Арабо-греческое церковное противостояние

Арабо-греческое церковное противостояние (или также Арабское православное движение, араб. الحركة العربية الأرثوذكسية‎, Al-Haraka Al-ʿArabiyya Al-ʾUrthūdhuksiyya) — борьба арабского православного духовенства с засильем (ксенократией) священноначалия и клира греческого происхождения в Иерусалимской и Антиохийской православных церквях.

Начиная с середины XIX века, упадок Османской империи способствовал росту национального самосознания среди населявших страну арабов. С 1724 года в Антиохийской церкви на должность патриарха назначались иерархи исключительно греческого происхождения, однако степень эллинизации (количество мирян, монашествующих и епископов) была значительно меньшей в сравнении с Александрийским и Иерусалимским патриархатами. Во второй половине XIX века, во многом при поддержке России, началось движение арабского клира за высшие церковные должности. В Антиохийском патриархате результатом греко-арабского противостояния стало избрание первого патриарха-араба с 1724 года Мелетия II в 1899 году.

В Иерусалимской православной церкви арабские верующие не были допущены до высших иерархических ступеней, а процент греческих монахов, священников и епископов был значительно выше по сравнению с Антиохийской церковью. При этом в XVI—XVIII веках между православным арабским населением и греческим духовенством не наблюдалось существенных противоречий. Успех арабской партии в Антиохийской церкви во второй половине XIX века и рост национального самосознания арабов привёл к началу арабо-греческого противостояния в церкви. В Иерусалимском патриархате движение добивается назначения арабского патриарха, контроля арабского мирян над церковным имуществом, а также использования арабского языка в богослужении.

После взятия Константинополя османами в 1453 году для подчёркивания своего нового статуса Вселенский патриарх стал общественным руководителем православного христианского населения Османской империи. Престиж церковной власти возрос, так как церковь стала единственным источником образования и социальным лифтом для христиан. Система управления христианским населением через Константинопольский патриархат и его греческую администрацию привела к монополии фанариотов (греческой аристократии Стамбула) на церковные должности^[1]. Территориальное расширение Османской империи на территории Ближнего Востока способствовало массовому притоку греческого монашества в Иерусалимскую и Александрийскую церкви. Это привело к тому, что руководящие посты в обеих церковных структурах оказались полностью заняты греками. В XVIII веке греческое священноначалие утвердилось и в Антиохийской церкви. При этом, как отмечает российский арабист Константин Панченко, процессы эллинизации начались задолго до османского завоевания Ближнего Востока, а контроль Вселенской патриархии над ближневосточными православными церквями в XVI—XVII веках был скорее символическим^[2].

В период османского владычества высшая иерархия ближневосточных православных церквей нередко формировалась на земляческо-клановой основе. Иерусалимскую церковь с середины XVI века по 1731 год возглавляли уроженцы Пелопоннеса (при этом правивший в середине данного периода критянин Нектарий (1661—1669) был вынужден отречься от престола)^[3]. В конце XVI — первой половине XVII века Александрийскую православную церковь возглавляли выходцы с Крита, в Антиохийской церкви в XVII веке преобладали хиосцы, а в XVIII веке — киприоты^[4].

Многие исследователи (Р. Хаддад, М. А. Бахит, Т. Филип, К. Салиби) отмечают, что одной из причин раскола 1724 года в Антиохийском патриахате являлась борьба православных арабов с эллинизацией церкви. Американский историк арабского происхождения Роберт Хаддад отмечал:

«…за двести лет до 1724 года в Антиохийской церкви едва ли нашлось бы хоть одно патриаршее правление, свободное от некомпетентного вмешательства константинопольских греков»^[5].

