Юнона

Юнона
лат. Iuno

Статуя богини, предположительно Юноны (мрамор, II век н.э., Лувр)
Мифология древнеримская религия
Сфера влияния брачный союз, рождение, суверенитет и женственность
Пол женский[1]
Отец Сатурн
Братья и сёстры Юпитер, Веста, Плутон, Нептун и Церера
Супруг Юпитер[1]
Дети Марс, Вулкан, Ювента и Беллона
В иных культурах Гера, Уни, Люцина и Юнона Соспита
 Медиафайлы на Викискладе

Юно́на (лат. Iuno) — древнеримская богиня, одна из центральных фигур римского пантеона[2]. Покровительница брака, семьи, материнства и женского начала, а также защитница римского государства и его граждан. Будучи покровительницей Рима и Римской империи, носила титул Регины («Царицы») и была частью Капитолийской триады (Юнона Капитолина) вместе с Юпитером и Минервой. Внешний вид Юноны у римлян подчёркивал её воинственный характер. Её изображали вооружённой, часто в плаще из козьей шкуры, а также в диадеме.

Дочь Сатурна и Опы, сестра Плутона, Нептуна, Цереры, Весты и Юпитера, которому также приходилось женой[2]. При этом в римской традиции Юнона не сводилась к роли супруги верховного бога: она представляла собой самостоятельное божество, связанное с фундаментальными представлениями о жизни, законе, продолжении рода и устойчивости государства. Мать Марса, Вулкана, Беллоны и Ювенты. Вместе с остальными главными богами входила в Совет богов[3].

В греческой мифологии ей соответствует богиня Гера, однако культ и функции Юноны имели самостоятельное развитие[2]. Как и для Геры, её священным животным был павлин[4]. В этрусской мифологии ей соответствовала богиня Уни[5], которой, согласно преданиям, также приписывалась роль покровительницы римских женщин[6].

Этимология

Наиболее распространённая этимологическая гипотеза связывает имя Юноны с латинским корнем iuven-, означающим «молодой», «юный», «обладающий жизненной силой»[7]. От этого же корня происходят латинские слова iuvenis («юноша»), iuventus («молодость») и iuvenescere («омолаживаться»). В рамках этой интерпретации Юнона первоначально понималась как персонификация жизненной энергии и обновляющего начала, прежде всего в женском аспекте. Такое значение соответствует её ранним функциям, связанным с рождением, плодородием и продолжением рода[8].

В архаической римской религии Юнона рассматривалась не только как индивидуальное божество, но и как универсальный женский охранительный дух[7][9]. Считалось, что каждая женщина обладает собственной юноной, подобно тому как каждый мужчина обладает своим гением[10][11]. В этом контексте имя Юноны отражает не столько личное имя богини, сколько обобщённое обозначение женской жизненной силы и внутреннего начала[7]. Данный слой представлений считается одним из наиболее древних в римской религии и, вероятно, сформировался ещё до активного греческого влияния[9][10].

Некоторые исследователи усматривают в имени Юноны связь с праиндоевропейскими корнями, обозначающими жизненность, силу и обновление[10]. Хотя точная реконструкция остаётся дискуссионной, предполагается связь с семантическим полем «жизнь — рост — возрождение», характерным для многих индоевропейских божеств, связанных с плодородием и защитой рода[7][10]. Прямых соответствий имени Юноны в других индоевропейских языках не зафиксировано, что указывает на преимущественно италийское происхождение имени с последующим развитием в рамках латинской культуры[12]. Древние этимологии связывали имя Юноны со словом iuvare, «помогать, приносить пользу», и iuvenescere, «омолаживать», иногда связывая его с обновлением новой и прибывающей луны, возможно, подразумевая идею перерождения.

Место в римском пантеоне

В римском пантеоне Юнона принадлежала к числу dei consentes — главных богов, определявших сакральный и политический порядок[9]. Уже в архаический период она воспринималась как божество, равное по статусу Юпитеру, а не подчинённое ему. В ранних верованиях Юнона представляла собой персонификацию жизненной силы женщины, её «духа-покровителя», подобно тому как гений считался охранительным духом мужчины. Эта концепция была перенесена и на коллективный уровень: Юнона охраняла римскую общину в целом[10][7].

С течением времени образ Юноны расширился и усложнился. Она стала восприниматься как универсальная богиня, сопровождающая женщину на всех этапах жизни — от рождения до смерти, а также как хранительница благополучия города и его законов. Место Юноны в римском пантеоне определялось её функцией как посредника между частной жизнью и государственным устройством. Она объединяла сферы семьи, брака, рождения и политической стабильности, что делало её одним из ключевых элементов римского мировоззрения. Современные исследователи сходятся во мнении, что без понимания роли Юноны невозможно реконструировать римское представление о власти, обществе и сакральном порядке[7].

Как супруга Юпитера, Юнона символизировала легитимную власть, установленный порядок и законность. Их союз воспринимался не как романтический, а как космический и государственный принцип — соединение власти и её охранительной силы[9]. В составе Капитолийской триады, сформировавшейся не позднее VI века до н. э., Юнона олицетворяла социальную и моральную стабильность, в то время как Юпитер представлял верховную власть, а Минерва — разум и стратегию. Эта триада отражала римское понимание гармоничного государства. Курт Латте подчёркивает, что Юнона в триаде выполняла функцию стабилизирующего начала, связывающего власть с обществом и семейной структурой[10].

Хотя Юнона была отождествлена с греческой Герой, это отождествление носило функциональный, а не структурный характер. Гера в греческой мифологии выступает прежде всего как персонаж мифов, тогда как Юнона в римской традиции оставалась преимущественно культовой и государственной фигурой. Мэри Бирд подчёркивает, что эллинизация не изменила фундаментального статуса Юноны как римского божества порядка и закона[12].

