История Параны

История Параны — это раздел истории Бразилии, посвященный изучению исторических фактов, происходивших в штате Парана, начиная с первых исследовательских экспедиций в XVI веке и до наших дней^[1]. Однако история штата берет свое начало ещё до открытия Бразилии. В то время первыми обитателями территории нынешнего штата были три группы коренных народов, а именно: тупи-гуарани, каинганги и шокленги^[2].

В XVII веке нынешняя территория Параны привлекла огромный интерес португальцев и бразильцев. Эти два народа обнаружили в регионе золото. Также участились случаи захвата индейцев в плен бандейрантами из Сан-Паулу. До этого времени испанские колонизаторы и иезуиты были основными колонистами в Паранагуа на побережье и в Куритибе на плато, которые являлись главными поселениями. В XVIII веке усиление и развитие горнодобывающей деятельности в капитании Минас-Жерайс отодвинули Парану на второй план. Входя в состав капитании Сан-Паулу, штат ограничивал свою экономику натуральным сельским хозяйством^[3].

Провинция была отделена в 1853 году. В конце XIX века экономика Параны получила стимул благодаря выращиванию мате. Помимо производства мате, развивались лесозаготовка и кофейные плантации. Экспансия кофе на плодородных «красных землях» (порт. terra roxa) на севере штата привела к огромному росту численности населения. В Парану потянулись мигранты из штатов Риу-Гранди-ду-Сул (гаушу), Сан-Паулу, Минас-Жерайс и северо-восточных регионов. Кроме того, прибыли иммигранты из Европы и Японии.

Однако этот стремительный прогресс не обошелся без вооружённых конфликтов. С 1912 по 1916 год бедные крестьяне вели войну против федеральных сил и сил штата за свою землю и религиозные убеждения в регионе Контестаду, на границе штатов Парана и Санта-Катарина. В то время эти две административные единицы оспаривали принадлежность данной территории^[3].

В начале XX века выделились крупные колонизаторские компании, такие как британская Paraná Plantation. В зоне их деятельности возникли муниципалитеты Лондрина и Маринга. С 1950-х по 1970-е эти два города превратились в крупнейшие кофейные центры. Развитие было сопряжено с экономическими переменами, вызвавшими социальные проблемы, особенно в сельской местности. Считается, что в 1970-х годах как минимум 1 миллион мелких землевладельцев и фермеров потеряли свои земли и работу из-за концентрации земельных владений и сельскохозяйственного кризиса, вызванного заморозками 1975 года. Эта природная катастрофа уничтожила посевы.

Многие безземельные сельские рабочие стали сезонными рабочими — бойя-фрия. Другие же покинули штат, направившись в Центрально-западный, Северный регионы и в Парагвай. Усилилась миграция в городские центры. Этот миграционный всплеск в 1980-х годах способствовал быстрому, но запоздалому городскому развитию. Средние и крупные города столкнулись с резким ростом фавел, сформированных из числа безработных сельских жителей^[3].

Во времена открытия Бразилии земли, которые сегодня относятся к штату Парана, населяли карижо (группа тупи) и каинганги (группа же). Карижо жили на побережье, а каинганги — во внутренних районах^[2].

До середины XVII века южное побережье капитании Сан-Висенти (ныне территория штата Парана) лишь изредка посещалось европейцами, искавшими ценную древесину. В период господства кастильской короны поощрялись контакты жителей Сан-Висенти с регионом Ла-Платы, и маршруты вдоль побережья стали более регулярными. Однако полноценное освоение этих земель по-прежнему было эпизодическим и диктовалось поиском индейцев и минеральных богатств^[4]. С побережья паулисты продвигались на запад в поисках индейцев, в то время как на востоке, где сейчас находятся Паранагуа и Куритиба, они сосредоточились на добыче полезных ископаемых^[5][6].

Рассказы о наличии огромных месторождений золота и серебра привлекли в регион Паранагуа бесчисленное множество искателей приключений^[5]. Сам Сальвадор Коррея де Са, который в 1613 году был назначен суперинтендантом рудников юга Бразилии, находился там в течение трёх месяцев, работая совместно с пятью специалистами, которых он выписал из Португалии. Однако он не нашел ни одной унции золота. Позже, в период управления виконта Барбасены, туда был направлен испанец Родригу Каштелу Бранку, видный эксперт по рудникам Перу, который в 1680 году отправил португальскому монарху собственноручно написанное письмо, чтобы окончательно развеять его иллюзии относительно запасов серебра^[6].

В конце XVII века, когда надежды на колоссальные минеральные богатства были оставлены, поиски аллювиального (рассыпного) золота продолжились. Методом «промывки» немногочисленные местные жители добывали ресурсы для покупки товаров извне^[7]. Индейцев, спасавшихся от геноцида, привлекали к сельскому хозяйству. Африканские рабы начали использоваться в XVIII веке, и уже в 1798 году перепись показала, что их относительное количество превысило численность индейцев^[6].

Поселение Паранагуа, основанное королевской грамотой 1648 года^[8], составляло единое сообщество со своими внутренними территориями — так называемыми полями Куритибы, расположенными на высоте более тысячи метров^[9]. В Паранагуа преобладало земледелие, а на полях — животноводство. Постепенно Куритиба, получившая статус поселения (вилы) в 1693 году, превратилась в крупнейший центр паранского сообщества. Решающим фактором для этого послужило пролежние важного пути перегона скота, который протянулся от Риу-Гранди-ду-Сул до Сорокабы^[10][6]. Кастру является первым истинно паранским муниципалитетом^[11], его основание произошло в 1778 году^[11].

Одним из последствий открытия месторождений золота в капитании Минас-Жерайс стала огромная потребность в тягловом и крупном рогатом скоте. Для этих целей использовались дикие мулы из южного региона миссий, которых перегоняли по тракту Виаман—Сорокаба, построенному в 1731 году^[12]. Согласно Бразилу Пиньейру Машаду, открытие этой дороги стало «событием огромной важности в истории Параны. Оно отдалило Куритибу от прибрежного цикла, социально обособив её от Паранагуа и включив в историческую систему пограничных конфликтов, что дало городу возможность расширения на юг, север и запад. Таким образом, Куритиба начала олицетворять характер всего региона, который станет будущей провинцией»^[6].

Таким образом, в истории Параны начался период тропейризма, который продолжался до 1870-х годов, когда наступила эра железнодорожного транспорта. Бесчисленное множество местных жителей занималось прибыльным делом: они скупали мулов на юге, выдерживали их на зимних пастбищах (инвернада) на своих полях и перепродавали на ярмарках в Сорокабе. Именно благодаря распространению животноводческих хозяйств и пастбищ для зимовки скота осуществлялась колонизация территории. С опорой на качественные пастбища и труд рабов — африканцев и индейцев — в регионе обосновались семьи, установившие над ним контроль^{[13][14][15][16][6]}. Благодаря стоянкам погонщиков у рек возникли такие муниципалитеты, как Лапа^[17][18], Понта-Гросса^[19][20] и Кастру^[11].

В начале XIX века, в связи с обострением вооружённого конфликта на юге^[21], важной частью стратегии Португалии стала колонизация земель, которые по Мадридскому договору отошли к Португальской империи^[22], но оставались заброшенными со времен разгрома иезуитских миссий бандейрантами^[6].

С тройной целью — колонизировать территорию, подчинить индейцев и открыть путь к миссиям — в июне 1810 года военная экспедиция достигла степей (кампос) Гуарапуавы^[23], которые вскоре были распределены в виде сесмарий. «Самые богатые жители» распределили между собой захваченных индейцев, и три десятилетия спустя регион был полностью колонизирован. Затем последовало покорение коренных жителей степей Палмаса, осуществленное в 1839 году^[24] двумя конкурирующими частными компаниями, которые прибегли к арбитражу, чтобы избежать вооружённого конфликта между своими участниками. Таким образом, к середине XIX века, благодаря развитию животноводства, колонизация внутренних степных районов была завершена^[25][6][6].

На основании указа от 19 февраля 1811 года была учреждена комарка Куритиба и Паранагуа, находившаяся в подчинении капитании Сан-Паулу. 6 июля того же года муниципальный совет Паранагуа обратился к принцу-регенту с просьбой об отделении комарки и основании новой капитании^[26]. Десять лет спустя «Сепаратистский заговор» (порт. Conjura Separatista) под руководством Флориану Бенту Вианы публично сформулировал требование об эмансипации, но вновь не добился успеха^[27][28][29].

Несмотря на политическую активность, выраженную в неоднократных обращениях и петициях, направленных на политико-административное разделение, и даже после провозглашения независимости страны, жители региона (тогда называемые «паранагуарас») оставались в зависимости от региональных лидеров, так как провинциальное правительство находилось далеко и не проявляло ни малейшего интереса к этим землям^[6]. Политическая и стратегическая значимость региона со временем росла и стала очевидной в ходе событий, имевших общебразильское значение^[30], таких как война Фаррапус (1835—1845) и либеральные восстания 1842 года^[29].

