эстонскому языку людей, которые годами живут в Эстонии; каждый житель Эстонской ССР должен иметь право повсеместно и без ограничений использовать эстонский язык в устной и письменной форме, что должно быть закреплено законом.

Отдельно в письме звучала ещё одна тема: проводимая в Эстонии советская индустриализация никак не учитывает возникающих проблем с экологией (см. Фосфоритная война).

Информация о письме держалось советскими властями в секрете. Впервые его текст появился в 10 декабря 1980 года в эстонской эмигрантской газете «Eesti Päevaleht», которая издавалась в Стокгольме. Днём позже его зачитали эстонские дикторы радио «Свободная Европа», затем появились переводы на другие языки. В Эстонии письмо распространилось как самиздат. Впервые в СССР текст был опубликован при власти Михаила Горбачёва в 1988 году, когда началась эпоха гласности и перестройки.

В ноябре 1980 года советские лидеры приняли контрмеры против подписавших письмо. Их приглашали на «профилактические беседы» или даже на допросы в КГБ или в прокуратуру. Был проведён обыск в доме предполагаемого главного автора письма — Яана Каплинского. Четыре человека, подписавших письмо, были уволены с работы. Власти оказали значительное давление, чтобы убедить подписавшихся отозвать свои подписи (однако без угроз физической расправы).

«Письмо сорока» стало ярким примером глубокого недовольства эстонцев советской властью. В то же время это был публичный предупреждающий сигнал о том, что даже те, кто признаёт законность социалистического правления и не призывает к отделению Эстонии от СССР, больше не желают безмолвно терпеть происходящее.

Непосредственный эффект от письма оказался очень скромным. Период застоя в Эстонской ССР продолжался. Перемены начались только после прихода к власти Михаила Горбачёва.

Подписанты

«Письмо сорока» подписали:

Ряд известных эстонских интеллектуалов по неизвестным причинам не вошли в число подписавших это письмо. В том числе самый известный эстонский писатель Яан Кросс и режиссёр Леннарт Мери, в конце 1970-х годов переехавший в Финляндию, в будущем первый президент восстановившей независимость Эстонской Республики.

В 2015 году подписавшие письмо (из тех, кто оставался жив) получили особые знаки благодарности от президента Эстонии Тоомаса Хендрика Ильвеса за вклад в восстановление независимости страны[3].

Примечания

Литература

  • Sirje Kiin, Andres Tarand, Rein Ruutsoo. 40 kirja lugu (эст.). — Tallinn: Olion, 1990. — ISBN 5450014082.
  • Tarand, Andres. Kiri ei põle ära: päevaraamat 1980 – ... – (эст.). — Eesti Päevaleht, 2005. — ISBN 998596621x.
  • Toomas Haug. 40 kiri ja Tolstoi brošüür. Kas 40 kiri on inspireerinud Jaan Krossi? (40 kiri ja Jaan Krossi «romaan Professor Martensi ärasõit»). // Eesti Ekspress: газета, 1990. — 3. august (nr. 29 (44)). — Lk. 4. (эст.)
  • Rein Ruutsoo. Tartu ülikool ja 40 kiri: kodanikuühiskond Eestis ja vastupanu strateegiad. // Tartu Ülikooli Ajaloo Küsimusi. Kd. XXX — Tartu, 2001. — Lk. 144–181. (эст.)
  • Eesti Ajalugu VI. / Peatoimetaja Sulev Vahtre; Tegevtoimetajad Ago Pajur ja Tõnu Tannberg. — Tartu: Ilmamaa, 2005. — Lk. 311–313. — 464 lk. — ISBN 9985771427. (эст.)

Ссылки