Культ и почитание

Особенности

Культ Юноны отличался древностью и устойчивостью[12] и занимал одно из центральных мест в религиозной системе Древнего Рима[13]. Её почитание восходит к архаическому периоду римской религии и, по мнению исследователей, сформировался ещё до интенсивного влияния греческой мифологии[10]. Первоначально культ Юноны был распространён в италийских городах, а после их завоевания проник в Рим, широко распространившись впоследствии по всей империи. Особенно почитаема она была в Лации, где её культ сохранил архаические черты.

Культ Юноны сочетал частные и публичные формы религиозной практики и включал разнообразные ритуалы, жертвоприношения и праздники. В отличие от многих божеств, чьё почитание было ограничено отдельными сферами, Юнона имела универсальный характер и охватывала как частную, так и публичную жизнь римлян[10]. Почитание Юноны носило строго ритуальный и общественно значимый характер, что соответствовало римскому пониманию религии как основы порядка и стабильности. В период Республики и особенно Империи культ Юноны сохранял своё значение, хотя постепенно включал элементы эллинистической символики. Несмотря на это, его фундаментальные функции оставались неизменными, и её культ сохранялся вплоть до поздней античности[12].

Почитание Юноны характеризовалось проведением различных ритуалов жертвоприношения, которые были подобраны в соответствии с многогранными проявлениями богини. В рамках государственных обрядов для Юноны Регины и Юноны Монеты приносили в жертву животных — быков, овец и коз[7]. При домашнем почитании Юноны Луцины распространены были пищевые подношения: хлеб, вино, молоко и яйца[10]. Также имели место символические ритуалы: в празднике Матроналии женщины приносили цветы, ароматические масла и возносили молитвы, направленные на благополучие семьи и защиту рожениц[12].

Юнона была особенно почитаема в Лации, где её культ сохранил архаические черты. В Тибуре и Фалериях жрецом Юноны был мужчина, известный как «pontifex sacrarius». Это указывает на высокое положение богини в обществе. Оба города почитали её под именем Куритис, что означает «держательница копья» и «вооружённая защитница»[14]. Этот воинственный аспект Юноны, наряду с её функциями покровительницы плодородия и царственности, демонстрирует тесную связь между благополучием общины, её мирным существованием и готовностью к обороне. Ежегодные церемонии в Фалериях включали процессии юношей и девушек в белых одеждах, несущих дары богине, чьё изображение сопровождали её жрицы. Овидий подчёркивает в своих описаниях мотивы чистоты и девственности. После символической охоты Юноне приносили в жертву козу, после чего она становилась покровительницей молодых воинов и невест[15].

В Ланувии Юнона почиталась под именем Сейспес Матер Регина (лат. Seispes Mater Regina)[16], который определял её как верховную богиню, владычицу войны и богиню плодородия[17]. Её высокий статус подтверждался тем, что её фламина избирал местный магистрат, а с 388 года до н. э. римские консулы были обязаны совершать ей жертвоприношения[18]. Её храм был известен своей роскошью, влиянием и значимостью. Частью её культа был ежегодный ритуал: девственницы с завязанными глазами кормили священную змею ячменными лепёшками. Змея жила в пещере на территории храма, и считалось, что она принимает пищу только от целомудренных девушек. Этот обряд проводился для обеспечения урожайности земель[19].

В Лаурентуме её называли Календарис Юно. Её почитание происходило в установленном ритуальном порядке в календы каждого месяца, начиная с марта и заканчивая декабрём. Этот период охватывает месяцы донуманского десятимесячного года, что является явным указанием на архаичность данного обычая[20].

Эпитеты

Широкое распространение культа Юноны в Римской империи придало богини новые функции и эпитеты[11]. Многообразие форм её почитания подчёркивает универсальность её функций в римской религии[9]. К числу наиболее значимых эпитетов относятся:

  • Регина (Regina) — «царица богов», символ верховной власти и величия Рима[7].
  • Монета — хранительница государства и памяти; её храм на Капитолии стал местом чеканки монет[12][21];
  • Соспита — защитница и спасительница, особенно почитаемая в Ланувии[22][9];
  • Луцина — покровительница рождения и замужних женщин (матрон)[10];
  • Виргинис — покровительница девушек и девственности до брака;
  • Календария — богиня начала каждого месяца — календ;
  • Капротина — эпитет Юноны и посвящённого ей праздника — Ноны Капротины[23];
  • Ковелла («носящая свиную шкуру, щетину») — которой приносили в жертву свинью[24];
  • Куритис[11] — изображалась на боевой колеснице, в козьей шкуре, с щитом и копьём;
  • Оссипага — дающая скелет зародышу[11];
  • Популона[11] — воинственная богиня;
  • Румина[11] — кормилица;
  • Сорория («сестринская», подробней см. Горации и Куриации);
  • Фульгура[11] — мечущая молнии;
  • Цинксия — священное имя Юноны на римских свадьбах, так как первоначально заключившие брак были лат. cinguli — «опоясанные»[25];
  • Туте­ла, Туту­ла, Туто­ла[24].

Храмы и праздники

Почитание Юноны было широко распространено как в самом Риме, так и в его провинциях. Согласно преданию, первый храм Юноны был построен в Риме этрусскими царями из рода Тарквиниев[26]. Среди наиболее почитаемых святилищ богини были храм Юноны Монеты на Капитолийском холме[11][27], храм Юноны Луцины на Эквилинском холме[26], храм Юноны Соспиты на Палатинском холме и храм Юноны Соспиты в Ланувии[12].