Российский востоковед Константин Панченко отмечает, что в XVI—XVII веках греков на высших церковных должностях в Антиохийской церкви было мало и церковь сохраняла арабский характер. Американский историк Брюс Мастерс также отмечал, что летописец Михаил Барик ни разу не высказывает недовольства греческим происхождением патриарха Сильвестра^[6]. Немецкий исследователь Карстена Валбинера в своём исследовании 1998 года идентифицировал около 100 православных епископов Антиохийского патриархата XVII века, из которых греков оказалось менее 10 %. При этом архиереи-греки не проявляли стремления эллинизировать Антиохийскую церковь. К примеру, патриарх Евфимий III (1635–1647) (хиосский грек по происхождению), в период своего патриаршества совершил 12 епископских хиротоний, и лишь один из этих 12 архиереев был греком по национальности^[7]. Константин Панченко отмечает, что греческое влияние в Сирии не носило характер церковно-политической гегемонии, а было исключительно культурным. Когда константинопольский патриарх в 1666 году низложил самовольно уехавших в Москву александрийского и антиохийского патриархов, он назначил нового патриарха только в Александрию, но даже не пытался возводить своего кандидата на антиохийский престол, осознавая, что не в силах навязать свою волю арабской Антиохийской церкви^[8]. Константин Панченко подчёркивает, что из 16-ти антиохийских патриархов XVI—начала XVIII веков, от Дорофея II до Афанасия III, только 8 в той или иной форме соприкасались с греческим вмешательством, которое было спровоцировано различными церковными смутами^[9].

В XIX веке на фоне роста националистических идеологий, исследователи, занимавшиеся историей Мелькитской католической церкви (мелькитские священники Кирилл Королевский и Константин Баша, халдейский священник Луис Шейхо и позднее французский востоковед Хабиб Зайят) расценивали Мелькитскую унию 1724 года как межнациональное противостояние арабов и греков, то есть борьбу греческой (православной) и арабской (греко-католической) группировок в Антиохийском патриархате^[6].

Православный патриархат Иерусалима был учреждён на Халкидонском соборе 451 года, став пятым патриархатом после кафедр Рима, Константинополя, Александрии и Антиохии^[10]. Юрисдикция патриархата распространяется на Палестину, Заиорданье и Синайский полуостров^[11]. С момента отставки в 1534 году последнего арабского Иерусалимского патриарха Дорофея II, патриархами становились только греки^[12]. Следующий патриарх Герман (1534—1579)^[13] начал процесс эллинизации, назначая греков на высшие церковные должности и используя греческий язык в качестве литургического и основал монашеское Святогробское братство, членами которого были исключительно греки^[11]. Герман и греческие патриархи, сменившие его, управляли церковью, находясь в Константинополе^[14]. Патриарх-грек Паисий (1645—1660) был избран на патриаршество в Молдавии, где обладая различным имуществом, проживала часть клира Иерусалимской церкви. По прибытии в Иерусалим (февраль 1646) патриарх Паисий был встречен протестом арабских священников, набросавших перед воротами города кучу камней в знак неповиновения. Однако Паисию удалось привлечь на свою сторону османские власти и силой заставить арабов повиноваться^[15].

В период с XVII века до начала XIX века между православным арабским населением и греческим духовенством фанариотского происхождения не наблюдалось существенных этнических противоречий. В самосознании православных народов религиозная общность имела первостепенное значение, превалируя над этническими различиями. Представители церковной иерархии, служившие в Иерусалимском патриархате, нередко владели арабским языком и формально заботились о нуждах своей паствы, хотя их отношение к арабским прихожанам часто носило снисходительный характер. Социально-культурная ситуация в среде христианского арабского населения характеризовалась значительным дисбалансом. Образованная городская элита, способная конкурировать с греческим духовенством в управлении общиной, была крайне малочисленна. В то же время сельское православное население, хотя и отличалось воинственностью, находилось в состоянии культурного отчуждения от книжной христианской традиции и поддерживало минимальный контакт с церковным руководством. Данная социально-культурная структура существенно ограничивала возможности арабского православного населения в вопросах церковного самоуправления и способствовала сохранению доминирующего положения греческой церковной элиты^[16].

Османские власти время от времени поручала представителям фанариотской элиты руководить автономными Дунайскими княжествами Молдавией и Валахией. Греческие правители (господари) этих княжеств делали щедрые пожертвования Иерусалимскому патриархату, передавая в его ведение обширные земельные владения, поместья и монастырские угодья. Подобные дарения, известные как «приклонённые имущества», являлись важнейшим источником финансирования патриаршей кафедры^[2][17]. С конца XVII века патриархи практически прекратили постоянное пребывание в Палестине, предпочитая проживать в Константинополе либо на территории Дунайских княжеств. Подобная практика объяснялась необходимостью эффективно отстаивать интересы Иерусалимского патриархата перед Высокой Портой и организовывать систематические сборы финансовых средств для нужд Патриархата^[16]. В 1847 году русским императором Николаем I была создана Русская духовная миссия в Иерусалиме, которая занималась организацией паломничества, развитием отношений с Иерусалимской православной церковью и распространение образования среди православных арабов^[18].