29 мая 1843 года началось первое обсуждение законопроекта о возведении комарки Куритиба в статус провинции^[31]. В ходе дебатов особо выделились депутаты от провинции Минас-Жерайс и Сан-Паулу^[31]. По мнению депутатов от Сан-Паулу, истинной причиной создания новой провинции путём отделения от провинции Сан-Паулу было желание наказать последнюю за её участие в Либеральном восстании 1842 года^[31]. В то же время экономика Параны, наряду с торговлей скотом, получила развитие благодаря экспорту дикорастущего мате на рынки стран Ла-Платы и Чили. Обещания об отделении давались неоднократно, пока в парламенте продолжали работу комиссии и велись дебаты. Наконец, 28 августа 1853 года был обнародован указ об основании провинции Парана. В качестве её временной столицы (которая позже была утверждена официально) был выбран город Куритиба^[29].

19 декабря того же года в столицу прибыл Закариас де Гоис-и-Васконселус, первый президент провинции, который с этого момента обязался принять меры по стимулированию региональной экономики и привлечению капиталов для необходимых административных нужд^[29]. Он стремился перенаправить в другие сферы, прежде всего в сельское хозяйство, часть рабочей силы и ресурсов, которые использовались в производстве и продаже мате. Однако самым прибыльным занятием в провинции оставались зимовка и торговля мулами для штата Сан-Паулу. Эта деятельность достигла своего пика в 1860-х годах и начала приходить в упадок только в самом конце века^[29].

На протяжении провинциального периода правительство Параны не отличалось стабильностью исполнительной власти, поскольку на посту президента провинции, который назначался центральной властью, сменилось не менее 55 человек за 36 лет. Либералы Параны объединились под руководством Жезуину Маркондиса и его зятя Мануэла Алвиса де Араужу, членов семей баронов Тибажи и Кампус-Жерайс, которые на тот момент были самой влиятельной олигархией региона. Консерваторов возглавляли Мануэл Антониу Гимарайнс и Мануэл Франсиску Коррейя-младший, происходившие из семей, управлявших торговым сектором побережья^[29].

Упадок торговли мулами вызвал кризис во всем животноводческом обществе Параны. Огромное неделимое наследство патриархальных кланов, охватывавшее множество родственных союзов, больше не могло обеспечивать выживание всех своих членов. Наследники владельцев перебирались в города, в штат Сан-Паулу и Риу-Гранди-ду-Сул. С начала XIX века Парана принимала иммигрантов в рамках политики заселения пустующих территорий. Это были выходцы с Азорских островов, немецкие, швейцарские и французские переселенцы, однако их было немного, и они не имели возможностей для быстрого обогащения^[32].

В середине того же века, несмотря на население более шестидесяти тысяч человек, Парана с демографической точки зрения оставалась пустыней, неравномерно пересекаемой 19 маленькими оазисами, расположенными на огромных расстояниях друг от друга и, в буквальном смысле, труднодоступными. Ведь, помимо «исторических путей», которые вскоре перестали отвечать экономическим требованиям, не существовало ничего, что можно было бы назвать транспортной сетью^[32]. Эти 19 оазисов состояли из двух городов (Куритиба и Паранагуа); семи посёлков (Гуаратуба, Антонина, Морретис, Сан-Жозе-дус-Пиньяйс, Лапа, Кастру и Гуарапуава); шести церковных приходов (Кампу-Ларгу, Палмейра, Понта-Гросса, Жагуариаива, Тибажи и Риу-Негру) и четырёх курируемых капелл (Гуаракесаба, Игуасу, Вотуверава и Палмас)^[32]. В Куритибе на тот момент проживало шесть тысяч жителей, а в Паранагуа — шесть с половиной тысяч. Население поселков и приходов варьировалось, как правило, от одной до пяти тысяч человек, так что реальная плотность населения в зарождающихся городских центрах была гораздо выше, чем можно было предположить по средним статистическим данным (0,3 человека на квадратный километр). В то же время на большей части территории пустота была абсолютной. Это были степи Кампус-Жерайс, смешанные омброфильные леса и горная цепь Серра-ду-Мар^[32].

В конце XIX века новый стимул прогрессу дало строительство железных дорог, что сделало возможным развитие деревообрабатывающей промышленности, так как определённые железнодорожные линии соединили араукариевые леса с портами, такими как Паранагуа, и с Сан-Паулу. В то же время перевозки на мулах исчезли, что вызвало кризис в пастушеском обществе^[33].

Во второй половине XIX века поощрялся тип заселения, направленный на создание сельского хозяйства, отвечающего потребностям распределения. Коллективные решения администраций Бразильской империи и провинции Парана позволили основать колониальные центры в окрестностях городских ядер, в основном на Первом плато, представленные поляками, немцами^[34], итальянцами^[34]. и, в небольших группах, швейцарцами, французами и англичанами^[35]. Эти волны колонистов придали этническому облику Параны характерное разнообразие^[32]. Например, в определённых местах Параны, помимо португальского, на окраинах муниципалитета Кастру говорят также на голландском. В некоторых других регионах штата потомки иммигрантов общаются также на немецком, итальянском, украинском, польском и даже японском. Кроме того, в штате звучат индейские языки^[34].

Количество рабов значительно сократилось с середины века, особенно вследствие их продажи или сдачи в аренду в другие провинции. В отчёте президента Параны за 1867 год отмечалось, что налог, получаемый с рабов, отправляемых в Сан-Паулу, «был почти таким же, как налог на животных»^[32]. Прибытие иммигрантов решило проблему нехватки и удорожания сельскохозяйственных ресурсов, усугубленную отказом от рабского труда. В последние десятилетия XIX века для строительства железных дорог и телеграфных линий привлекались иммигранты, завербованные колонизационными обществами^[36]. В этот период и в начале XX века в Паране было создано более сорока колониальных центров^[32].

Начиная с манифеста 1870 года, в Паране случались эпизодические и разрозненные проявления приверженности Республике. Даже после создания газет Livre Paraná в Паранагуа и A República в Куритибе^[37], а также основания республиканских клубов в обоих городах, движение не стало интенсивным^[38][39]. Немногие жители Параны отличились в республиканской кампании, проходящей в других провинциях Бразилии. В Провинциальной ассамблее у республиканцев был всего один депутат^[38]. — Висенте Машаду да Силва Лима, избранный от Либеральной партии^[40][41][42], который стал выдающейся личностью в первые годы новой системы правления^[38][43].

Штат пережил последствия различных политических трудностей, характерных для первых лет республики^[38][44], и только в апреле 1892 года была ратифицирована его конституция штата, которая действовала вплоть до победы революции 1930 года^[43]. Во время Федералистской революции Парана стала ареной кровопролитных сражений в результате столкновения на её территории федералистских сил и легатистов^[38][45][46]. После того как марагату оставили штат, последовала месть. «Пика-паус» захватили власть и подвергли «марагату» наказаниям. Несмотря на редкие периоды примирения, этот раскол сохранялся до 1930 года^{[38][45][43][46]}.

Провинция Парана должна была иметь те же границы, что и бывшая комарка, в результате чего до второго десятилетия XX века тянулась сложная проблема границ с Санта-Катариной, возникшая после открытия и колонизации степей Палмаса. Опираясь на королевскую грамоту 1749 года, Санта-Катарина считала своими внутренние земли, соответствующие её побережью, в то время как Парана обосновывала свою позицию принципом uti possidetis. С провозглашением республики оба штата столкнулись с необходимостью раздела земель на одной и той же территории^[43].

Трижды Санта-Катарина выигрывала дело в Верховном федеральном суде, однако Парана обжаловала эти решения. Именно в этом регионе вспыхнула Война Контестаду. Наконец, в 1916 году по решающему указу президента Бразилии Венсеслау Браса был произведен раздел территории, что окончательно решило проблему^[43].

В 1920 году Парана занимала 13-е место по численности населения в Бразилии, имея более 700 тысяч жителей; к 1960 году штат поднялся на пятое место с населением около 4,5 миллионов человек. Этот рост был обусловлен не только естественным приростом, но и интенсивными внутренними миграционными потоками, благодаря которым жители других штатов переселялись в ранее неосвоенные регионы Параны^[47].

С конца XIX века фермеры из Сан-Паулу и Минас-Жерайс начали основывать кофейные плантации на севере штата, богатом «красными землями» (terra roxa)^[48][49]. К этому типу колонизации добавилось плановое освоение территорий, как государственное, так и частное. Также прибыли новые группы иммигрантов, в основном японцы^[34]. Опираясь на опыт подобных проектов в Австралии и Африке, в 1924 году лорд Ловат посетил Парану, а три года спустя получил от правительства в дар пятьсот тысяч алкейров земли на севере штата. В то время он основал компанию Paraná Plantation Ltd., которая вместе с Companhia de Terras do Norte do Paraná и железнодорожной компанией São Paulo-Paraná реализовала проект по освоению этой зоны^[50][51]. Центром этой операции стала Лондрина, которая с тех пор расширялась ускоренными темпами^[50][51][47].

В районе рек Игуасу и Парана леса долгое время эксплуатировались компаниями, продававшими древесину и мате^[52][53]. С 1920-х годов началась добровольная колонизация переселенцами из Риу-Гранди-ду-Сул и Санта-Катарины, особенно сыновьями, внуками и правнуками немцев и итальянцев^[52][53]. После революционного движения 1930 года, когда многие акты дарения земель были приостановлены, усилиями исполнительной власти штата и частных институтов была развернута структурированная колонизация, направленная на многопрофильное земледелие и разведение мелкого скота^[52][53][47].