В Риме также было два храма Юноны Регины. Один из них, освящённый Фурием Камиллом в 392 году до н. э., располагался на Авентинском холме. В его святилище находилась культовая деревянная статуя Юноны, перенесённая из Вейи[28]. Исторические источники, в частности труды Ливия, неоднократно упоминают этот храм в связи с ритуальными жертвоприношениями, призванными искупить грехи. Впоследствии храм подвергся реставрации при императоре Августе[29]. Ежегодно 1 сентября отмечался день освящения этого храма. Второй храм, построенный консулом Марком Эмилием Лепидом в 187 году до н. э. и освящённый им же в 179 году до н. э.[30][31], находился в районе цирка Фламиния. Он был соединён портиком с храмом Фортуны[32] .

Женщины играли ключевую роль в почитании Юноны. Служение Юноны осуществляли, главным образом, матроны (замужние женщины), а конкубинам (незамужним женщинам) прикасаться к её алтарю запрещалось[11][33]. Через культ Юноны женская сфера была интегрирована в публичную религиозную жизнь Рима[10].

Юнона занимала исключительное место в римском религиозном календаре. В отличие от многих божеств, её почитание было не сосредоточено в одном-единственном празднике, а распределялось по нескольким датам, отражающим различные аспекты её функций: защиту брака, женского жизненного цикла, города и государства[9]. Особое значение имели следующие праздники и обряды:

  • Матроналии (лат. Matronalia, 1 марта) — праздник замужних женщин и материнства, когда её славили как Юнону Луцину[11]. Женские ритуалы в этот день включали процессии и коллективные молитвы в храмах, приношение цветов и ароматических масел для благополучия семьи и защиты рожениц[7]. Матроналии соединяли частные и публичные формы почитания Юноны, связывая женскую сферу с государственным порядком[7][34]. Основным культовым местом был храм Юноны Луцины на Эсквилине, связанный с архаической традицией покровительства родам[35].
  • Ноны Капротины (лат. Nonae Capratinae, 7 июля)[24], представляли собой один из наиболее архаичных и ритуально сложных праздников Юноны. Отличительной особенностью было то, что в празднике принимали участие не только матроны, но и рабыни, что является редким явлением для официального римского культа. Ритуалы включали собрание под дикой смоковницей и символические действия, связанные с плодородием и защитой общины[11][34].
  • Тигиллум Сорориум (лат. Tigillum Sororium, 1 октября) — не регулярный фестиваль календарного типа, а ежегодно воспроизводимый государственный ритуал, связанный с архаическим правом очищения (piaculum). Юнона здесь почиталась под эпиклезой Сориа. Ритуал связан с легендой о Горации, который убивает сестру за оплакивание врага, затем проходит очистительный обряд, проходя под перекладиной (tigillum)[36][9][7].
  • Праздник Юноны Соспиты (1 февраля) — ежегодный праздник, прежде всего в Ланувии. Это локальный, но официально признанный культ, позже включённый в римскую религиозную систему. Ритуалы включали процессии, участие жрецов и обряд со змеёй (инициатический и апотропеический элемент)[34].
  • Юнона Монета, почитавшаяся на Капитолии, не имела отдельного широко зафиксированного «народного» праздника, однако её культ был тесно связан с годовщиной освящения храма, государственными церемониями и официальными жертвоприношениями сената[37].
  • Обряды, связанные с браком и рождением детей, где Юнона призывалась как главная покровительница. Люди, приближавшиеся к храму Юноны, не должны были иметь на себе узлы, как затрудняющие роды[11][38]

Трансформация и угасание культа

В I—II веках н. э. культ Юноны остаётся полностью интегрированным в государственную религию, активно поддерживается императорской властью и присутствует в надписях, монетах, посвящениях[39][40]. В III веке н. э. наблюдается общее снижение роли традиционных культов, сокращение масштабных общественных празднеств и одновременный рост частных и синкретических религиозных практик. Юнона продолжает получать почитание, однако всё реже выступает как самостоятельное божество, чаще включается в состав Капитолийской триады или представляется в форме абстрактных аллегорий. Хотя праздники ещё проводятся, они утрачивают прежнее общественно-политическое значение[41].

Христианизация в поздней Римской империи в IV веке н. э. не привела к прямому запрету культа Юноны, однако он лишился государственной поддержки и финансирования, а жреческие должности были упразднены. Тем не менее, в отдельных регионах, особенно в Италии и Северной Африке, языческие практики продолжали сохраняться[42]. Публичные жертвоприношения Юноне прекратились в середине IV века. Поскольку общественные и политические институты перестали опираться на языческие ритуалы как на основу социального порядка, традиционные культы постепенно перестали быть неотъемлемой частью римской идентичности. После указов Феодосия I (391—392 годы) жертвоприношения были запрещены, храмы закрыты или переоборудованы, а публичные фестивали отменены[43][44][45]. В период с конца IV по начало V столетия Юнона ещё находила отражение в антикварных и аллегорических сочинениях. У позднеантичных авторов, таких как Макробий, она предстаёт не как объект активного религиозного культа, а как элемент устоявшегося свода классических знаний, касающихся древней римской религии[46].

Образ Юноны в культуре и традиции

Происхождение и развитие образа

Иконография Юноны формировалась на протяжении нескольких столетий, вобрав в себя как древнеиталийские представления, так и элементы, заимствованные из греческой иконографии Геры, с которой Юнона была отождествлена в классическую эпоху. Юнона изображалась преимущественно как величественная, зрелая женщина, олицетворяющая законный брак, царственную власть и сакральную защиту. В отличие от более эротизированных образов Венеры или динамичных образов Минервы, иконография Юноны отличается подчёркнутой статичностью, достоинством и строгостью[26].