К моменту начала Первой мировой войны в Палестине арабы-христиане составляли около 10 % населения и около половины из их числа принадлежали к Иерусалимской православной церкви^[19]. В Иерусалимском патриархате доминировало греческое духовенство, а большинству верующих арабов было запрещено становиться монахами и принимать участия в административной или финансовой деятельности церкви^[20].

В середине XIX веке в Антиохийском и Иерусалимском патриархатах развернулась борьба за возвращение арабских иерархов на высшие церковные посты. В 1872 году в Бейруте арабские митрополиты предприняли попытку низложить греческого патриарха Иерофея (1850—1885), однако под давлением османских властей были вынуждены отступить. С конца 1870-х годов центр арабского церковного движения переместился из Палестины в Сирию, что привело к глубокому внутреннему кризису в Антиохийском патриархате. У арабских христиан сформировалась собственная идеология, основанная на противостоянии греческому влиянию и обращении к древним традициям ближневосточного христианства. Арабское движение активно использовало различные формы протеста: массовые демонстрации, публикации в прессе и обращения к османским властям. Особенно напряжённой ситуация становилась в периоды междупатриаршества. В 1891 году греческой партии удалось провести на патриарший престол своего кандидата митрополита Спиридона (1891—1898), однако уже в 1898 году он был вынужден отречься. После нескольких лет противостояния победу одержал арабский кандидат митрополит Мелетий (1899—1906). Греческие иерархи покинули Сирию, а соседние патриархаты долгое время не признавали законность избрания Мелетия. Нормализация отношений с греческим духовенством произошла только в 1906 году при патриархе Григории IV (1906—1928)^[21].

Значительную поддержку арабской партии Антиохийского православного патриархата оказывали Российская империя и Русская православная церковь. В то время российские дипломаты рассматривали православных арабов как своих главных союзников на Ближнем Востоке. Россия оказывала сирийским арабам материальную поддержку и отстаивала их интересы перед османскими властями. В вопросе о каноническом признании патриарха арабского происхождения поддержку Антиохийской церкви оказывала Русская церковь, которая вопреки позиции греческих православных церквей признавала патриарха Мелетия законным предстоятелем Антиохийской православной церкви^[21].

Палестинский социолог Салим Тамари, оценивая успех арабского движения в Антиохийском патриархате писал:

«Следует помнить, что движение православного возрождения стало широко известным в кругах мусульманской интеллигенции в Сирии и Палестине. Многие считали его важной составляющей развития арабского национального течения в конце XIX века. Саты аль-Хусри, ранний идеолог арабского национализма, считал, что арабизация Антиохийской православной церкви стала важной вехой и историческим поворотным моментом в триумфе арабизма в Сирии. В различных течениях арабской культуры в Великой Сирии православные интеллектуалы часто поддерживали более тесные связи с мусульманами, чем cо своими католическими и протестантскими соотечественниками»^[22].

В XIX столетии на Ближнем Востоке наблюдался значительный рост европейского культурного влияния, что способствовало распространению секулярных, либеральных и националистических идей. Эти идеологические течения активно проникали в среду арабо-православного населения преимущественно через систему образования. Примечательно, что даже обучение в православных российских учебных заведениях, не имевших миссионерского характера, способствовало знакомству учащихся с новыми мировоззренческими концепциями, существенно отличавшимися от традиционных средневековых устоев православной общины^[23].

Проникновение новых идей вызвало глубокий внутренний кризис в православном сообществе Османской империи. Особенно остро ситуация обострилась после успешного завершения Греческого восстания 1821—1829 годов, когда среди греческого населения империи стала доминировать идеология панэллинизма, направленная на объединение всех греков в единое государство. Православные народы Османской империи, которых образованные греки нередко воспринимали как «варваров», начали активно противодействовать греческому доминированию в церковной иерархии. Они выражали несогласие с чрезмерным влиянием фанариотов — греческой элиты, контролировавшей церковные дела, и выдвигали требования о создании самостоятельных национальных церковных организаций. Это движение стало важным этапом в формировании национального самосознания различных православных общин Османской империи^[24].