После начала революции в октябре 1930 года, уже 5-го числа того же месяца её сторонники при помощи военных сил взяли власть в штате, установили временный режим и сменили представителей власти во внутренних районах^[54][55]. Государственные финансы находились в полной нестабильности, а экономика переживала трудности^[56][54]. Также существовала серьёзная проблема пустующих государственных земель^[57][56]. Генерал Марио Тоуринью, первый интервентор, был сменён у власти Мануэлом Рибасом^{[56][54][58][59]}. Последний, избранный в 1935 году, был назначен интервентором режимом Нового государства в 1937 году и оставался на посту до 1945 года^{[56][54][58][60][54]}. Мануэл Рибас был верным союзником администрации Варгаса и отличился реализацией важных проектов. Среди них: переоснащение порта Паранагуа, строительство бумажной фабрики Klabin, создание дороги Эстрада-ду-Серни, а также строительство автомагистралей, соединивших города штата, и улучшение систем образования и здравоохранения. Рибас также допустил создание Федеральной территории Игуасу, выделенной из западной и юго-западной частей Параны^[61].

В 1943 году президент Жетулиу Варгас посетил стройплощадку бумажной фабрики Klabin (подразделение Монте-Алегри) в Телемаку-Борба, а в 1946 году завод начал свою работу^[62]. В 1953 году президент Жетулиу Варгас вернулся в Парану, чтобы открыть гидроэлектростанцию имени Президента Варгаса, построенную и управляемую компанией Klabin^[63][64].

В конце 1950-х годов произошла Восстание поселенцев (или Восстание поссейру), в ходе которого колонисты выступили против серьёзных проблем колонизации юго-западного региона. Это привело к конфликтам между фактическими владельцами земель (поссейру), компаниями-захватчиками земель («грилейру») и федеральным правительством, а также властями штата. К 1960-м годам все регионы Параны уже были колонизированы^[65], однако в процессе колонизации, наряду с фермерами, приобретавшими один или несколько участков, сохранялась фигура «поссейру» (posseiro)^[65]., который обосновывался на земле, считая её государственной или бесхозной^[60]. Начала развиваться теневая торговля землей, участились случаи захвата участков лицами, не являющимися собственниками, и «грилажем» (незаконное присвоение земель) в более крупных масштабах. Таким образом, этот период также был отмечен борьбой и аграрными конфликтами, которые продолжались на протяжении всей второй половины XX века, не найдя окончательного решения в ходе экономического и социального прогресса^[60].

В то время как правительство штата стремилось превратить Парану в сельскохозяйственную житницу Бразилии и в компетентного производителя древесины, способного проводить масштабные лесовосстановительные работы, земельные споры не только продолжались, но и участились. Более ста миллионов мелких фермеров и безземельных сельских рабочих создали волну исхода из сельской местности, что привело к депопуляции примерно в пятидесяти муниципалитетах^[66]. Эти эмигранты переселялись в основном в Центрально-западный регион и в Амазонию, принося с собой свои методы производства^[67].

В начале 1960-х годов Парана сильно пострадала от засухи, сухой погоды и заморозков. В этот период штат концентрировал около 50 % национального производства кофе. В общей сложности под кофейные плантации было занято 1,8 миллиона гектаров, а средний урожай составлял 20 миллионов мешков^[68][69]. В 1963 году в Паране произошел крупный лесной пожар, один из крупнейших пожаров в Бразилии в XX веке^[70]. Огонь уничтожил около 10 % территории штата, 8 тысяч строений в 128 муниципалитетах и унес жизни более 100 человек^{[71][72][73][74][75][76]}. После этого бедствия в Паране началась работа по предотвращению пожаров, что привело к созданию образцовой системы мониторинга и оповещения. Также началась диверсификация сельскохозяйственных культур, которая значительно ускорилась после 1975 года, в том числе благодаря механизации сельского хозяйства^[69].

Также в 1960-х годах была введена в эксплуатацию Теплоэлектростанция Фигейра^[77]. Это единственная ТЭС в штате, работающая исключительно на ископаемом угле. Данная инициатива была направлена на удовлетворение спроса на энергию в регионе и освоение угольных шахт в месторождениях основного угольного бассейна Параны^[77].

1975 год стал знаковым в истории штата. Зимой на территорию Параны вторглась мощная масса полярного воздуха^[68]. В том году в штате были зафиксированы экстремально низкие температуры, в том числе сильный снегопад в Куритибе. Ранним утром 18 июля 1975 года произошло явление, известное как «черная изморозь» (geada negra). В строгом смысле это не заморозки, а атмосферное условие, вызывающее замерзание внутренней части растения (сока), из-за чего оно чернеет, выглядит обожженным и погибает. Последствия для сельского хозяйства были катастрофическими: посевы были уничтожены, особенно пострадало всё производство кофе. Для экономики штата это обернулось неисчислимыми потерями, спровоцировав глубокую экономическую рецессию в Паране^[68][69].

В период между 1960-ми и 1970-ми годами в сельском хозяйстве площади под посевы сои увеличились на тридцать процентов, вытесняя другие культуры, такие как кофе^[66]. В то же время значительные успехи наблюдались в промышленном секторе: так, в 1976 году в Куритибе было открыто производство автобусов и грузовиков^[78], а в 1977 году начал работу нефтеперерабатывающий завод имени президента Жетулиу Варгаса. Тогда же были внедрены первые важные преобразования, сделавшие столицу Параны эталоном новых урбанистических решений: был проложен первый участок городских велодорожек и создана система экспресс-автобусов^[79][80][66].

Однако участились требования о возврате земель, в том числе в индейских резервациях, а также обвинения в серьёзном экологическом ущербе, вызванном растущим количеством плотин для строительства гидроэлектростанций на реках Игуасу, Паранапанема, Капивари и Парана^[66]. В 1980 году урожай сои достиг отметки 2500 кг с гектара, что превысило рекорд США, установленный к тому времени,^[81]. в то время как по производству пшеницы Парана вышла на первое место в стране, обеспечивая 57 % всех посевов в Бразилии^[66].

В 1982 году исчезновение водопада Сети-Кедас, вызванное необходимостью создания огромного водохранилища для плотины Итайпу, спровоцировало мощное протестное движение^[82][66]. Также в середине 1990-х годов обострилась земельная проблема, сопровождавшаяся столкновениями и протестами безземельных крестьян^[67] .В последние годы XX века штат Парана демонстрировал отличные социально-экономические показатели, характеризующиеся демографической стабильностью и инновациями в аграрном и промышленном секторах; особо выделялось открытие в штате заводов по производству автомобилей, в то время как экономика Параны стремилась использовать возможности, предоставляемые Южноамериканским общим рынком^[66].

В 2000 году, помимо продолжения проекта сельских поселений (vilas rurais), правительство участвовало в официальном открытии нового аэропорта Маринги, инвестиции в который составили 22,4 миллиона реалов. Также в это время открылись еще два предприятия электротехнического кластера в Пату-Бранку (завод по сборке программного обеспечения CPM и второе производство компании Hosonic Industrial do Brasil), оба — на базе Центра промышленных технологий Юго-запада Параны (Cetis). Однако популярность губернатора Жайме Лернера из Партии либерального фронта (PFL) в 2000 году значительно снизилась из-за обвинений в коррупции в лизинговой компании Банка штата Парана (Banestado), импичмента его соратника Антониу Белинати, отстраненного от должности префекта Лондрины, и отрицательного сальдо государственных счетов штата^[83].

После долгой судебной войны с противниками денационализации, администрация штата всё же продала Banestado с прибылью 302,81 %. Банк Itaú, конкурировавший на аукционе с Bradesco и Unibanco, приобрел бывший банк штата в октябре за 1,625 миллиарда реалов. По мнению региональной исполнительной власти, столь высокая прибыль стала результатом процесса финансового оздоровления («чистки»), которому банк подвергся перед продажей^[83].

29 октября 2000 года на одних из самых конкурентных выборов в истории столицы штата, сопровождавшихся взаимными обвинениями и судебными жалобами, Кассио Танигути (PFL) был переизбран на пост префекта Куритибы, набрав 51,48 % действительных голосов против 48,52 % у кандидата от Партии трудящихся (PT) Анжело Ванхони. Эту победу бурно праздновал губернатор Жайме Лернер — политический наставник Танигути, сохранивший таким образом важную точку опоры для правительства штата, хотя почти четыреста тысяч голосов, полученных кандидатом от PT, свидетельствовали о серьёзных изменениях в электоральном ландшафте столицы Параны^[83].

В 2001 году Парана впервые заняла четвёртое место в рейтинге самых конкурентоспособных штатов, обогнав Риу-Гранди-ду-Сул. Она уступила только Сан-Паулу, Рио-де-Жанейро и Минас-Жерайс. Консалтинговая компания Simonsen Associados составила этот список на основе 98 факторов капитала и экономической инфраструктуры. Успех Параны был обусловлен развитием её инфраструктуры, поскольку её валовой внутренний продукт по-прежнему оставался ниже, чем у Риу-Гранди-ду-Сул: сорок миллиардов долларов против 43 миллиардов долларов^[84].