На раннем этапе (архаический и раннереспубликанский периоды) Юнона не имела строго закреплённого антропоморфного облика. Её культовые изображения могли быть аниконическими либо крайне условными, что характерно для ранней латинской религии. Юнона почиталась прежде всего как нумен — божественная сила, связанная с жизненной энергией женщины и её социальным статусом. В этот период Юнона нередко понималась как индивидуальный женский дух-покровитель[7].

С III—II вв. до н. э. под влиянием греческой культуры происходило сближение Юноны с Герой. С этого момента иконография Юноны приобрела устойчивые черты и атрибуты, которые сохранялись вплоть до поздней античности[47]. Традиционно в искусстве её представляли её как высокую, статную женщину с царственной осанкой, одетую в длинный хитон и гиматий[26]. Среди атрибутов выделялись диадема и корона, символы царского достоинства, заимствованные из иконографии греческой Геры. Не менее важным символом является скипетр, олицетворяющий божественную власть и право повелевать. Одним из наиболее устойчивых и узнаваемых атрибутов Юноны является павлин. Этот величественный образ, окончательно закрепившийся в римском искусстве в период с I века до н. э. по I век н. э., символизировал величие, бессмертие и небесное покровительство[48].

Архаическим и специфически римским атрибутом Юноны, связанным прежде всего с её аспектами покровительницы государства, хранительницы Капитолия и богини сакральной бдительности является гусь[12]. В отличие от павлина, который был заимствован из греческой и эллинистической традиции вместе с иконографией Геры, гусь укоренён в римском религиозном предании. Связь Юноны с гусями прежде всего восходит к культу Юноны Монеты, чьё святилище находилось на Капитолийском холме в Риме[7]. Согласно римской традиции, во время галльского нашествия на Рим в 390/387 году до н. э., священные гуси Юноны, содержавшиеся при её храме, подняли тревогу своим криком и тем самым предупредили римлян о ночной атаке галлов. Это позволило спасти Капитолий и стало одним из ключевых мифо-исторических эпизодов римской коллективной памяти[48].

Этот рассказ фиксируется у нескольких античных авторов и является основным основанием для ассоциации гуся с Юноной. Плутарх подтверждает сакральный статус гусей Юноны и подчёркивает, что их содержали при храме намеренно[49]. Тит Ливий подробно описывает эпизод с гусями в контексте осады Капитолия:

…anseres, Iunoni sacri, clangore suo excitaverunt Manlium…

Оригинальный текст (лат.)
…гуси, посвящённые Юноне, своим криком разбудили Манлия…
— Тит Ливий, «История от основания города», V.47

Основные иконографические типы

Юнона Регина — наиболее торжественный и официальный иконографический тип. Она изображается в длинных, закрытых одеждах, с диадемой или короной, сидящей на троне или стоящей в величественной позе. Этот тип подчёркивает её статус как «царицы богов» и покровительницы римской государственности. Изображения Юноны Регины особенно характерны для монетной чеканки и храмовой скульптуры эпохи Республики и ранней Империи[50].

Юнона Матрона — иконографический тип, где Юнона выступает как покровительница брака и законных супружеских отношений. Для иконографии характерны покрытая голова (символ брачного статуса), жест благословения или соединения рук, отсутствие воинственных или властных атрибутов. Этот тип широко представлен в рельефах, связанных с семейной тематикой, а также в декоративном искусстве[51].

Юнона Луцина — как богиня родов и рождения детей, которая изображалась с факелом (символ света и выхода ребёнка «на свет»), иногда с младенцем или рядом с роженицей, в более мягкой, «материнской» трактовке. Иконография этого типа подчёркивает не столько власть, сколько защиту и помощь[12].

Юнона Соспита — особый иконографический тип, связанный с локальным культом в Ланувии. Юнона Соспита изображалась в козлиной или козьей шкуре, в шлеме, с копьём и щитом. Этот образ резко отличается от классического «матронального» типа и подчёркивает архаические, воинственные и апотропеические функции богини[52].

Образ в различных видах искусства

Иконография Юноны находит своё отражение в разнообразных формах искусства, демонстрируя как её основные атрибуты, так и эволюцию её восприятия в разные эпохи:

  • Скульптура. Культовые статуи Юноны отличались монументальностью и строгой симметрией, подчёркивая её величие и авторитет. Часто использовался тип «стоящей богини», близкий к изображениям Геры, созданным такими выдающимися мастерами, как Поликлет и Фидий. Эти скульптуры, призванные вызывать благоговение и уважение, воплощали в себе идеалы женской красоты, достоинства и материнской заботы, присущие богине.
  • Нумизматика. На монетах Юнона изображалась с подписью IVNO, IVNO REGINA или IVNO LVCINA, что подчёркивало её различные аспекты: как верховную богиню, царицу или богиню родовспоможения. Нумизматическая иконография играла важную роль в популяризации её образа как защитницы государства и императорской семьи. Монеты, будучи доступными широким слоям населения, служили мощным инструментом распространения религиозных и политических идей, укрепляя связь между божественным покровительством и властью императора[53].
  • Рельефы и живопись. В рельефах Юнона часто представлена в сюжетных сценах — бракосочетания, жертвоприношения, мифологические эпизоды, связанные с Юпитером. Эти композиции не только иллюстрировали мифы и ритуалы, но и служили для прославления божественных сил и установления порядка в мире. Живописные изображения, в свою очередь, могли более тонко передавать эмоции и характеры, раскрывая Юнону как страстную, ревнивую, но в то же время мудрую и справедливую богиню.

В провинциях Римской империи

Хотя самым богатым источником изображений Юноны остаётся Рим, её культ был распространён во многих провинциях Римской империи. В Северной Африке Юнона сливалась с местными богинями, например с Танит. В городе Дугга (современный Тунис) найдены остатки храма Юноны Целестис. Его архитектурные элементы и скульптуры отражают гибридный локальный стиль: классические регалии римской Юноны и элементы северо-африканского символизма[54][55].