В 1872 году в Иерусалимском патриархате обострился конфликт между греческим и арабским православным населением. Кризис начался после того, как болгары добились автокефалии своей церкви, что вызвало ответную анафему со стороны греческих иерархов. Патриарх Кирилл II (1845—1875) отказался поддержать отлучение болгар, за что был низложен Святогробским братством. Это решение спровоцировало протесты арабского православного населения. Российская дипломатия, в лице графа Николая Игнатьева, пыталась поддержать Кирилла II, однако османские власти встали на сторону греческой иерархии. Патриарх был отправлен в ссылку, а на его место возвели Прокопия II (1872—1875)^[24].

Россия ответила на эти события прекращением выплат доходов с бессарабских имений Святогробского братства, часть средств направлялась на поддержку низложенного Кирилла II и арабского национального движения. Однако уровень политической организации арабского населения не позволил существенно изменить положение дел в патриархате. В 1875 году на патриарший престол был избран Иерофей (1875—1882). При нём с Кирилла сняли обвинения, а бессарабские доходы вернулись в патриархат. В этот период был принят новый устав, существенно ограничивший полномочия патриарха. Теперь он мог только совершать богослужения, а все административные решения принимались с согласия Священного синода^[24]. В 1890-х годах внешнеполитический курс Российской империи стал ориентироваться на поддержку арабского православного движения в Антиохийском патриархате, где арабское духовенство имело более высокую степень организованности и влияния по сравнению с Иерусалимской церковью^[25].

После младотурецкой революции 1908 года в Иерусалимском патриархате обострилось противостояние между греческим и арабским духовенством. В 1908 году православные арабы начали массовые выступления с требованиями равноправия в церковном управлении, допуска местных уроженцев на руководящие должности и создания Смешанного совета для управления церковью. Ситуация достигла кульминации, когда члены Священного синода ИПЦ выразили недоверие патриарху Дамиану (1897—1931), подозревая его в симпатиях к арабскому движению, и низложили его 13 декабря 1908 года. Арабское население восприняло это как несправедливость и поддержало опального патриарха. Массовые демонстрации в поддержку Дамиана вынудили османские власти вмешаться. Специальная комиссия, направленная в Палестину, признала низложение патриарха незаконным. В результате давления общественности и властей Священный синод был вынужден просить прощения у Дамиана и 16 февраля 1909 года произошло примирение сторон^[25].

В 1910 году под давлением арабских протестов был создан Смешанный совет из клириков и мирян для управления церковным имуществом. Однако из-за постоянных конфликтов между представителями разных групп совет не смог эффективно функционировать. После вступления Османской империи в Первую мировую войну на стороне Центральных держав русские подданные были высланы из Палестины, а учреждения закрыты. Осенью 1917 года турки арестовали патриарха Дамиана и отправили его в Дамаск. Британское наступление привело к захвату Иерусалима в декабре 1917 года, а к осени 1918 года весь Ближний Восток оказался под контролем британских войск и произошёл конец многовекового османского владычества. В 1920 году Палестина перешла под британский мандат^[25].

После окончания войны, напряженность вновь возникла, когда Святогробское братство попыталось решить финансовые проблемы церкви, взяв кредит у Греции, подчинив церковь влиянию греческого правительства. Эти требования встретили сопротивление со стороны патриарха Дамиана и британских властей. Комиссия Хайкрафта, созданная британцами в 1921 году рекомендовала передать контроль над финансами церкви в руки назначенного британцами комитета^[26]. Греки восприняли работу британской комиссии как попытку «подорвать Патриархат» и их предложения были отвергнуты^[27].

В ходе шестой конференции Палестинского арабского конгресса, состоявшейся в июне 1923 года в Яффе, лидеры арабо-православной общины: активисты Якуб Бордкош, Ибрагим Шаммаса, журналисты Исса Эль-Исса, Исса Бандак, обратились к Конгрессу с просьбой поддержать арабское православное движение и признать его частью национальной борьбы всего арабского народа. Воодушевлённые поддержкой Конгресса, православные арабы 15 июля 1923 года созвали 1-ю Арабскую православную конференцию в Хайфе^[28] с требованием допустить арабов к церковному управлению в ИПЦ^[27]. После смерти патриарха Дамиана в 1931 году в Иерусалимском патриархате вновь обострился конфликт между греческим и арабским духовенством. Арабская часть паствы выступила против действующего устава 1874 года, который закреплял власть за греческим духовенством. На конференции в Яффе в октябре 1931 года арабская сторона потребовала пересмотра устава и участия арабов в церковном управлении. Эти разногласия привели к затягиванию процесса избрания нового патриарха. В 1934 году британские власти предложили новый устав, который, однако, не удовлетворил арабские требования. Несмотря на это, в 1935 году был избран патриарх Тимофей (1935—1955), который смог улучшить финансовое положение и дисциплину в патриархате. Однако большинство арабской паствы отказалось признать нового патриарха, что привело к его изоляции от значительной части верующих. Британские власти не признали избрание Тимофея и настаивали на реформах, направленных на устранение дискриминации арабского духовенства, но греческая сторона продолжала отстаивать свои привилегии^[27].