Несмотря на то, что ВВП Параны уступал показателям Гаушу, её доля в общебразильском ВВП неуклонно росла начиная с 1994 года. По мнению экспертов, это развитие стало следствием следующих причин: промышленных инвестиций, особенно в автомобилестроение; развития сельского хозяйства при значительном участии кооперативов; финансовых вложений в инфраструктуру, включая расширение сетей электроснабжения, связи и транспорта; а также модернизации портов и аэропортов и строительства мостов, соединяющих штат с Центрально-западным регионом Бразилии^[84].

Согласно данным Министерства финансов штата Парана, в первом полугодии 2001 года в штате зафиксирован реальный рост сборов налога на обращение товаров и услуг (ICMS) на 9 %. Парана, собравшая 1,9 миллиарда реалов за первые шесть месяцев 2000 года, получила 2,2 миллиарда реалов в первом полугодии 2001 года. С конца 2000 года автопроизводители, обосновавшиеся в штате, начали выплачивать ICMS, уплата которого ранее была отсрочена в рамках налоговых льгот. Официальные данные позволяют полагать, что общий объем сборов в 2001 году достигнет 4,8 миллиарда реалов^[84].

Внешние продажи Параны за первые девять месяцев 2001 года достигли четырёх миллиардов долларов, что на 24 % больше показателя, зафиксированного за тот же период 2000 года, согласно данным Министерства развития, промышленности и торговли^[84]. Экспорт Параны за аналогичный период 2000 года составил 3,2 миллиарда долларов. Рост, зафиксированный по итогам 2001 года, оказался в три раза выше среднего по Бразилии, который составил 7 %. Среди продуктов, внесших наибольший вклад в этот результат, — соя, соевый шрот и масло, автомобили, кукуруза и мясо птицы. Хотя соя по-прежнему лидирует в списке экспортных товаров, автомобили стали продуктом с самым высоким темпом роста среди десяти основных позиций экспорта^[84].

В 2001 году урожай сои в Паране достиг рекордного показателя — 4,2 тонны с гектара. Удовлетворенные доходностью, производители сои обеспечили быстрый прогресс в посевной кампании урожая 2001/2002 годов. Около 105 000 гектаров — что соответствует 3,5 % от общей площади в 3 миллиона гектаров — были засеяны к октябрю 2001 года, согласно данным Министерства сельского хозяйства и продовольствия штата (Seab)^[84].

Несмотря на намерение правительства штата продать компанию Companhia Paranaense de Energia, два аукциона, запланированные для этой цели, не состоялись из-за отсутствия претендентов. В обоих случаях группы, прошедшие предварительную квалификацию для участия в торгах, не внесли залог в размере 400 миллионов реалов. Кроме того, наблюдалось сильное социальное и политическое напряжение в связи с денационализацией Copel. Правительство рассчитывало использовать капитал, полученный от продажи, для покрытия дефицита государственного пенсионного фонда, составлявшего 100 миллионов реалов в месяц. В связи с отменой второго аукциона власти начали рассматривать два варианта: объявить новый период предварительной квалификации или продавать компанию по частям, а не единым блоком, что позволило бы снизить минимальную цену предложения в 5 миллиардов реалов^[84].

В политической сфере одним из самых заметных событий стало обвинение в использовании «второй кассы» (неофициального фонда) в ходе кампании по переизбранию префекта Куритибы Кассио Танигути. Префект заявил в Региональный избирательный суд, что его кампания обошлась в 3,1 миллиона реалов, однако в 2001 году в СМИ появилась информация об обнаружении параллельной кассовой книги, согласно которой расходы составили около 32,9 миллионов реалов. Экспертное заключение Гражданской полиции подтвердило подлинность части документов, но префект не признал достоверность документации и потребовал проведения новой экспертизы^[84].

В 2002 году исход избирательной гонки за пост губернатора Параны определился только во втором туре победой сенатора Роберту Рекиана из Партии бразильского демократического движения (PMDB). Рекиан набрал 55,2 % действительных голосов, а Алвару Диас из Демократической рабочей партии (PDT) — 44,8 %. Избранный губернатор немедленно назначил двух новых секретарей: своего брата Маурисиу Рекиана — на пост секретаря по вопросам образования, и напарника по предвыборному списку, депутата штата Орланду Пессути — на пост секретаря по сельскому хозяйству. В Федеральный сенат были избраны Осмар Диас (PDT) и Флавиу Арнс из Партии трудящихся (PT)^[85].

Сектор агробизнеса обеспечил положительные показатели экономики. В августе объем промышленного производства вырос на 3,2 % по сравнению с тем же периодом предыдущего года, что значительно выше среднего национального показателя в 0,9 %. Самый высокий положительный результат в августе по отношению к августу 2001 года показал сектор машиностроения (52,4 %), главным образом за счет производства автоматических машин для мойки и обслуживания автомобилей, а также сельскохозяйственных комбайнов. Вследствие роста переработки соевого шрота пищевой сектор в августе расширился на 5 % после спада на 1,7 % в июле. Транспортное оборудование оказало наибольшее негативное влияние на месячный итог, показав падение на −24,5 %. Официальная занятость в первом полугодии выросла на 1,17 %, что привело к созданию 16 998 новых рабочих мест. Сельское хозяйство и пищевая промышленность стали секторами, внесшими наибольший вклад в создание рабочих мест^[85].

В первой половине года экономическая деятельность выиграла от мер в различных областях. Самым динамичным был сектор агробизнеса. При поддержке Регионального банка развития крайнего юга (BRDE), который распределяет ресурсы Национального банка экономического и социального развития (BNDES), компания Global Grain, владелец мельницы Santo André, инвестировала двадцать миллионов долларов в строительство мукомольного завода в городе Понта-Гросса. Строительство началось во второй половине года, чтобы мельница начала работу в 2003 году. Выбор пал на этот штат, так как он является основным производителем пшеницы в Бразилии и соседствует с важными центрами потребления. Выбор места строительства также был продиктован стратегией снижения затрат — завод примыкает к железной дороге, контролируемой компанией América Latina Logística, что сократит транспортные расходы на 30 %^[85].

Кооператив производителей кофе и животноводов Маринги (Cocamar) инвестировал пятнадцать миллионов реалов в создание трёх новых промышленных подразделений, которые также должны были начать работу в 2003 году, создав 80 прямых рабочих мест. Одно из них будет производить кетчуп, майонез и горчицу; на двух других будут выпускаться фруктовые соки и напитки на основе сои. Ожидаемая выручка составляет шестьдесят миллионов реалов. Смешанный сельскохозяйственный кооператив Рондон (Copagril) открыл птицеводческую бойню с инвестициями в 21,5 миллиона реалов. На первом этапе проекта планировался убой восьмидесяти тысяч птиц в день; на втором этапе это число возрастет до 150 000 птиц в день. Работая в девяти муниципалитетах Параны и семи муниципалитетах Мату-Гросу-ду-Сул, Copagril прогнозировала выручку выше, чем в 2001 году^[85].

Agribands, американская транснациональная компания по продаже кормов, вложила 10 миллионов реалов в строительство завода по производству добавок и ветеринарных препаратов для птицеводства, свиноводства, скотоводства и рыбоводства в Каскавеле. Компания создала более ста прямых и около трёхсот косвенных рабочих мест. Компания Parmalat открыла пункт сбора молока в Нова-Санта-Роза, в 85 км от Каскавела^[86]. Предприятие, которое принимает и охлаждает молоко, перерабатываемое на месте, обеспечило поставки на перерабатывающие заводы и создало более пятисот прямых и косвенных рабочих мест. Смешанный сельскохозяйственный кооператив Вали-ду-Пикири (в то время Coopervale, а ныне C.Vale) инвестировал десять миллионов реалов в новый завод на западе Параны, создав 66 прямых рабочих мест. Это промышленное подразделение, одно из самых инновационных в Бразилии, производит маниоковый крахмал и перерабатывает урожай пятисот местных фермеров. Соглашение с сетью ресторанов McDonald’s о поставках куриного мяса для европейских торговых точек было заключено агропромышленным кооперативом Lar. Кооператив ежемесячно продавал 250 тонн куриных грудок с прогнозом роста до семисот тонн. В 2002 году он экспортировал около 55 % своей продукции в Японию, Гонконг и Европейский союз^[85].

В инфраструктурном секторе Global Telecom расширила зону покрытия мобильной связи, а частные компании инвестировали тридцать миллионов реалов в расширение зоны погрузки порта Паранагуа с установкой Западного экспортного коридора, который должен был быть введен в эксплуатацию в первом полугодии 2003 года. Кроме того, контейнерный терминал Паранагуа (TCP) вложил тридцать миллионов в строительство около 170 метров причальной стенки. Petrobras направила 150 миллионов реалов на строительство установки, предназначенной для снижения содержания серы в дизельном топливе. С 2003 года содержание серы в дизельном топливе должно было составить 0,05 %, что ниже уровней, требовавшихся законодательством того времени (0,20 %)^[85].