В провинции Дакия (территория современной Румынии) найдены эпиграфические и изобразительные памятники, посвящённые Юноне. Локальные изображения Юноны в Дации показывают, что культ сосредоточивался на семейных и материнских аспектах — часто без ярко выраженной регалийной власти, как в столице[56]. В провинции Нижняя Мёзия (территория современной северной Болгарии и юго-восточной Румынии) культ Юноны засвидетельствован преимущественно эпиграфически и нумизматически, а также косвенно — через контекст совместных культов с Юпитером и другими верховными божествами римского пантеона. Основным источником для изучения культа Юноны в Мёзии являются латинские посвятительные надписи, в которых богиня упоминается под эпитетами Регина и Августа (в императорском контексте)[57].

В галльских провинциях известно несколько бронзовых голов богини, идентифицируемых как Юнона (на основе диадемы и надписей). Монетная и нумизматическая традиция там активно использовала образы Юноны Регины и других её эпитетов, что свидетельствует о распространении официальных канонов изображения богини в рамках имперской идеологии[58][59].

В постантичной традиции и европейской культуре

В раннем Средневековье непосредственное почитание греческих и римских богов прекратилось вследствие господства христианской религии, которая рассматривала языческих богов как идолов или символов язычества. Тем не менее, классические мифы, включая фигуры вроде Юноны, не исчезли бесследно, а были интегрированы в интеллектуальную и художественную традицию Европы через компиляции, аллегорические прочтения и учебные тексты[60][61][62][63]. Античные представления в Средние века широко распространялись через энциклопедическую традицию, ярким примером которой является труд Исидора Севильского «Этимологии». В книге Исидор рассматривает языческих богов, объясняя их происхождение и значение с рационалистической и эвгемеристской точек зрения. Юнона, например, описывается как жена Юпитера, олицетворение брака или воздуха (в зависимости от трактовки), а также как пример заблуждений античной религии[64]. Ключевую роль в переосмыслении древних богов в Средние века сыграли латинские мифографы, прежде всего Фабий Планциад Фульгенций и его сочинение «Три книги мифологий». Он представлял Юнону как символ воздуха, как живой образ законного брака и как воплощение власти и легитимности в супружеских отношениях[65][63].

В эпоху Возрождения, на волне возросшего интереса к античной мифологии, образ Юноны был систематически и сознательно восстановлен и переосмыслен. В отличие от Средневековья, где античные боги сохранялись преимущественно в аллегорических и морализованных интерпретациях, ренессансная культура стремилась к визуальной и интеллектуальной реконструкции античного пантеона, опираясь на античные тексты, скульптурные образцы и гуманистическую ученость[66][63].

В искусстве эпохи Возрождения и барокко фигура Юноны часто интерпретировалась через образ Геры, что поддерживается системой interpretatio graeca. Художники и теоретики искусства заимствовали мифологические сюжеты преимущественно из греческой традиции, поэтому, например, в сюжетах, основанных на «Метаморфозах» Овидия или других источниках классической литературы, визуальное воплощение героини повествования может опираться на «греческий» образ Геры, но именоваться и пониматься в художественной традиции как Юнона[67]. В каталоге собранных произведений многих музеев (и в художественных базах) встречается смешение тега Гера/Юнона — что показывает, что в практике современных собраний и художественных историков эти образы трактуются как соизмеримые[68][69].

В этот период образ Юноны стал воплощением идеалов законного союза, королевского достоинства и власти жены, что гармонировало с общественными и династическими устремлениями того времени. Её иконография включала характерные атрибуты: диадему, скипетр, павлина[67]. Наиболее частым контекстом изображения Юноны в искусстве XV—XVI веков была сцена суда Париса. В этих композициях Юнона противопоставляется Минерве и Венере как носительница власти и царского могущества[70]. Юнона в этих сценах визуально подчёркнута как фигура политического и династического выбора, что было особенно актуально для придворной культуры Возрождения[70]. Среди наиболее известных воплощений этого мотива:

Помимо мифологических сюжетов, Юнона появляется в аллегорических композициях, связанных с браком, династическими союзами и легитимацией власти. В свадебных циклах и декоративных программах дворцов Юнона часто используется как символ законного брака и супружеской гармонии[71]. В неоклассицизме XVIII века Юнона вновь интерпретируется через призму античного идеала, но уже в рамках историзма и эстетического канона, а не мифологического повествования[72].

Ренессансное понимание Юноны формировалось не только через тексты, но и через античную скульптуру, известную и коллекционируемую в Италии XV—XVI веков. Так называемый тип Юнона Людовизи (римская копия греческого оригинала) оказал значительное влияние на визуальное представление богини как величественной матроны. Коллекционирование подобных статуй в Риме и Флоренции способствовало закреплению канонического образа Юноны в искусстве Возрождения[73].

В гуманистической культуре Юнона становится частью сложного символического языка, используемого в литературе, придворных празднествах и изобразительном искусстве. Её образ часто сочетался с фигурами Юпитера, Януса и Венеры, образуя аллегорические программы, посвящённые браку, миру и стабильности. Такие программы основывались на синтезе античной мифологии и неоплатонической философии[74].

В символике Нового времени

Имя «Юнона» часто присваивалось кораблям в XVIII—XIX веках, что отражало восприятие богини как покровительницы и защитницы[75]. В честь богини был назван корабль калифорнийской экспедиции Николая Резанова (1764—1807) русского дипломата, одного из основателей торговой Российско-американской компании. События последних лет жизни Резанова, в том числе история его знакомства, обручения и несостоявшегося брака с Консепсьон Аргуэльо — Кончитой (1791—1857), пятнадцатилетней дочерью коменданта Сан-Франциско, составили сюжетную основу рок-оперы «Юнона и авось».

