Басни Федра

Басни Федра — сборник басен, опубликованный в первой половине I века римским писателем Федром (греком, писавшим на латыни). Включал переводы басен Эзопа и оригинальные произведения, сохранился в двух сокращённых вариантах.

Точной хронологии издания басен в сохранившихся источниках нет. Федр (уроженец Македонии, почти всю жизнь проживший в Риме) был младшим современником императора Августа. Писать басни он начал предположительно после смерти Августа в 14 году. Когда были изданы две первых книги, писатель вызвал чем-то гнев Сеяна, могущественного приближённого императора Тиберия. В 31 году Сеян был казнён, позже Федр издал третью книгу басен, в эпилоге к которой попросил некоего Евтиха о защите. Затем вышли четвёртая книга, посвящённая Партикулону, и пятая, посвящённая Филету (судя по именам, все трое были вольноотпущенниками)^[1][2].

В пятой книге есть басня «Флейтист Принцепс», которая могла показаться читателям насмешкой над императором Нероном, а значит, эта книга была опубликована либо после 68 года, когда Нерон погиб, либо до его прихода к власти в 54 году (или по крайней мере до 59 года)^[3].

Басни Федра стали самым ранним из сохранившихся античных сборников произведений этого жанра (или даже первым таким сборником вообще^[4]). В древности это собрание не пользовалось популярностью. В эпоху Каролингов обрели известность прозаические пересказы этих басен, на основании которых позже было создано множество «латинских Эзопов»^[5]. Сборник Федра сохранился в двух сокращённых вариантах: это «Пифеевская» и «Реймсская» рукописи IX—X веков и «рукопись Перотти» XV века (содержание ряда утраченных басен восстанавливается по пересказам)^[6]. Сборник был впервые опубликован в 1596 году^[7][8].

Исследователи констатируют, что Федр черпал материал в баснях Эзопа, причём остаётся неясным, насколько вольно он обращался с этим материалом. Предположительно, в первых книгах он создавал латинские версии конкретных греческих басен, а позже всё чаще создавал оригинальные произведения «в духе Эзопа». Исходя из сравнения с баснями Бабрия, специалисты отмечают, что Федр избавлялся от второстепенных мотивов в своих источниках, оставляя только ядро сюжета^[9]. Звучат мнения о том, что стиль Федра «чересчур прозаичен, образы его бедны; краткость его пересказа, которую он считал „душой басни“, часто делает его изложение неясным»^[8].