Также выделялись: автомобильная промышленность — с началом производства пикапа Frontier японской транснациональной корпорацией Nissan; текстильная промышленность — со строительством новой фабрики VF do Brasil (дочерней компании американской Vanity Fair) в партнерстве с паранской текстильной фабрикой Scozy для производства джинсов Lee & Wrangler в муниципалитете Сикейра-Кампус (инвестиции оценивались в 1,5 миллиона реалов с созданием пятисот прямых рабочих мест). Новое промышленное предприятие было возведено в Ибема, в одноимённом муниципалитете, в результате инвестиций в размере девяноста миллионов реалов, что обеспечило сто новых рабочих мест^[85].

Парана начала 2003 год со вступления в должность губернатора Роберту Рекиана из Партии бразильского демократического движения (PMDB). Губернатор основал программу «Bom Emprego» (Хорошая работа), целью которой было ускорение индустриализации в Паране, укрепление экономики штата и создание новых рабочих мест. Другая программа ввела специальный режим взимания налога на обращение товаров и услуг (ICMS) для компаний-потребителей электроэнергии, соответствующих определённым нормам. Предложение исполнительной власти штата заключалось в расширении и продвижении индустриализации во внутренние районы Параны путем предоставления льгот промышленным предприятиям, планам развития и укрепления. Основными бенефициарами этой политики исполнительной власти штата должны были стать муниципалитеты с населением менее 5 тысяч человек. Коммерческие предприятия, решившие инвестировать средства во внутренние районы, могли получить отсрочку по уплате до 99 % ICMS. Согласно данным, опубликованным Министерством труда, в период с января по июль в Паране было создано 63 519 официальных рабочих мест^[87].

В июне в Паране открылся первый завод по производству мини- и микроавтобусов — Mascarello; предприятие, созданное в Каскавеле, привлекло инвестиции в размере двадцати миллионов реалов. Завод нацелен на создание шестисот прямых и 480 косвенных рабочих мест на начальном этапе производства. Новый промышленный парк Каскавела обладает потенциалом для размещения 37 компаний из различных отраслей, что должно обеспечить создание более 5 тысяч новых вакансий^[87].

В 2004 году Парана столкнулась с финансовыми потерями в агропромышленном секторе из-за отсутствия дождей в первые месяцы года в крупнейших регионах выращивания хлопца-сырца. Исполнительная власть подсчитала, что урожай сократился со 103 тысяч до 95 тысяч тонн, что принесло фермерам экономические убытки в размере около 10 миллионов реалов только за первые месяцы года. Тем не менее, в последнюю неделю февраля крупнейший агропромышленный кооператив Латинской Америки, Coamo Agroindustrial Cooperativa, распределил между своими 18 тысячами членов прибыль в размере 73 миллионов реалов, полученную в 2003 году. Выгоду получили муниципалитет Кампу-Моран, где находится штаб-квартира кооператива, и еще пятьдесят муниципалитетов штата, в которых сосредоточена торговля и рабочие места. Этот доход стал результатом успешных экспортных продаж зерна^[88].

Несмотря на огромные доходы от сои, летний урожай кукурузы принес экономические потери. Убытки были вызваны продолжительной засухой в начале посевной, заморозками, а затем обильными дождями в конце цикла. Первоначальный прогноз составлял 4,23 миллиарда тонн, однако в июле штат сообщил о сборе лишь 3,64 миллиона^[88].

В марте запрет на выращивание трансгенных культур в штате создал проблемы для местной исполнительной власти. Несмотря на то, что это было разрешено федеральным правительством, в Паране такая деятельность была под запретом. Данная тема вызвала противостояние между министром сельского хозяйства Бразилии Роберту Родригесом и губернатором Роберту Рекианом, который подал иск против министра, обвинив его в административных правонарушениях. Губернатор направил письмо президенту Луису Инасиу Луле да Силве, в котором утверждал, что Родригес отказывается предоставить список фермеров штата, получивших разрешение на посадку трансгенной сои, и тем самым мешает Паране получить статус «зоны, свободной от ГМО»^[88].

Региональный запрет на посадку и экспорт трансгенной сои через Порт Паранагуа привел к тому, что парагвайские экспортёры сократили грузопоток через порт Параны с 30 тысяч тонн в 2003 году до всего лишь 5 тысяч тонн в 2004 году^[88].

В марте штат столкнулся с пятидневной забастовкой в порту Паранагуа, крупнейшем экспортном коридоре для зерновых в Бразилии. Протест, инициированный союзами операторов и морских агентов, сорвал экспорт 105 000 тонн продукции; 46 судов остались в ожидании погрузки. Администрация порта, |дальнобойщики и портовые рабочие выступили против действий профсоюзов, критиковавших руководство порта, которое возглавлял брат губернатора — Эдуарду Рекиан^[88].

Профсоюзы поддержали вмешательство бразильского правительства, в то время как губернатор обвинил их в использовании забастовки как попытки форсировать приватизацию порта. Забастовка привела к образованию очереди из 6 тысяч грузовиков вдоль трассы BR-277, что затронуло городскую черту Куритибы. Экономические потери от остановки работ достигли 23 миллионов реалов — такова сумма компенсации, выплаченной экспортёрами и государственными операторами водителям грузовиков, застрявшим в очереди из-за забастовки^[88].

Порт снова оказался в центре внимания 16 ноября, когда судно BTG Vicuña под чилийским флагом, перевозившее 14,26 миллиона литров метанола, взорвалось, что привело к гибели четырёх человек и разливу нефти на протяжении более 20 км. В результате загрязнения рыбная ловля в бухте Паранагуа была запрещена, что затронуло около 3 тысяч рыбаков^[88].

Парана стала местом одного из крупнейших провалов федерального правительства в ходе муниципальных выборов 2004 года. Ранее доминировавшая в крупнейших мэриях штата, Партия трудящихся (PT) потерпела поражение в таких ключевых городах, как Куритиба и Маринга. Победа Бету Риши из Партии бразильской социальной демократии (PSDB) во втором туре выборов префекта Куритибы стала неудачей и для губернатора штата. Риша был избран, получив более 50 % голосов против 45 % у Анжело Ванхони (PT). Рекиан поддерживал кандидата от PT и за неделю до выборов временно оставил руководство исполнительной властью, чтобы агитировать за победу Ванхони. Одним из немногих городов, где PT сохранила власть, стала Лондрина, где Недсон Микелетти одержал победу над бывшим отстраненным префектом Антониу Белинати из Социально-либеральной партии (PSL)^[88].

В 2005 году для защиты своего поголовья от эпидемии ящура, поразившей стада крупного рогатого скота в Мату-Гросу-ду-Сул в октябре, исполнительная власть Параны установила санитарный барьер на трассе BR-478, более чем в 12 км от границы с Мату-Гросу-ду-Сул и в 120 км от города Элдораду (MS), где был выявлен очаг вспышки. При въезде в Парану все легковые и грузовые автомобили, проезжавшие через муниципалитеты Элдораду, Итакираи, Игуатеми, Мунду-Нову и Жапоран, подвергались обработке раствором лимонной кислоты и йода: опрыскивались колеса, днище и шины. Эта «вакцинация» автомобилей была введена по распоряжению властей Параны сразу после того, как наличие очага ящура было подтверждено Министерством сельского хозяйства. В середине октября власти штата расширили запрет на ввоз животных, продуктов из говядины и молочных продуктов, который ранее касался только Мату-Гросу-ду-Сул, на все субъекты федерации Бразилии и сопредельные суверенные государства, прежде всего на Сан-Паулу, Минас-Жерайс, Парагвай и Аргентину^[89].

Несмотря на все меры предосторожности, 21 октября было объявлено об обнаружении хозяйств, где скот находился под угрозой заражения ящуром. По словам секретаря штата по сельскому хозяйству Орланду Пессути, признаки заболевания проявились у девятнадцати животных на фермах севера и северо-запада штата: у одного животного в Маринге, у трёх в Лоанде, у трёх в Амапоране и у двенадцати в хозяйстве в Грандис-Риус, в 358 км к северо-западу от Куритибы. Выяснилось, что все ввезенные животные были родом из Элдораду и участвовали в международной сельскохозяйственной выставке Eurozebu в Лондрине в начале октября. Однако, согласно заключению специалистов штата, посетивших фермы, принявшие купленный на выставке скот, в восьми из них никаких признаков болезни не было. Подтверждение эпидемии в Элдораду привело к превентивной блокировке сорока ферм в Паране, которые принимали скот из Мату-Гросу-ду-Сул в течение последних шестидесяти дней. Всего в штате насчитывается более 8,6 миллионов голов крупного рогатого скота^[89].

Секретарь по вопросам городского развития Ренату Адур представил в декабре отчёт об инвестициях, сделанных исполнительной властью штата в муниципальные программы, общая сумма которых за два года составила 752 миллиона реалов: 307 миллионов в 2004 году на 1 056 проектов, таких как детские сады, площади, библиотеки, медицинские пункты и прокладка ливневых канализаций; и 445 миллионов реалов в 2005 году на строительство в 399 муниципалитетах Параны^[89].

Муниципалитет Фос-ду-Игуасу отпраздновал достижение отметки в один миллион посетителей национального парка Игуасу. Три года назад количество туристов было в три раза меньше^[89].