Название астероида (3) Юнона было дано в 1804 году в рамках традиции именования небесных тел в честь античных богов[76][77]. В 2011 году НАСА отправило в космос исследовательский аппарат, предназначенный для изучения Юпитера. Этот зонд получил название «Юнона», что отсылает к древнеримской мифологии, где Юнона выступает бога Юпитера[78].

Название рода Юнона (Juno) семейства Ирисовые (Iridaceae), распространённого в Северной Африке и Средиземноморье, закрепилось в ботанической номенклатуре XIX века, отражая традицию обращения к античной мифологии в естественных науках[79].

Мифология и литературный образ Юноны

В римской мифологической и литературной традиции Юнона предстаёт как одна из центральных фигур пантеона, однако её образ существенно отличается от греческого прототипа — Геры. Если в греческой мифологии Гера прежде всего персонаж мифологических нарративов, то Юнона в римской традиции сохраняет сильную связь с культом, правом и государственным порядком. Римская литература не столько создаёт новые мифы о Юноне, сколько интерпретирует, рационализирует и переосмысливает уже существующие греческие сюжеты, адаптируя их к римским ценностям (mos maiorum)[12].

В литературной традиции Юнона прежде всего представлена как супруга Юпитера, что соответствует её роли богини законного брака. Этот брак символизирует не столько эмоциональные отношения, сколько космический и социальный порядок, основанный на иерархии и праве[51]. Мотив ревности Юноны, хорошо известный по греческим мифам о Гере, присутствует и в римской литературе, однако часто подаётся смягчённо или рационализировано. Юнона выступает не столько как эмоционально мстительная богиня, сколько как карающая сила, восстанавливающая нарушенный порядок. Этот сдвиг особенно заметен у римских авторов имперской эпохи[47].

Наиболее развитый литературный образ Юноны представлен в «Энеиде» Вергилия, где она выступает как главный божественный антагонист Энея. Она изображена как жестокая и дикая богиня, намеревающаяся поддержать сначала Дидону, а затем Турна и рутулов против попытки Энея основать новую Трою в Италии[80]. Однако её противостояние судьбе не является абсолютным: в финале поэмы Юнона принимает неизбежность римского будущего[81]. Исследователи подчёркивают, что Юнона у Вергилия символизирует сопротивление старого мира новому, напряжение между прошлым и будущим и конфликт между личной волей богов и судьбой. Таким образом, Юнона становится не просто мифологическим персонажем, а аллегорической фигурой исторического процесса[82].

У Тита Ливия Юнона появляется прежде всего в контексте римской истории, а не автономных мифов. Она выступает как защитница города, адресат клятв и жертвоприношений, а также как божество, чьё благоволение необходимо для успеха государства. Характерный пример — культ Юноны Монеты и эпизод с капитолийскими гусями[37]. У Овидия образ Юноны более литературно обработан и психологизирован, особенно в «Метаморфозах». Здесь она активно вмешивается в судьбы смертных, наказывает любовниц Юпитера и действует как носительница традиционного морального порядка[83]. В отличие от Вергилия, Овидий подчёркивает драматизм и конфликтность образа[84]. В книге «Фастах» Овидий описывает, как Юнона, испытывая зависть к Юпитеру, который родил Минерву из своей головы, использовала особую траву от Флоры, чтобы самой родить Марса[26].

В позднеантичной традиции Юнона постепенно утрачивает индивидуальность и становится аллегорической фигурой, связанной с браком, властью и небесным порядком. Этот процесс отражает общий переход от мифологического мышления к философско-аллегорическому[85].

Исследователи подчёркивают, что между литературным образом Юноны и её культовой реальностью существует заметное расхождение. В то время как литература часто акцентирует конфликт, ревность и драму, культ Юноны оставался стабильным, юридически значимым и ориентированным на социальный порядок[9]. Юнона в литературе — это не просто богиня, а персонификация порядка, сопротивляющегося хаосу, и одновременно сила, вынужденная признать историческую неизбежность[7].