После смерти патриарха Тимофея в 1955 году, на четвёртом конгрессе православных арабов 23 марта 1956 года в Иерусалиме были выдвинуты требования о реформировании церковного управления. Арабская сторона настаивала на создании смешанного церковного совета с преобладанием арабских представителей, их участии в избрании патриарха и включении арабов в состав Святогробского братства. В результате 23 декабря 1956 года был принят новый устав Иерусалимского патриархата. Согласно новому уставу создавался смешанный церковный совет из 6 духовных лиц и 12 мирян, треть доходов патриархата передавалась под контроль мирян и назначались два арабских епископа^[29].

В конце 1980-х годов произошёл новый виток греко-арабского противостояния: в декабре 1992 года в Аммане прошёл пятый конгресс православных арабов, где был создан комитет по арабизации ИПЦ. Арабская сторона выдвинула требования о полном переходе церкви на арабский язык, контроле над церковной собственностью и финансами, а также обвинила греческое духовенство в недостаточной заботе о просвещении паствы^[29].

Несмотря на отказ Священного синода под руководством патриарха Диодора рассматривать требования пятого арабского конгресса, в 2000-х годах были предприняты шаги по поиску компромисса. Важным событием стало назначение в конце 2005 года архиепископа Феодосия (Ханны) первого за многие десятилетия члена Священного синода арабского происхождения, выходца из Галилеи^[30]. В 2005 года произошло отстранение от должности главы церкви патриарха Иринея (2001—2005). Причиной отставки стало обвинение в продаже трёх объектов недвижимости Иерусалимской церкви в Старом городе Иерусалима еврейской праворадикальной религиозной организации «Атерет Коханим». Данное обвинение вызвало возмущение большинства арабской паствы, и патриарх Ириней уже не смог вернуть доверие церковного сообщества. 6 мая 2005 года на заседании Священного синода ИПЦ патриарх Ириней был объявлен низложенным^[30][31].

На русском языке

• Панченко К. А., Михаил Наджим, Фразиер T. Л., Нелюбов Б. А. Антиохийская православная церковь // Православная энциклопедия. — М., 2001. — Т. II : Алексий, человек Божий — Анфим Анхиальский. — С. 501—529. — 40 000 экз. — ISBN 5-89572-007-2.
• Панченко К. А. Арабо-христианские исследования в современной зарубежной науке // Вестник Московского университета. Серия 13. Востоковедение. — 2010. — № 2. — С. 22—40.
• Панченко К. А. Ближневосточное Православие под османским владычеством. Первые три столетия. 1516–1831 / проф. С. А. Кириллина. — М.: Индрик, 2012. — 626 с. — ISBN 978-5-91674-226-8.
• Ткаченко А. А., Попов И. Н., Панченко К. А., Лисовой Н. Н. Иерусалимская православная церковь // Православная энциклопедия. — М., 2009. — Т. XXI : Иверская икона Божией матери — Икиматарий. — С. 446—500. — 39 000 экз. — ISBN 978-5-89572-038-7.

На английском языке

• Robson, Laura. Colonialism and Christianity in Mandate Palestine. — Cambrige: University of Texas Press, 2011. — 239 p. — ISBN 978-0-292-72653-6.
• Frazee, Charles A. Catholics and Sultans: The Church and the Ottoman Empire 1453-1923. — Cambrige: Cambridge University Press, 2006. — 400 p. — ISBN 9780521027007.
• Katz, Itamar; Kark, Ruth. The Greek Orthodox Patriarchate of Jerusalem and Its Congregation: Dissent over Real Estate // International Journal of Middle East Studies. — 2005. — Vol. 37 (4). — P. 509—534.