Роберту Рекиан де Мелло-и-Силва из Партии бразильского демократического движения (PMDB) был переизбран губернатором, набрав 50,10 % действительных голосов против 49,90 % у Осмара Диаса из Демократической рабочей партии (PDT). Имея образование в области юридических наук и коммуникаций, Рекиан прошел успешный политический путь. Он был депутатом штата (1983—1985), префектом Куритибы (1986—1989), |секретарем по городскому развитию Параны (1989—1990), губернатором Параны (1991—1994 и 2003—2006) и сенатором (1994—2002)^[90].

Парана пережила самую сильную засуху с 2003 года, согласно данным Управления по развитию водных ресурсов и экологической санитарии (Suderhsa), которое отслеживает сток рек и количество осадков. На измерительной станции рядом с водопадами Игуасу расход воды составил 250 м³/с, что составляет лишь 16 % от среднего показателя в 1551,95 м³/с. Засуха вынудила Гражданскую оборону объявить чрезвычайное положение в 42 муниципалитетах. Кооперативы Параны столкнулись с убытками, оцениваемыми более чем в 100 миллионов реалов, из-за сокращения урожая пшеницы и кукурузы «сафринья» (второго урожая), вызванного засухой. Согласно предоставленной информации, падение урожайности пшеницы достигло 16 %^[90].

Вслед за убытками от засухи заморозки также начали приносить потери фермерам в некоторых регионах Параны. В Палмасе, городе, расположенном на крайнем юге в 370 км от столицы, пострадало производство фруктов и овощей. Из шести тонн клубники, которые аграрии рассчитывали собрать, 20 % были уничтожены заморозками^[90].

Штатный совет по здоровью животных (Conesa), состоящий из представителей агробизнеса Параны, в январе принял решение провести убой 1800 животных на ферме Кашуэйра, расположенной в муниципалитете Сан-Себастьян-да-Аморейра на севере Параны. Министерство сельского хозяйства заявило об обнаружении очага ящура в этом месте, однако правительство Параны отрицало этот факт. На ферме Флор-ду-Кафе в марте был произведен убой 84 животных, находившихся под угрозой заражения ящуром, в Бела-Виста-ду-Параизу, также на севере Параны^[90].

В октябре Министерство сельского хозяйства, животноводства и снабжения объявило Парану регионом, свободным от ящура. Благодаря этой новости фермы вернулись к работе по разведению и доращиванию, продаже и убою скота^[90].

Подтверждение Министерством сельского хозяйства, животноводства и снабжения в июле случая болезни Ньюкасла у домашней птицы в приусадебном хозяйстве в муниципалитете Вали-Реал (RS) заставило исполнительную власть Параны усилить патрулирование на границе с этим штатом^[90].

Представители правительств Параны и Венесуэлы обнародовали ряд планов действий, которые обсуждались на встрече президента Венесуэлы с губернатором Параны. Большая часть из них касалась технической помощи и передачи технологий из Параны венесуэльским штатам и федеральному правительству этой страны, а также соглашений между компаниями Параны и Венесуэлы. По данным Секретариата промышленности, торговли и по делам Меркосур и Федерации промышленников Параны, объем инвестиций должен был превысить 300 миллионов долларов^[90].

Сейсмологическая обсерватория Университета Бразилиа классифицировала подземные толчки, произошедшие в январе в регионе Кампус-Жерайс, как одно из тринадцати крупнейших землетрясений, случившихся в штате за последние сто лет. Толчки достигли силы 4,7 балла по шкале Рихтера, а их эпицентр находился в районе города Телемаку-Борба^[90].

Основание Университета Меркосур было согласовано в июле министрами образования Бразилии и Аргентины. Учебное заведение должно было включать кампусы в обоих суверенных государствах и быть двуязычным. Его первое высшее учебное заведение должно было открыться в Фос-ду-Игуасу, в Технологическом парке Итайпу, а позже филиалы должны были появиться в Сан-Боржа (RS) и Шапеко (SC)^[90].

В январе 2007 года Роберту Рекиан вступил в должность на свой второй беспрерывный срок (и третий в общей сложности) в качестве губернатора Параны^[91]. Во время церемонии инаугурации он негативно отозвался о том, как СМИ освещали избирательную кампанию, и объявил о прекращении выделения рекламных средств крупнейшим средствам массовой информации в период своего правления^[92][93].

В августе президент Лула прибыл в Парану и объявил о выделении ресурсов в рамках Программы ускорения роста (PAC)^[94][95]. Презентация состоялась в районе Гуаритуба муниципалитета Пиракуара, где велись крупнейшие в Паране работы по урбанизации, частично финансируемые PAC. Проект «Новая Гуаритуба» должен был улучшить условия жизни местного населения при сохранении региона, который обеспечивает 75 % потребления воды в агломерации Куритибы^[96][93].

Президент объявил о выделении 4,75 млрд реалов на нефтепереработку, нефтехимию и биодизель на нефтеперерабатывающем заводе Repar. Из них 150 млн реалов будут направлены на производство биодизеля, а к 2008 году планировалось построить еще четыре завода. В транспортном секторе 150 млн реалов будут использованы для восстановления русел в порту Паранагуа, расширения железнодорожной сети на западе штата, строительства второго моста через реку Парагвай и работ в международном аэропорту Куритибы^[93].

Федеральное правительство рассчитывало выделить 2,5 млрд реалов на производство и транспортировку энергии, при этом 2,24 млрд реалов должны были пойти на строительство шести гидроэлектростанций в штате. Программа PAC предусматривала вложение 4,75 млрд реалов в нефтепереработку, нефтехимию и производство растительных масел^[93].

Согласно данным Учёта населения 2007 года, проведенного IBGE, численность жителей Параны превысила отметку в десять миллионов человек. Исследование охватило 391 из 399 муниципалитетов Параны, и по расчетам численность населения составила 10 155 274 жителя. Муниципалитетом с самым высоким темпом роста со времен переписи 2000 года стал Сан-Жозе-дус-Пиньяйс, население которого увеличилось с 204 тысяч до 261 тысячи жителей^[97][93].

В июле семьдесят семей из движения Виа Кампесина выполнили судебное решение о возврате имущества и освободили экспериментальную станцию швейцарской транснациональной корпорации Syngenta Seeds в Санта-Тереза-ду-Уэсти после почти года ее удержания (оккупация началась в марте 2006 года). Захватывая этот объект, группа объясняла свои действия тем, что владение находится в буферной зоне национального парка Игуасу, и по этой причине там нельзя высаживать трансгенные культуры^[98]. Ранее, в ноябре, губернатор издал указ об экспроприации собственности, однако этот указ был аннулирован Судом штата Парана, который признал его неконституционным^[93].

В январе исполнительная власть штата пригрозила запретить ввоз животного белка из Риу-Гранди-ду-Сул и Санта-Катарины в ответ на ограничения, введенные этими штатами против мясной продукции из Параны. Эмбарго началось после подозрений, что очаги ящура в Мату-Гросу-ду-Сул могли затронуть поголовье в Паране. Позже Санта-Катарина отменила запрет и разрешила продажу паранского мяса в супермаркетах и мясных лавках^[99][93].

Удовлетворив частично ходатайство Прокуратуры Параны, Федеральный суд запретил губернатору Роберту Рекиану использовать программу «Школа государственного управления» (Escola de Governo), выходящую на государственном канале TV Educativa, для самопиара и негативных высказываний в адрес оппонентов. Губернатор назвал это решение «предварительной цензурой», и в следующем выпуске программы вместо речи губернатора транслировалось слово «цензура» («censurado»)^[100][101].

Вследствие этого Федеральный суд принял решение наложить на Рекиана штраф в размере 50 тысяч реалов и обязал телеканал TV Educativa в течение одного дня показать 15-минутное опровержение, опубликованное Ассоциацией федеральных судей Бразилии (Ajufe). В тексте заявления утверждалось, что Рекиан «глумится» над правосудием^[102]. В ответ на это губернатор решил приостановить вещание и транслировать только данное сообщение, сопроводив его своей репликой сразу после показа. Инцидент привел к увольнению генерального прокурора Параны Жозелии Бролиани^[103][101].

В Паране заболеваемость лихорадкой Денге снизилась на 98,5%. К апрелю было подтверждено всего 314 случаев против 27,7 тысяч в 2007 году. Секретариат здравоохранения зарегистрировал одну смерть от этой болезни в случае, когда пациент уже был крайне слаб. В апреле в Ларанжале были подтверждены два случая местной жёлтой лихорадки, один из которых закончился летальным исходом^[104][101].

Сын императора Японии, принц Нарухито, посетил север Параны в ходе празднования столетия японской иммиграции. Более 75 тысяч человек следили за прибытием принца в Роландию, где он заложил первый камень в основание будущего парка. Принц также посетил по программе Марингу и Лондрину^{[105][106][101]}.

В октябре IBGE (Бразильский институт географии и статистики) подтвердил очередной рекордный урожай в Паране, составивший 31,54 млн тонн зерновых. Предыдущий рекорд был зафиксирован в 2003 году и составлял 30,33 млн тонн. Особенно выделились показатели по пшенице (на 55% выше, чем в 2007 году) и кофе (рост на 54%). Урожай сои стал рекордным и составил 11,9 млн тонн, что эквивалентно 19,9% от общебразильского производства. В 2007 году Парана обошла Мату-Гросу, став крупнейшим производителем зерна в Бразилии с долей в 21,8% от общего объема культивации^{[107][108][109]}.