Примечания

  1. ↑ 1 2 Юнона, в мифологии // Малая советская энциклопедия / под ред. Н. Л. Мещеряков — 2 — Советская энциклопедия, 1936.
  2. ↑ 1 2 3 «Юнона, в мифологии» — статья в Малой советской энциклопедии; 2 издание; 1937—1947 гг.
  3. ↑ Ennius, fragment 45 = Варро, De re rustica, I.I.4.
  4. ↑ Larousse Desk Reference Encyclopedia, The Book People, Haydock, 1995, p. 215.
  5. ↑ Немировский А.И. ЭТРУССКАЯ МИФОЛОГИЯ. ancientrome.ru. Дата обращения: 16 августа 2019. Архивировано 27 августа 2019 года.
  6. ↑ Corbishley, Mike Ancient Rome Warwick Press 1986 p. 62
  7. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 Dumézil, Georges. Archaic Roman Religion. Vol. I.. — Chicago : University of Chicago Press, 1970. — С. 304—307, 308–313, 314–316, 318-321.
  8. ↑ Ernout, Alfred; Meillet, Antoine. Dictionnaire étymologique de la langue latine. — 4e éd. — Paris : Klincksieck. — С. 326–327.
  9. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Wissowa, Georg. Religion und Kultus der Römer. — 2. Aufl. — München : C.H. Beck, 1912. — С. 165–178.
  10. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Latte, Kurt. Römische Religionsgeschichte. — München : C.H. Beck, 1960. — С. 101–110.
  11. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Юнона / Е. М. Штаерман // Мифы народов мира : Энцикл. в 2 т. / гл. ред. С. А. Токарев. — 2-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1988. — Т. 2 : К—Я. — 719 с.
  12. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Beard, Mary; North, John; Price, Simon. Religions of Rome. Volume I: A History. — Cambridge : Cambridge University Press, 1998. — С. 70–73.
  13. ↑ Varro, Marcus Terentius. De lingua Latina, V–VI. — V.67; VI.33.
  14. ↑ Servius, Bk. I, §8, 17.
  15. ↑ Daniel P. Harmon «Religion in the Latin Elegists» in ANRW 1986 p. 1971-3: K. Latte Römische Religionsgeschichte Munich 1960 p. 168; Ovid Amores III 13; Festus s.v. Curritis p. 55 L
  16. ↑ CIL XIV I(VNONI) S. M. R.2091; 2088; 2089; 2121; IUNONE SEISPITEI MATRI REGINAE 2090
  17. ↑ G. Dumézil La religion romaine archaique Paris 1974 part II chapt. 1. 2; It. tr. Milano 1977 p. 266
  18. ↑ Livy VIII 14, 2; Cicero Pro Milone 17 and 45; Pro Murena 51 and 90
  19. ↑ Daniel P. Harmon above p. 1971; Properce IV 8; Aelian De Natura Animalium XI 16.
  20. ↑ Servius, Bk. VIII, §654.
  21. ↑ Moneta // Реальный словарь классических древностей / Авт.-сост. Ф. Любкер ; Под ред. членов Общества классической филологии и педагогики Ф. Гельбке, Л. Георгиевского, Ф. Зелинского, В. Канского, М. Куторги и П. Никитина. — СПб., 1885.
  22. ↑ Обнорский Н. П. Соспита // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  23. ↑ Caprotina // Реальный словарь классических древностей / Авт.-сост. Ф. Любкер ; Под ред. членов Общества классической филологии и педагогики Ф. Гельбке, Л. Георгиевского, Ф. Зелинского, В. Канского, М. Куторги и П. Никитина. — СПб., 1885.
  24. ↑ 1 2 3 Коптев А. В. Год свиньи у древних римлян? ancientrome.ru. Дата обращения: 16 августа 2019.
  25. ↑ Секст Помпей Фест. О значении слов
  26. ↑ 1 2 3 4 5 Attilio Mastrocinque. Hera and Juno: The Functions of the Goddesses in Prehistoric and Historic Greece and Rome // Akadémiai Kiadó. — 2017. — С. 137–142. — doi:10.1556/068.2017.57.2-3.1.
  27. ↑ Macrob. Sat. VII 16, 27; Dion. Halic. I 50
  28. ↑ Livy V 2, 1-3; Dionysius XIII 3; Plutarch Camillus 6; Valerius Maximus I 8, 3.
  29. ↑ Monumentum Ancyranum IV 6.
  30. ↑ Livy XL 52, 1.
  31. ↑ Fasti Antiates apud NS 1921 p. 121.
  32. ↑ Iulius Obsequens 14.
  33. ↑ Aul. Gell. IV 3, 3
  34. ↑ 1 2 3 Scullard, H. H. Festivals and Ceremonies of the Roman Republic. — London, 1981. — С. 77–79, 88-90.
  35. ↑ Richardson, A. New Topographical Dictionary of Ancient Rome. — 1992. — С. 215.
  36. ↑ Livy. Ab Urbe Condita. — Кн. I.26.6–9.
  37. ↑ 1 2 Oakley, S. P. Volume IV: Book X // A Commentary on Livy, Books VI–X. — Oxford, 1997. — С. 580–582.
  38. ↑ Serv. Verg. Aen. IV 518; Ovid. Fast. III 257
  39. ↑ Wissowa, 1912, с. 203–206.
  40. ↑ Fishwick, 2012, с. 114–118.
  41. ↑ Jörg Rüpke. Religion of the Romans. — 2007. — С. 215–218.
  42. ↑ Brown, Peter. The Rise of Western Christendom. — Malden, MA : Blackwell Publishers, 2013. — С. 86–90.
  43. ↑ Ioannis Papadopoulos. Reactionary Paganism: Renewal and Invention of Traditions in Late Fourth Century Rome // Leeds International Medieval Congress 2015. — Jul 7, 2015.
  44. ↑ Mark Humphries. Christianity and Paganism in the Roman Empire, 250-450 C.E. // A Companion to Religion in Late Antiquity (Chichester and Malden, MA: Wiley-Blackwell). — С. 61—80.
  45. ↑ Alan Cameron. The Last Pagans of Rome. — Oxford University Press, 2010. — С. 38–45.
  46. ↑ Macrobius. Saturnalia. — Кн. I.15–17.
  47. ↑ 1 2 Farnell, L. R. The Cults of the Greek States. Vol. 1.. — Oxford : Clarendon Press, 1896. — С. 180–185.
  48. ↑ 1 2 Toynbee, J. M. C. Animals in Roman Life and Art. — London : Thames and Hudson, 1973. — С. 252–255.
  49. ↑ Plutarch. Lives: Camillus. — Loeb Classical Library, Perrin trans., 1914. — С. 137–139.
