Зимний вечер

«Зимний вечер» («Буря мглою небо кроет…») — хрестоматийное стихотворение Александра Сергеевича Пушкина, написанное в 1825 году во время михайловской ссылки поэта. Житейская, биографически точная реальность соединена в произведении с фольклорными мотивами и литературной условностью. Стихотворение впервые опубликовано в альманахе Антона Дельвига «Северные цветы» за 1830 год.

Летом 1824 года Пушкин был отправлен из Одессы в имение своей матери — село Михайловское Псковской губернии. После отъезда родителей он остался в доме с няней Ариной Родионовной, которая, получив в своё время вольную грамоту, не покинула семью Пушкиных^[1][2]. По утверждению Анны Петровны Керн, в жизни поэта были только две по-настоящему глубоких привязанности — няня и «потом сестра» Ольга^[2]. О повседневном устройстве жизни в Михайловском Пушкин рассказывал в письме брату Льву: «Знаешь ли мои занятия? До обеда пишу записки, после обеда езжу верхом, вечером слушаю сказки — и вознаграждаю тем недостатки проклятого своего воспитания»^[3].

Поэт, отлучённый от друзей и близких, с большим опозданием получавший письма, книги и журналы, порой погружался в сумрачное состояние, особенно в ненастное время года. Вероятно, в этом настроении и было написано стихотворение «Зимний вечер»^[4]. Автограф произведения не сохранился, о нём нет упоминаний в письмах Пушкина, и дата написания — 1825 год — была установлена исследователями по тем пометкам, что позднее были сделаны автором в списке стихов, готовившихся к печати. Впервые «Зимний вечер» был опубликован в литературном альманахе Антона Дельвига «Северные цветы» за 1830 год^[5].

Стихотворение условно делится на три неравные части. В первой главным действующим лицом является вьюга (или, по Пушкину, буря). Сначала поэт доносит до читателя общее впечатление от стихии, во время которой небо покрывается мглой, а в полях кружатся снежные вихри. Далее воспроизводится голос вечерней вьюги, в котором постоянно меняются интонации. Он напоминает то звериный вой, то детский плач, то шуршание соломы по крыше, то оконный стук заплутавшего путника, добравшегося до обитаемой местности^[6].

Вторая часть «Зимнего вечера» — это обращение к няне, которая тоже пребывает в печальной задумчивости: «Что же ты, моя старушка, приумолкла у окна?» Душевное состояние ссыльного поэта и его «доброй подружки» схоже, и автор просит Арину Родионовну вспомнить старые песни, которые она пела ему в былые времена. Наконец, третья часть, состоящая из восьми строк, — это повторение того, о чём говорилось в первых двух первых. Пушкин рассказывает о снежной стихии за окном и вновь предлагает няне: «Выпьем с горя: где же кружка?»^[6]

В письме из Михайловского, адресованном одесскому знакомому Дмитрию Максимовичу Шварцу, Пушкин рассказывал про Арину Родионовну так: «Она — единственная моя подруга, и с нею только мне не скучно». Её черты были запечатлены в образе няни Владимира Дубровского («Дубровский»); она же стала прототипом няни Татьяны Лариной («Евгений Онегин»)^[2]. При этом предложение «Выпьем, добрая подружка» являлось, вероятно, реальной бытовой подробностью. Как утверждала одна из дочерей Прасковьи Осиповой, соседки Пушкина по Михайловскому, Арина Родионовна была женщина почтенная, бесконечно преданная Александру Сергеевичу, но «с одним грешком — любила выпить». В то же время, по замечанию исследователей, пушкинский тезис «Выпьем с горя: где же кружка?» даёт отсылку к русской стихотворной традиции застольных песен^[7]. Обращённая к няне просьба спеть про синицу, которая «тихо за морем жила», также имеет реальную основу — речь идёт о хорошо знакомой поэту песне «За морем синица не пышно жила, // Не пышно жила, пиво варивала»^[8].

Житейские детали образа няни соседствуют с мифологическими. По версии пушкинистов, старушка, утомлённая «жужжаньем своего веретена», вызывает ассоциации с древнеримскими богинями Парками, которые пряли нити человеческих судеб^[7].

Стихотворение было впервые опубликовано в 1830 году в альманахе Антона Дельвига «Северные цветы». Несколько месяцев спустя журнал «Московский телеграф», редактируемый Николаем Полевым, опубликовал пародию с тем же названием — «Зимний вечер»^[9]. Её персонажами стали поэт и некий дядька (призванный, очевидно, заменить няню), которые ведут диалог в «пушкинской ситуации». Согласно тексту пародии, лирический герой, скучая зимним вечером, просит дядьку спеть ему что-нибудь из русского фольклора, а затем предлагает наполнить сосуды «запеканкой» — выдержанным в печи напитком, в котором смешаны водка, мёд и пряности: «Подавай сюда стакан: // Я налью. — Ну! Бог с тобою! // Пей, седой мой Оссиан, // И тряхни мне стариною!»^[10]

По мнению исследователя В. А. Кошелева, объектом насмешек в данном случае был не только Пушкин, но и Дельвиг, выпустивший годом ранее сборник народных песен. Редактор «Московского телеграфа» Полевой расценивал этот интерес к фольклору как «модную забаву литературного „аристократа“»^[10]

• Муравьёва О. С. Зимний вечер // Пушкинская энциклопедия. Произведения (рус.). — Российская Академия наук. Институт русской литературы (Пушкинский Дом). — СПб.: Нестор-История, 2012. — Т. 2. Е-К. — 600 с.
• Рождественский В. А. Читая Пушкина. — Л.: Детгиз, 1962.
• Кошелев В. А. «Предложение выпить»: О стихотворении «Зимний вечер» // Пушкин на пороге XXI века: Провинциальный контекст. — Арзамас, 2008. — Вып. 10. — С. 119–137.