Темпы роста промышленного производства в Паране за первые семь месяцев года составили 11,8% по сравнению с тем же периодом прошлого года, что стало одним из самых высоких показателей в Бразилии. Лидирующими отраслями стали автомобилестроение (34,6%), печать и издательское дело (33,3%), производство машин и оборудования (14,3%), а также бумажная и целлюлозная промышленность (15,3%). Сокращение добычи аммиака негативно сказалось на секторе химической продукции, показатели которого снизились на 10,3%^[101].

В сентябре в Гуаире, муниципалитете на границе Бразилии и Парагвая, в результате массового убийства погибли пятнадцать человек. Преступники прибыли по реке Парагвай и скрылись в сопредельном государстве. Полиция сообщила, что причиной стала вражда между преступными группировками. Это массовое убийство стало самым кровавым в истории штата^{[110][111][112][101]}.

В апреле 2008 года приходской священник Аделир Антониу ди Карли из Паранагуа исчез после того, как поднялся в воздух на более чем тысяче воздушных шаров, наполненных гелием. Священнослужитель стремился побить рекорд полета на праздничных шарах и привлечь внимание к деятельности «Дорожной пастыри» — социальной службы, ориентированной на дальнобойщиков. Однако неблагоприятные погодные условия унесли ди Карли в Атлантический океан, где он пропал у побережья штата Санта-Катарина. Тело священника было найдено в июле недалеко от Марики, в штате Рио-де-Жанейро^{[113][114][115][116][114][117][118][119][120][121][101]}.

Автомобильный сектор Параны пострадал от экономического кризиса. Также в октябре компания Volkswagen предоставила десятидневный коллективный отпуск сотрудникам промышленного предприятия в Сан-Жозе-дус-Пиньяйс, расположенного в Большой Куритибе. Согласно прогнозу союза работодателей, заводы могли уволить до пяти тысяч рабочих, если бы рынок не продемонстрировал признаки восстановления^[122][101].

Данные Бразильской ассоциации семян и саженцев (Abrasem) показывают, что доля трансгенных семян сои в урожае 2008/2009 года в штате составила 44%. В октябре 2008 года швейцарская транснациональная корпорация Syngenta Seeds передала в собственность исполнительной власти штата владение на западе Параны, которое ранее было местом захвата Движением безземельных сельских работников (MST). Исполнительная власть должна была использовать этот участок в качестве экспериментального центра агроэкологии^{[123][124][125]}.

Префект Куритибы Бету Риша (PSDB) был переизбран, показав лучший результат в Бразилии среди мэров, выбранных населением в первом туре. Риша получил 778 154 голоса, что составило 77,27% от общего числа действительных голосов. Это по-прежнему самый высокий результат, когда-либо набранный кандидатом в истории Куритибы (был побит собственный рекорд Риши 2004 года), и самый значительный в процентном соотношении, превзошедший результат Жайме Лернера, который победил с 57% голосов в 1988 году. Глейси Хоффманн (PT) осталась на втором месте с 18,17%, отстав примерно на 600 тысяч голосов. Электоральные исследования, публиковавшиеся с июля до дня, предшествующего выборам, показывали, что намерение проголосовать за действующего префекта в среднем превышало 70%^{[126][127][101]}.

Результат выборов стал следствием чрезвычайно высокого рейтинга префекта^[101]. Исследование института Datafolha показало, что Бету Риша был самым популярным мэром среди восьми крупнейших городов Бразилии^[128][129]. Другой причиной было отсутствие сильных кандидатов на фоне упадка PT (Партии трудящихся) и слабых показателей PMDB. Занявший третье место Карлос Морейра (PMDB), которого поддерживал губернатор Параны Роберту Рекиан, не набрал и 2% голосов. Коалиция Бету Риши объединила одиннадцать политических партий, включая противников федеральной исполнительной власти^[101].

В Лондрине TSE аннулировал регистрацию кандидата и бывшего префекта Антониу Белинати через два дня после того, как тот победил во втором туре, набрав 51,73% голосов. Белинати был отстранен от муниципальной исполнительной власти в 2000 году из-за подозрений в мошенническом хищении государственных средств, а его отчетность была отклонена Счётной палатой. Префект подал апелляцию, однако в декабре TSE подтвердил приостановку его регистрации. Согласно этому решению, в 2009 году в Лондрине должен был состояться новый второй тур между кандидатами, занявшими второе и третье места в первом туре выборов. Белинати также обратился с апелляцией в STF (Верховный федеральный суд)^{[130][131][132][133][101]}.

Заводы в Большой Куритибе в начале 2009 года пострадали от экономического кризиса. Консорциум Renault—Nissan на пять месяцев приостановил действие контрактов более тысячи сотрудников, что составляло около 30% рабочей силы автопроизводителя, сократив производство наполовину. Временно отстраненные работники продолжали получать стипендию на профессиональную квалификацию. В январе профсоюз металлистов Большой Куритибы обвинил компанию BSH Hausgeräte в моральном давлении на сотрудников с целью сокращения зарплат и рабочего дня. Компания отвергла обвинения, заявив, что ведет открытый диалог с персоналом^{[134][135][136][137]}.

В начале 2009 года заводы и профсоюз согласились на временную приостановку трудовых договоров, чтобы избежать массовых увольнений. Металлисты начали получать стипендию для повышения квалификации, выплачиваемую через Фонд поддержки трудящихся (FAT), и экономическую помощь от компании. По данным Renault, это соглашение позволило избежать увольнения тысячи рабочих. Во втором полугодии ситуация изменилась, производство снова начало расти, что привело к возобновлению найма на предприятиях. Вслед за этим профсоюзы металлистов начали организовывать протестные группы для достижения компенсации зарплат и инициировали забастовки на заводах Renault—Nissan, Volvo и Volkswagen^{[134][135][136][137]}.

Исполнительная власть штата в июле обнародовала постановление, рекомендующее во всей рекламе представлять перевод любого используемого термина на иностранном языке. Перевод должен был располагаться рядом с иностранным словом и иметь тот же размер. Штраф в случае несоблюдения был установлен в размере пяти тысяч реалов, а при повторном нарушении — в двойном размере^{[138][139][137]}. Рекламщики раскритиковали это решение, так как его трудно исполнить в отношении слов, которые уже закрепились в народной речи, и оно приводит к удорожанию рекламы, что может дестимулировать подачу объявлений. Союз компаний наружной рекламы Параны (Sepex-PR) подал иск о неконституционности. В октябре было вынесено судебное решение, освобождающее рекламщиков от соблюдения данного закона на время проведения его правовой оценки^{[138][139][137]}.

В Лондрине, втором по численности населения муниципалитете штата, 29 марта были проведены повторные выборы в префектуру. Регистрация кандидата Антониу Белинати, избранного префектом в 2008 году, была аннулирована через два дня после его победы во втором туре Региональным избирательным судом (TRE), который постановил организовать новый тур между кандидатами, занявшими второе и третье места в первом туре. Пост префекта временно исполнял председатель Муниципального совета Падре Роке (PTB), вступивший в должность 1 января^{[140][141][142][143][144][137]}.

При поддержке Белинати Барбоза Нето (PDT), занявший третье место в 2008 году, одержал победу над Луисом Карлосом Хаули (PSDB), который уже терпел поражение во втором туре 2008 года. Хаули поддерживали губернатор Роберту Рекиан и видные национальные деятели PSDB, такие как губернатор Сан-Паулу Жозе Серра и губернатор Минас-Жерайс Аэсиу Невес. Председатель TSE Карлус Айрес Бритту отклонил запрос Белинати о передаче дела о легализации его кандидатуры на рассмотрение в Верховный федеральный суд^{[140][141][142][143][144][137]}.

«Арена да Байшада», стадион клуба «Атлетико Паранаэнсе», должен был стать основной площадкой для проведения матчей чемпионата мира по футболу 2014 года в Куритибе. Открытый для публики в 1999 году, стадион должен был пройти реконструкцию для увеличения вместимости и обустройства VIP-зон, пресс-центров и парковок. В дорожную систему города, считающуюся образцовой, планировалось инвестировать 400 миллионов реалов; кроме того, намечалось создание около 53,6 км пригородных автобусных коридоров для улучшения сообщения с другими муниципалитетами. Международный аэропорт Куритибы должен был пройти модернизацию, которая увеличила бы его пропускную способность с 4 миллионов до 6 миллионов пассажиров в год к 2014 году. Первым этапом должны были стать расширение перрона для самолетов и пассажирского терминала^[137]ю

В ноябре 2009 года STF (Верховный федеральный суд) аннулировал назначение Маурисиу Рекиана на должность советника Счётной палаты штата (TCE). STF расценил это назначение как кумовство^[145][125].

В 2010 году Прокуратура штата Парана вскрыла схему хищения более 216 миллионов реалов из бюджета Законодательной ассамблеи. Махинации включали назначение «сотрудников-призраков» и другие нарушения, в том числе при начислении пенсий. По версии следствия, в период с 1994 по 2010 год в сговоре участвовало около пятидесяти человек, включая бывшего генерального директора палаты Абиба Мигеля, который был задержан в марте 2012 года и освобожден в мае того же года на основании судебного приказа хабеас корпус^[146]. Защита Мигеля мотивировала свои действия тем, что он не в состоянии отвечать перед судом из-за психической недееспособности. Расследование продолжалось в 2011 году^[147].