  50. ↑ Fishwick, D. The Imperial Cult in the Latin West. Vol. 1.. — Leiden : Brill, 1992. — С. 92–95.
  51. ↑ 1 2 Ogilvie, R. M. The Romans and Their Gods. — London : Chatto & Windus, 1965. — С. 134–136.
  52. ↑ Holland, L. B. Janus and the Bridge. — Rome : American Academy in Rome, 1961. — С. 58–61.
  53. ↑ Sutherland, C. H. V. Roman Coins. — London : Barrie & Jenkins, 1984. — С. 41–44.
  54. ↑ Susan Raven. Rome in Africa. — Routledge, 1993. — ISBN 978-0415081504.
  55. ↑ Gros P. (ed.). L’Architecture Romaine du Début du IIIe Siècle à la Fin du Haut-Empire. Vol. 2: Maisons, Palais, Villas et Tombeaux. — Paris : Picard, 2001. — С. 527–530.
  56. ↑ Sergiu Socaciu. The Cult of the Goddess Juno in Roman Dacia // Roman antiquities: archaeology and historiography: in memoriam Alexandri Diaconescu / Sorin Nemeti, Florin Fodorean, Eduard Nemeth, Gelu Florea. — 2023. — С. 93–135. — ISSN 978‑606‑020‑748‑1.
  57. ↑ Mihăilescu-Bîrliba, Lucrețiu. The Cult of Jupiter and of Juno Regina in the Rural Areas of Moesia Inferior // Journal of Ancient History and Archaeology. — 2019. — № 2. — С. 42–51.
  58. ↑ Derks, Ton. Gods, Temples and Ritual Practices: The Transformation of Religious Ideas and Values in Roman Gaul. — Amsterdam : Amsterdam University Press, 1998. — С. 68, 204, 218.
  59. ↑ Woolf, Greg. Becoming Roman: The Origins of Provincial Civilization in Gaul. — Cambridge : Cambridge University Press, 1998.
  60. ↑ Survival of the Gods: Classical Mythology in Medieval Art : an Exhibition by the Department of Art, Brown University, Bell Gallery, List Art Center, Brown University, Providence, Rhode Island, February 28-March 29, 1987. — Brown University. Department of Art, 1987.
  61. ↑ Jean Seznec. The Survival of the Pagan Gods. — Princeton University Press, 1995. — С. 3–47.
  62. ↑ Aby Warburg. The Renewal of Pagan Antiquity. — Getty Research Institute, 1999. — С. 214–219.
  63. ↑ 1 2 3 Jean Seznec. La survivance des dieux antiques. — Princeton University Press, 1953. — С. 78–92, 183–190.
  64. ↑ Isidori Hispalensis. Etymologiarum sive Originum libri XX / ed. W. M. Lindsay. — Oxford, 1911. — Кн. VIII, гл. 11, §§ 69–71.
  65. ↑ Fulgentii. Mythologiae / ed. R. Helm. — Leipzig, 1898. — Кн. I, §§ 1–4.
  66. ↑ Edgar Wind. Pagan Mysteries in the Renaissance. — Yale University Press, 1958. — С. 112–118.
  67. ↑ 1 2 Erwin Panofsky. Studies in Iconology. — Oxford University Press, 1939. — С. 152–158.
  68. ↑ Pallas Athena, Venus and Juno. MFA Collection - Museum of Fine Arts Boston.
  69. ↑ [0.id=7d8084dbc0ff7f062cc4d95e33403a89&facets[0].nodeRelationType=DepictsIconclass Story of Juno (Hera)]. Rijksmuseum.
  70. ↑ 1 2 Charles Dempsey. The Portrayal of Love: Botticelli’s Primavera and Humanist Culture at the Time of Lorenzo the Magnificent. — Princeton University Press, 1992. — С. 61–65.
  71. ↑ Rudolf Wittkower. Allegory and the Migration of Symbols. — Thames & Hudson, 1977. — С. 45–49.
  72. ↑ Hugh Honour. Neo-classicism. — Penguin Books, 1968. — С. 96–99.
  73. ↑ Francis Haskell, Nicholas Penny. Taste and the Antique. — Yale University Press, 1981. — С. 224–227.
  74. ↑ Edgar Wind. Pagan Mysteries in the Renaissance. — Yale University Press, 1958. — С. 112–118.
  75. ↑ Brian Lavery. Ship Names. — National Maritime Museum, 2009. — С. 54–56.
  76. ↑ William Sheehan. The Planet Mars: A History of Observation and Discovery. — University of Arizona Press, 1996. — С. 142–143.
  77. ↑ Schmadel, Lutz D. Dictionary of Minor Planet Names (англ.). — Sixth Revised and Enlarged Edition. — Heidelberg, New York, Dordrecht, London: Springer, 2012. — P. 13. — ISBN 978-3-642-29717-5.
  78. ↑ NASA's Juno Spacecraft launches to Jupiter 5 Aug 2011. NASA. NASA (27 июня 2016). Дата обращения: 15 июня 2021. Архивировано из оригинала 14 июля 2021 года.
  79. ↑ W. T. Stearn. Botanical Latin. — Timber Press, 1992. — С. 310–312.
  80. ↑ Deception in the Aeneid. University of Mary Washington. Дата обращения: 20 сентября 2016. Архивировано 11 октября 2017 года.
  81. ↑ Hardie. Aeneid. Book IX. Cambridge Greek and Latin classics. — Cambridge : Cambridge University Press, 1994. — С. 8–22; 143–146.
  82. ↑ Feeney, D. The Gods in Epic: Poets and Critics of the Classical Tradition. — Oxford : Clarendon Press, 1991. — С. 145–150.
  83. ↑ Ovid. Metamorphoses. — Кн. I.588–746; III.350–510.
  84. ↑ William S. Anderson. Ovid’s Metamorphoses. — Norman, Oklahoma : University of Oklahoma Press, 1972. — С. 75–82.
  85. ↑ Alan Cameron. The Last Pagans of Rome. — Oxford University Press, 2010. — С. 240–245.

Литература

  • Wissowa, Georg. Religion und Kultus der Römer. — 2. Aufl. — München : C.H. Beck, 1912.
  • Fishwick, D. The Imperial Cult in the Latin West. Vol. 1.. — Leiden : Brill, 1992.
  • Maurus Servius Honoratus. Commentary on the Aeneid of Vergil.

Ссылки

Эта статья взята у (из) Википедия. Текст лицензируется по Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0. К медиа файлам могут применятся дополнительные условия.