В связи с трудностями, с которыми столкнулся клуб «Атлетико Паранаэнсе» при финансировании реконструкции своего стадиона «Арена да Байшада» к чемпионату мира 2014 года, Муниципальный совет Куритибы утвердил в октябре передачу клубу прав на «строительный потенциал» на сумму 90 миллионов реалов. Это подразумевает выпуск муниципальных ценных бумаг, предназначенных для получения средств на завершение работ^{[148][149][150][151][152]}.

По мнению депутатов, принявших это решение 26 голосами против двух, участие Куритибы в чемпионате мира находилось под угрозой. Клуб «Атлетико Паранаэнсе» согласился взять на себя расходы в размере 30 миллионов реалов, однако требовалось еще около 80 миллионов реалов. Законодательная ассамблея Параны также рассматривала возможность приобретения прав на название стадиона для компании Copel (Companhia Paranaense de Energia) за 40 миллионов реалов, однако один из законопроектов был отклонён в августе. После проверки, проведенной Местным организационным комитетом чемпионата мира по футболу 2014 года в мае, префектура Куритибы заверила, что работы идут удовлетворительно. На тот момент было завершено 70% работ по реконструкции стадиона^{[148][149][150][151][152]}.

В марте история тринадцатилетней девочки, предположительно подвергшейся насилию со стороны четырех молодых людей (включая одного совершеннолетнего), заставила судебный округ Лондрины запретить продажу и использование «секс-браслетов» — цветных силиконовых украшений, используемых в сексуальных «играх». Согласно правилам игры, тот, кто порвет браслет другого человека, получал право на определенную форму физического контакта, которая, в зависимости от цвета, могла варьироваться от объятий до секса. Позже эти браслеты были также запрещены в муниципальных государственных школах Маринги^{[153][154][152]}.

Парана вернула себе статус крупнейшего производителя зерна в Бразилии, обойдя Мату-Гросу, который в течение 2010 года пострадал от сильных дождей. Согласно статистике Conab (Национальная компания снабжения), урожай в Паране должен был составить 31,165 млн тонн, что на 25% выше сбора 2009/2010 года, в то время как в Мату-Гросу ожидалось 29,277 млн тонн^[155][152].

Спокойная на протяжении большей части избирательного периода благодаря комфортному преимуществу бывшего префекта Куритибы Бету Риши, избирательная кампания на пост главы исполнительной власти Параны стала более захватывающей на финальной стадии из-за роста в опросах его главного оппонента — сенатора Осмара Диаса от PDT^{[156][157][158][159][160][161][152]}.

С приближением Диаса, которого поддерживали президент Лула и экс-губернатор Роберту Рекиан, за несколько недель до первого тура штаб Риши затребовал прекращения публикации опросов общественного мнения в штате — запрос, который был удовлетворён избирательной юстицией. По мнению социал-демократов, опросы содержали методологические ошибки, а их показатели не совпадали с данными внутренних исследований^[152].

Бету Риша подтвердил свой триумф уже в первом туре с преимуществом всего в 2,44% над Диасом. После поражения Осмар Диас осудил приостановку публикации опросов и заявил, что это повлияло на избирательную кампанию, лишив его возможности продолжать рост. Это стало вторым поражением Осмара Диаса в борьбе за пост главы исполнительной власти штата. В 2006 году сенатор также занял второе место, однако тогда он пользовался поддержкой как раз Риши и выступал против Рекиана^[152].

С другой стороны, сторонникам правительства удалось получить два места в парламенте. Бывший губернатор Роберту Рекиан, покинувший свой пост ради участия в выборах в Сенат, был выбран избирателями Параны, набрав 24,84% действительных голосов. Глейси Хоффманн, которая в 2008 году проиграла Рише в борьбе за пост главы Куритибы, получила наибольшее количество голосов в Сенат — 29,50% от общего числа действительных голосов^[152].

В Палату депутатов были избраны два преемника известных личностей: Ратинью Жуниор, сын телеведущего Ратинью, и Зека Дирсеу, наследник Жозе Дирсеу^[152].

В августе 2011 года Высший суд правосудия вынес приговор бывшему губернатору Жайме Лернеру за то, что в 2002 году он допустил передачу управления автодорогами в концессию без проведения тендера. Однако он был освобожден от наказания в связи с истечением срока давности преступления^{[162][163][164][147]}.

В 2011 году многие муниципалитеты Параны пострадали от сильных дождей. В апреле наводнения, особенно на побережье, нанесли ущерб более чем 24 тысячам жителей. В августе от дождей пострадали 120 тысяч жителей как минимум в семнадцати муниципалитетах^{[165][166][167][168][169][170][147]}.

В 2012 году штат Парана лидировал по количеству случаев заболевания гриппом H1N1: было подтверждено около 24 тысяч случаев и зафиксировано около тридцати смертей. По сравнению с ситуацией 2011 года, заболеваемость гриппом в штате выросла на 10%^{[171][172][173][174][175][176][177][178][179]}.

В сентябре 2012 года Прокуратура Параны предъявила бывшим префектам Лондрины Жозе Жоакиму Мартинсу Рибейру (PSC, позже беспартийный) и Барбоза Нету (PDT) обвинения в создании преступного сообщества, мошенничестве при государственных закупках, пассивной коррупции, растрате и легализации денежных средств. По оценкам, было похищено 3,8 миллиона реалов^[180][179].

В сентябре 2012 года Департамент федеральной полиции совместно с Бразильским институтом окружающей среды и возобновляемых природных ресурсов (Ibama) провел в штате Парана операцию «Água Grande» по итогам расследований, начатых в 2008 году. Инициатива включала обыски, изъятия и задержания в Санитарной компании Параны (Sanepar). Семь человек были задержаны на месте преступления, а тридцать — привлечены к суду в связи со сливом неочищенных сточных вод (in natura) в реку Игуасу, самую протяженную на территории Параны^[181][179].

На муниципальных выборах 2012 года Густаву Фрует (PDT) был избран префектом Куритибы, набрав во втором туре 60,6% действительных голосов^{[182][183][179]}.

Национальный совет юстиции в марте 2013 года сообщил, что 70% ордеров на арест, выданных в период с июня 2011 года по январь 2013 года, на тот момент не были исполнены. Парана была штатом с наибольшим дефицитом исполнения: более 30 тысяч ордеров оставались нереализованными^{[184][185][186][187][188][189][190][146]}.

В мае 2013 года было изъято около 1,2 тонны пестицидов, запрещенных в Бразилии с 1980-х годов. Основным из сданных веществ был ГХЦГ, или гексахлорбензол, использование которого ограничено Стокгольмской конвенцией^[146].

17 июня протест против повышения стоимости проезда в автобусах собрал более 10 тысяч человек в Куритибе, 2 тысячи в Фос-ду-Игуасу и тысячи участников в Лондрине. Попытка захвата дворца Игуасу, резиденции исполнительной власти, привела к столкновениям с военной полицией и аресту семи человек^{[191][192][193][146]}.

С 19 июня по 1 июля 110 муниципалитетов пострадали от проливных дождей, затронувших 137 тысяч жителей^[194] Утром 23 июля в Куритибе впервые за 38 лет выпал снег.^{[195][196][197][146]}.

Согласно исследованию «Муниципальное сельскохозяйственное производство» (PAM), опубликованному Институтом географии и статистики (IBGE) в октябре 2013 года, Парана оставалась в числе штатов с наибольшим вкладом в стоимость сельскохозяйственной продукции страны, однако уступила Мату-Гросу второе место, которое занимала ранее вслед за штатом Сан-Паулу^[198][146].

17 марта 2014 года Федеральная полиция в Паране начала операцию «Автомойка» (Lava Jato), в которой приняли участие 400 федеральных агентов в четырех муниципалитетах штата, шести в Сан-Паулу, трех в Федеральном округе, а также в штатах Мату-Гросу, Рио-де-Жанейро, Риу-Гранди-ду-Сул и Санта-Катарина. В ходе операции было исполнено 28 ордеров на арест, 19 постановлений о принудительном приводе и 81 ордер на обыск и выемку, выданных Федеральным судом в Паране. Целью «Автомойки» была ликвидация крупной преступной группировки, занимавшейся отмыванием денег^{[199][200][201][202]}.

Парана принимала матчи чемпионата мира по футболу 2014 года на стадионе «Арена да Байшада» (стадион Марио Селсо Петральи), вместимость которого составляла примерно 41 тысячу человек^[203][146].

В июне 2014 года интенсивные ливни затронули около 828 тысяч человек в 161 муниципалитете. 9 июня того же месяца объем воды в водопадах Игуасу увеличился в 30 раз, что стало самым высоким показателем за всю историю наблюдений: поток достиг 46 миллионов литров в секунду^{[204][205][206][207][208][209][202]}.

Бету Риша (PSDB) был переизбран губернатором Параны в первом туре, получив более 3,3 миллиона голосов (55,67%)^{[210][211][212][202]}.